Тёмные фантазии (СИ)

— Я за украшениями и маски посмотрю, — пробормотала я, понимая, что Лиза застряла здесь еще на полчаса точно с таким-то цензором.
Переходя от одного ювелирного бутика к другому, я забыла о времени, выискивая что-то особенное для своего образа. Хотелось необычное, оригинальное, свое! И я не смотрела по сторонам, чуть ли не носом водя по стеклянным витринам, когда кто-то неожиданно, закрыв мне рот и крепко ухватив за талию, дернул меня в сторону. И если бы не знакомый аромат, я бы, наверное, закричала, а так лишь с выпученными глазами искала охрану и, к своему изумлению, увидела только их спины за стеклянной стеной бутика. А мой Лапушка утянул меня в подсобку! И впору задаться вопросом, как он посмел, да только я сама забрела в ловушку, не обратив внимания, что магазинчик выполнен в нонарском стиле!
Ну, Дашенька, ну удружила Лапушке! А тот прижал меня к стене, с жадностью вглядываясь в лицо.
— Твои глаза, — прошептал он так, что у меня коленки подкосились.
И жарко стало, и так волнующе. И я прикусила губу, чтобы не улыбаться так сильно. А затем Ялайш меня поцеловал, а я обхватила его за шею, прижалась всем телом, застонав от удовольствия. О, что это был за поцелуй! На гране безумства! И язык у Лапушки самый обычный, горячий, чувственный. И как же я упивалась его сладкими губами, дрожала от возбуждения в его ласковых руках. И хотелось запрыгнуть на него кошкой, тереться, целовать, срывать одежды, но…
— Стоп, стоп, нам нельзя! Тут моя охрана! — оттолкнув от себя нонарца, быстро зашептала, оглядываясь на открытую дверь. Она что — не закрывается? Нас могли увидеть? О, как это чудно и безумно!
— Я приду в клуб, — пообещал Ялайш.
Я схватила его за рукав и запротестовала:
— Нет, не приходи. Там Лиза готовит тебе засаду. Она узнала, что ты меня украл.
— Узнала? — Полукровка удивленно приподнял брови, хотя сам не выглядел озадаченным, скорее насмешливым. — Или кто-то рассказал?
— Пришлось, меня пытали.
— Ух, моя бедненькая. Ну ничего, все равно приду, раз ты для меня так оделась. Просто не могу не принять приглашение. К тому же будет тематическая вечеринка.
— Какая вечеринка? — удивленно переспросила, потому что мне все меньше хотелось идти в этот обманчивый, как оказалось, клуб.
— Маскарад. Все будут в масках, и меня не узнают, даже ты, — самодовольно ухмыляясь, заявил этот серокожий тип!
Я даже забыла, что о нем надо беспокоиться! Просто чудесненько! Он мне еще и вызов бросает!
— Я и не узнаю? — фыркнула в ответ, но заинтриговал он меня знатно.
— Спорим на желание?
— Миленько, — покачала я головой, разом вспоминая, что я так-то на него обижаться должна. Или делать вид, что все еще не простила, поерничать для приличия. — Что за детские игры, Лапушка? Вроде взрослые люди.
— Взрослые, — неожиданно став серьезным, кивнул Ялайш и в следующий миг опять припал к моим губам. — Встретимся в клубе и поиграем во взрослые игры.
Я долго еще потом думала над его словами, пока шла обратно к Лизе. Что-то «Алый бархат» уже не казался мне таким уж безобидным местом. А если вспомнить, кто его истинный хозяин!
— Лиза, а мы точно должны пойти на вечеринку? — в лоб спросила сестру, наплевав на конспирацию и то, что нас слышат мужчины. — Ты точно ничего не хочешь мне рассказать об этом клуб?
— Ты про «Алый бархат», Дарья? — уточнил Стемп. — Это заведение очень специфическое и ориентировано на потребности шиянарцев в целом, но и обычные манаукцы любят там провести время. Отличное место, престижное и дорогое. Не каждому по карману, поэтому там собирается элита.
— Ориентирован на шиянарцев? — переспросила я Стемпа, а Лиза махнула рукой.
— Там проводят курсы по усмирению шиянарцев. Ну и как правильно вести себя с женщинами. Можно сказать, учебный корпус для озабоченных мужчин, — с выражением закончила сестра, явно намекая на Лапушку.
Я не выдержала и рассмеялась. Кажется, я поняла, что задумала сестра. И, кометой меня придави, если я все силы не брошу на то, чтобы вычислить моего маньяка. Обязательно укажу на него Лизе пальцем. А вечерочек намечается очень забавненький.
— Все, давай за масками! — воодушевилась я в ответ, облизывая припухшие от страстного поцелуя губы. Как же меня распирало от предвкушения!
***
«Мне нравилось скрывать себя за маской, чтобы никто не узнал меня из обычной жизни. Черный бархат плотно облегал мое лицо, алые губы растянулись в коварной улыбке, а глаза блестели от азарта. Я обожаю надевать маску, тогда можно отпустить себя настоящую, ту самую, что живет во мраке души и ждет своего часа. Маска — это ключ к свободе. И я срываю с себя скучную личину приличной домохозяйки, пританцовывая под ритмы музыки, красуюсь перед сотнями мужчин, выискивая своего охотника, представляя, как стану чьей-то жертвой. Жду этот миг с бешено бьющимся сердцем. Стараюсь показаться себя со всех сторон, прося у бармена горячительный напиток, чтобы набраться еще больше смелости, чтобы быть яркой, сочной и соблазнительной. Ведь пьяная женщина так беззащитна. С ней можно делать все что угодно. Глупый стереотип, но действенный. Но я не пью, а только заказываю, давая понять окружающим меня хищникам, что я готова на все, с любым, но… Я буду трезвой и хищника выберу себе сама. Подмигиваю ему, уже вычленяя его из толпы. Высокий брюнет с холодным взглядом алых глаз. Лицо скрывает черная маска. Но я его узнала. В груди заполыхал пожар волнения и легкого счастья. Я так надеялась, что сегодня он будет здесь. Он и его кнут. Мечта сбылась. Да, это он, тот самый… мой… опасный и любимый… садист, который обещал мне настоящую боль и наслаждение. Наконец-то я нашла его, и пришло время исполнять свои обещания!»
Феликс самодовольно усмехнулся, радуясь как мальчишка, прекрасно понимая, о ком в этот раз написала Виолетта.
— Да, да, я такой! — тихо пробормотал он, откладывая в сторону нанотоп.
Любимая женушка, удобно расположив голову на его коленях, уснула за работой. И мужчина не мог себе отказать в удовольствии утопить пальцы в розовый шелк пушистых волос. Осторожно пропуская локоны между пальцев, он жадно рассматривал трогательное, по-детски открытое лицо любимой.
Обычно мужчины бегут от ненавистного матриархата, что царит на Шиянаре, презирая женщин. Мало кто понимал Феликса, который, в отличие от остальных шиянарцев, покинувших родную планету, искал себе покровительницу, ту, что не предаст, что будет с ним несмотря ни на что. Феликс готов целовать ей руки, лежать у ее ног, преданно заглядывая в глаза, быть под ее каблуком.
Скорее всего, дело в том, что не всем так повезло с покровительницей, как Алиасу Тамино и самому Феликсу. Их наставница поведала им один маленький секрет. Женщину надо воспитывать под себя. Друг и начальник долго шел к этому. Его жена не сразу приняла правила Тамино. Он постепенно обучал ее, открывая мир темной порочной страсти, медленно запутывая в своей паутине, не позволяя вырваться. Возможно, именно из-за эротических пристрастий Алиаса его жена однажды и сбежала, кто знает. О таком точно не спросишь у начальника напрямую. Но суть в том, что своих жен ни Тамино, ни Эйлонский не отпустят от себя никогда. В этом они совершенно иные. Это у обычных манаукцев дамы свободны в выборе, а у Виолетты такого выбора никогда не будет.
Розовые губки приоткрылись, и по нервам альбиноса пробежала дрожь. Маленькая соблазнительница даже спать умудрялась так эротично, что все мысли были лишь о сексе. Нет, Феликсу несказанно повезло с женой. Она — подарок судьбы, его Виола — невинный автор эротических новелл, и он никогда не выпустит ее из своих рук.
Дарья
В жизни никогда ни на кого не охотилась, а, видимо, зря. Это так увлекательно! Клуб встретил нас шумной веселой танцующей толпой. Все в черном, в масках, с широкими улыбками, яркие, дерзкие. Запах страсти, секса, возбуждения. Мой взгляд вычленял в полутьме и брызгах светомузыки сплетенные в жарких объятиях смешанные парочки. Здесь было очень много манаукцев и землянок. От дурманящей атмосферы в клубе у меня зачесалось тело, перед глазами поплыло и бросило в пот. Я невольно засматривалась на высокие крепкие фигуры мужчин, обтянутых в костюмы из кожи.