Смерть (ЛП)

Зачем он это делает?
Я понятия не имею, что делать и как справиться с ситуацией.
Когда я перевожу взгляд на дверь, Нолан качает головой и направляется ко мне. Дуло пистолета прижимается к моему лбу, и я могу только пискнуть, пока ужас охватывает каждый дюйм моего тела.
О Боже.
— Я серьезно, Сиара. Я, блять, убью тебя и Грейс.
Я не хочу, чтобы с Грейс что-нибудь случилось.
  
Дыхание становится прерывистым, когда я в ужасе смотрю на Нолана.
— Ты напишешь Грейс письмо, чтобы она не искала тебя, — приказывает он резким тоном.
— Что? — ахаю я.
Он хватает меня за руку и тащит к туалетному столику.
— Возьми бумагу и ручку!
Я быстро открываю ящик и вытаскиваю свой дневник. Затем вырываю страницу, не отрывая глаз от мрачного лица Нолана.
— Напиши, что тебе нужно уехать, и пусть она не беспокоится о тебе.
Когда я подношу ручку к листу бумаги, моя рука дрожит так сильно, что я замираю.
— Пиши! — рявкает он мне прямо в ухо, и я сильно вздрагиваю, снова издавая писк. — И лучше сделай это правдоподобно, иначе Грейс умрет.
Я в отчаянии делаю глубокий вдох и, сосредоточившись, пытаюсь унять дрожь в руке, когда быстро пишу короткую записку.
Грейс,
Мне нужно уехать. Пожалуйста, не волнуйся.
Мои мысли мечутся туда-сюда, и, когда страх охватывает меня, я понимаю, что должна сделать все, что в моих силах, чтобы Грейс не пострадала.
С колотящимся сердцем я добавляю еще два предложения.
Пришло время мне стать сильной.
Я люблю тебя больше всего на свете.
Сиара.
Глядя на письмо, я не уверена, что Грейс поверит в это. Она знает, что я никогда бы ее не бросила, потому что для меня нет никого важнее ее. Она – вся моя жизнь.
Я складываю бумагу и хриплым голосом говорю:
— Они будут меня искать.
Меня дергают к кровати.
— Они тебя не найдут. — Он указывает пистолетом на покрывало. — Положи письмо.
Я бросаю его на кровать, а затем он притягивает меня к себе, и я зажмуриваю глаза, чувствуя, как меня снова охватывает волна ужаса.
В результате всей этой паники на меня накатывает волна головокружения, и я покачиваюсь на ногах.
Не впадай в транс. Он убьет тебя.
Оставайся в сознании! 
— Где твой телефон? — рявкает он.
Дрожа как в лихорадке, я указываю на свой туалетный столик. Нолан снова грубо тянет меня за собой, подходя к столику. Он берет мой телефон и сует его в карман, а затем пристально смотрит на меня.
— Мы выйдем из этого дома, как ни в чем не бывало. Если ты устроишь сцену, я застрелю тебя и всех, кто встанет у меня на пути.
Я быстро киваю, дыша так быстро, что губы становятся невероятно сухими.
Нолан засовывает пистолет за пояс брюк и, крепко держа меня за руку, подталкивает к двери.
— Улыбнись, — рычит он.
Я борюсь с собой, но вымученная улыбка получается слабой и натянутой.
Я продолжаю делать глубокие вдохи, когда мы выходим из моей спальни. Каждый мускул моего тела напряжен, и я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на этом ужасе. Сейчас не время терять сознание и впадать в еще большую панику.
О Боже.
Спускаясь по лестнице, я мельком смотрю на фойе и папин кабинет. Не услышав никаких голосов, мне приходится пересечь фойе и подойти к стеклянному столику, где мы храним все ключи.
— Возьми ключи от машины, — рявкает Нолан, и я быстро достаю свои из кучи. Я бросаю взгляд на Нолана и, увидев агрессивное выражение его лица, шепчу:
— Пожалуйста, не причиняй никому вреда.
— Шевелись, мать твою! — шипит он.
Крепко сжав пальцами мой бицепс, он толкает меня в сторону гаража, где припаркованы все машины.
Как только мы оказываемся в гараже, он забирает у меня ключи, а затем тащит к пассажирскому сиденью моего Porsche.
— Залезай!
Я быстро забираюсь внутрь, и он, закрыв дверцу, обходит машину спереди и садится на водительское место.
Мои мысли бегают по кругу, а руки крепко сжаты на коленях.
По крайней мере, Грейс не пострадала.
Она знает, что я бы никогда не ушла без нее. Она позвонит в полицию, и они найдут меня.
Маленькое семя надежды прорастает в самом потаенном уголке моего сердца.
Нолан заводит машину, не выпуская пистолет из рук. Ворота гаража открываются, и, когда он дает задний ход, я крепче сжимаю руки и оглядываюсь по сторонам.
У меня ужасно пересохло в горле, и я тихонько всхлипываю:
— Зачем ты делаешь это?
— Заткнись!
Я съеживаюсь и опускаю голову, крепко зажмуривая глаза.
В следующее мгновение мы мчимся по подъездной дорожке и выезжаем за ворота. И вот тогда до меня начинает доходить, что меня похитили.
О Боже!
Дрожь в моем теле усиливается, и, слегка приподняв голову, я оглядываюсь по сторонам. Заметив, что мы удаляемся от Дублина, я осмеливаюсь спросить:
— Куда ты меня везешь?
Нолан замахивается на меня, и прикладом пистолета дважды бьет по голове.
Боль пронзила меня с такой силой, что я мгновенно погрузилась в транс. Мои глаза закрываются, а дыхание резко замедляется. В голове становится совершенно пусто, и я перестаю воспринимать то, что меня окружает.
Я смутно слышу рев двигателя моего Porsche, и в какой-то момент мы сбавляем скорость. Меня вытаскивают из машины и заталкивают в другой автомобиль, как тряпичную куклу.
Кажется, проходят часы, прежде чем я прихожу в себя и начинаю осознавать происходящее. Меня снова вытаскивают из машины и с силой тащат к маленькому дому.
Мне удается оглядеться по сторонам, и, заметив, что мы находимся за городом, где поблизости нет других домов, меня снова охватывает сильнейший ужас.
Как только меня заталкивают в дом, Нолан говорит:
— Грейс прислала сообщения. Ты ответишь и убедишь ее, что все в порядке, или я убью тебя.
Я не могу даже кивнуть, продолжая быстро вдыхать воздух и лихорадочно оглядываться по сторонам.
Мебель скромная и довольно старомодная. В кухне, расположенной слева от меня, стоит небольшой квадратный стол с двумя стульями. Справа от меня находится небольшая гостиная с одним диваном и телевизором.
Нолан выдвигает один из деревянных стульев и грубо сажает меня на него.
Он прижимает пистолет к моей голове, протягивая мой телефон.
— Ответь Грейс.
Я открываю сообщения и быстро читаю все, что она мне прислала.
ГРЕЙС:
Скажи мне, где ты. Я приеду к тебе.
Мое сердце болезненно сжимается в груди, когда я смотрю на эти слова.
— Ответь ей! — кричит Нолан, сильнее прижимая дуло пистолета к моему виску.
Напуганная до смерти, я быстро набираю ответ, который должен успокоить Нолана.
Я:
Пожалуйста, не сердись и пойми, что я должна сделать это сама. Я так благодарна тебе за все, что ты для меня сделала. Я тебя люблю.
— Хорошо, — бормочет он, убирая пистолет от моей головы, и тут же вырывает у меня телефон.
Я неподвижно сижу на стуле, с опаской поглядывая на Нолана, который садится на другой стул. Его взгляд прикован ко мне, и когда он долго смотрит на меня, у меня в животе все сжимается, пока меня не начинает подташнивать.
Мой подбородок дрожит, а голос превращается в испуганный шепот, когда я осмеливаюсь спросить:
— Ты похитил меня ради выкупа?
Нолан медленно качает головой, затем, прищурившись, смотрит на меня.
— Ты хотя бы знаешь, как меня зовут?
Я осторожно киваю.
— Нолан Уолш. Ты работаешь на нас последние три месяца.
Его брови взлетают вверх, и счастливое выражение мгновенно стирает агрессию с его лица. Эта внезапная перемена поражает меня.
  
— Я думал, ты меня вообще не замечаешь, — говорит он удивленным тоном.
Он протягивает ко мне руку, и я съеживаюсь, когда он заправляет прядь моих волос за ухо.