Провал (СИ)
— Типа, на службе. Понабирали бабья, млять, что у нас, что у хохлов, а толку-то от них практически никакого. Там и мужик не всякий реально справится.
— Ну, в данном-то случае толк как раз есть. Бабе не интересно на других голых баб пялиться, если она нормальная, так что больше шансов на лучшую бдительность. И в принципе, если умеет с тарахтелкой обращаться, то и отдача у МП-5 не такая, чтобы ей её не выдержать, и патрон-то — не макаровский, а парабеллумовский два плюса.
— В принципе — да. И шлем возьмёт, и кольчугу, и щит. Очередей с той стороны мы не слыхали, только одиночные. Значит, они все проинструктированы беречь патроны и бить только прицельно. А бабёнка симпатичная, такую живьём взять захотят, и серьёзного сопротивления от неё не ожидают, а тут — ага, сюрприз — вооружена и очень опасна. Если не истеричка и не паникёрша, да обучена с этой штукой обращаться — толк от неё будет.
— То-то и оно. Придумали — очень неглупо. Я бы на их месте ещё в эту башенку Дворца бабу наблюдательницей посадил бы, чтобы не на купальщиц в бинокль пялилась, а по сторонам повнимательнее зыркала. Интернета-то у них теперь нет, сотовой связи тем более, так что в телефоне она теперь хрен засядет, — оба рассмеялись.
— Тут смотри, Авар, какая ещё хрень получается. До обеда у них пожарка сюда же по расширенной ими тропе за водой спускалась. А судя по радиоперехвату, и какую-то ещё дорогу они к реке прокладывали, и их пожарка сюда теперь больше не ходит, а ходит уже туда с какой-то "лейкой", хрен их знает, что они так обозвали, но не в этом суть — две машины теперь им воду возят из другого места. Но по карте-то что получается? Ближе-то, чем здесь, воды для них нет, иначе и бабьё не било бы ноги сюда. Значит — дальше теперь возят? А нахрена, спрашивается? Мне как-то раз знакомый пожарник объяснял, что это на всасывание снизу пожарный насос выше десяти метров воду хрен поднимет, а толкнёт он её наверх не на один десяток метров. У них же представляешь, какой напор из шланга? И я чешу репу, нахрена те же пожарники гребутся с этим и не подсказали рационализацию?
— То есть, поставить машину на берегу и не гонять её с полной цистерной, а по шлангу воду из цистерны гнать наверх, куда им там нужно?
— Ну да, элементарно же. Там всасывающий рукав четыре метра, и на берегу им его для заполнения цистерны хватит за глаза, а напорный рукав стандартный, на двадцать метров, как и эти во всех пожарных шкафах, а этих шкафов у них там наверняка найдётся и добрый десяток. Если отсюда качать, то до того же Дворца с большим избытком хватит. А он уже к общему водопроводу подключен.
— Так погоди, Утка, у них же водопровод со всех сторон обрублен? Это же надо сперва все обрывы найти и заглушить, чтобы вода и в землю зря не уходила, и сама от неё не загрязнялась? Иначе нахрена он нужен, такой говнопровод?
— Ясный хрен! И в водопроводе надо все обрывы глушить, и в говнопроводе, то есть, в канализации. Слив же из водопровода куда идёт? В неё, родимую. Поэтому и в ней тоже все обрывы глушить, а от ближайшего к реке выводить к ней траншею. И тогда они сразу и водопровод получают, и говнопровод, и срут в свои унитазы, как белые люди, а не бегают в будку над выгребной ямой, как деревенщина. Как ещё бабье ихнее терпит?
— А оно в этом, ты думаешь, что-то понимает?
— Авар, кошёлкам и не нужно все эти тонкости понимать. Им достаточно краем уха услыхать толстость — что это МОЖНО сделать. И можешь быть уверен, что они тогда все мозги ихнему самому главному вынесут, чтобы вернул водопровод и канализацию. И он ещё будет рад без памяти, что не требуют заодно вернуть ещё свет и газ. Ты наших, что ли, стерв не знаешь? Так и эти — тоже ничем не лучше. И я вот теперь чего-то не догоняю, какого хрена они не этим заняты. В чём я торможу и туплю?
— Хороший вопрос, Утка! — старлей призадумался, — Очень хороший вопрос. Во всём остальном они действуют очень неглупо. И в принципе-то ведь против водопровода с канализацией — какие у этого майора Семеренки могут быть возражения? Ладно первый день, начальство в этом не копенгаген. Я тоже, кстати, не сообразил бы, если бы ты мне не подсказал. А пожарники — исполнители, и что им приказано, то они и делают. И при этом, конечно, загрёбываются гонять свой КрАЗ, да ещё и на такой подъём. Да, ты прав, кого-то из них осенило бы в первый же день, и вчера — уже обсуждали бы, а сегодня — делали бы. Такое впечатление, млять, что у них есть какая-то настолько веская причина повременить с этим, что даже и пожарников они убедили потерпеть ещё некоторое время и помолчать об этом, как рыба об лёд, чтобы не взбаламутить баб.
— На какое-то время? Ну, если только не слишком долгое.
— Ну да, насовсем-то и невозможно, пожарники не вытерпят и бабьё натравят, и не нужно никому. Нужно — именно на не слишком долгое время. Так, стоп. Водопровод из соединённых между собой шлангов и на всю длину от реки и как минимум до Дворца?
— Естественно. Как же ещё-то?
— Понял! Хороший признак, Утка. Для нас с тобой — очень хороший.
— Ну, если понял сам, так разжевал бы тогда и для тупого прапора, что ли?
— Это ещё один признак того, что они прекрасно знают о дикарях и ожидают их появления в ближайшее время, буквально в считанные дни. Какое клинковое оружие у тех пиратов, мы с тобой не разглядели, но уж секиры-то у них мы оба видели чётко. Мечи или сабли — удовольствие дорогое, и вряд ли они есть у всех, но боевой топор — это массовый ширпотреб. Секира — на длинном топорище или на коротком — наверняка у каждого. Если они нападут, то и пожарку на берегу могут изуродовать, а уж кишку эту брезентовую они порубят на хрен однозначно. Даже и не поняв ни хрена, что это за хрень такая, а просто из вредности. Раз зачем-то противник протянул её, значит — нужна ему, и тогда порубить её на хрен — для них святое и самоочевидное дело. Был водопровод, и нет водопровода.
— Ну, допустим. А что тогда изменится в ближайшие дни?
— Рассчитывают на устранение этой опасности. Не тем путём, так другим. Если пираты нападают, то несут такие потери, что оправятся от них очень нескоро. А если они не решаются напасть и выходят на мирные переговоры — ещё лучше.
— Ага, хоть так, хоть эдак, а появляется время уже и не времянку, а нормальный водопровод соорудить, который уже и хрен изуродуешь с полпинка. Логично, короче. Как они только переговоры вести собираются в этом лучшем случае, если язык у этих пиратов не славянский ни хрена?
— Это мы с тобой знаем, поскольку слыхали их говор, а они там вполне могут и не знать. А может, и побольше нашего знают, если у них там историк есть. Мы же с тобой не знаем, кто в этих домах вообще живёт. Не одни же только работяги?
— Ну, понятно, что не одни. Но чтобы историк — это как-то круто выходит.
— Я имею в виду не учёного, а ВУЗовского преподавателя или даже студента. В любом областном центре есть свой университет и свой пединститут, а в них исторические факультеты. Так что вероятность, что хотя бы студент-историк у них найдётся — не полная гарантия, конечно, но и не исключено, скажем так. А могут быть и лингвисты, владеющие языками. Понятно, что современными, но мало ли, вдруг найдётся похожий на "моя твоя понимай"? Ну и сами пираты — есть южный тип, есть северный, явно же сборная солянка из разных народов. Общий язык не славянский, но вполне может найтись и славянин.
— Хорошо, если так. Ну, раз они знают, бдят и готовятся — значит, нам в самом деле нет смысла сдаваться им сегодня. Пара дней у нас, говоришь, точно есть? Отдохнём по-человечески, отоспимся, а они тем временем поостынут на тему этой войны с нами, да проникнутся перспективой войны с дикарями, в которой будут полезны и каждый ствол, и каждая пара умеющих обращаться с ним рук. Если уж у них бабы с тарахтелками службу тащат — как раз за эту пару дней и должны бы проникнуться. Что скажешь на это, Авар?
