Краеугольников (СИ)

Как ни странно, но я довольно быстро привык к подобному распорядку. Монотонная повторяющаяся работа, не требующая больших умственных и физических усилий — она даже приятна в определенной степени. Не нужно никуда бежать, напрягаться. Всегда уверен в сегодняшнем и завтрашнем дне. Можно составить четкое расписание и безукоризненно ему следовать. Никаких неожиданностей. Спокойствие, целеустремленность, предсказуемость. И скука.
Я привык к тому, что зачастую сижу в офисе в гордом одиночестве. Прочие «аналитики» появлялись и исчезали без всякого расписания, будто свободные художники, находящиеся в беспрестанном творческом поиске. Непонятно, делают ли они вообще хоть что-то… И как их контролируют. За мной, кстати, тоже никто не приглядывал. В открытую, по крайней мере. Но я в любом случае старался не злоупотреблять оказанным доверием. Ведь я пока всего лишь стажер.
Пару раз на рабочем месте появлялся Василий. Мы здоровались, общались — с его стороны я не заметил никакого негатива. Поговорили, как ни в чем не бывало. Правда не долго. Он забежал, разбросав по столу бумаги, и снова скрылся, не утруждая себя бюрократической волокитой.
Однажды почтила своим присутствием Диана. Продефилировала меж столов, как настоящая царица, одарив меня слегка высокомерным взглядом. Впрочем, пообщались с ней вполне по-приятельски. Во всяком случае никакого пренебрежения от нее я не увидел. Она расспросила о моих успехах. Хмыкнула, узнав о списке инструкций. Пожелала удачи в нелегком деле освоения профессии. И, изящно махнув ручкой, скрылась. От красотки осталось только приятное воспоминание да будоражащий запах парфюма.
С прочими коллегами не общался — как-то не довелось. Лишь наблюдал, как они приходят и вновь удаляются восвояси.
Был там один мелкий, юркий, передвигающийся чуть ли не бегом. Про себя я окрестил его «Проныра». Не особо-то понравился — какой-то скользкий, суетливый, хитрозадый.
Другой, словно в противовес — высокий, под два метра, зато тощий, как спичка. Подпольная кличка «Каланча». Вышагивал всегда степенно и представительно. Я бы даже сказал — манерно. И было что-то в его движениях… «не такое». Наводящее на мысли о нестандартной ориентации.
В общем, я больше разглядывал. И невольно фиксировал приходящих и уходящих. Каждому выдавал условную кличку, каким-то образом соответствующую манерам и образу. Так в моем мысленном списке появились «Бегемот», «Знайка», «Болтушка», «Крендель», «Выскочка». Целый зоопарк, одним словом.
Батя своим присутствием не баловал. А если и появлялся, то на меня вообще не обращал внимания, будто я пустое место. Обидно, конечно, ну да ладно. Хоть не ругает — и на том спасибо.
Точно такой же день предстоял и сегодня — обычный, ничем не примечательный. Заявился в офис с утра пораньше, перекинулся парой слов с Юлей, да так и брякнулся на привычное место. Машинально отметил, что кабинет шефа пуст. Смерил взглядом пространство офиса — никого. Лишь безотказные ибепешки подмигивают из-под столов.
Стартанул комп, началась привычная писанина. Очередная никому не нужная инструкция по жизненно важной теме. Изредка приходилось сверяться с интернетом, копипастя некоторые куски из свободных источников. В остальном — ничем не примечательное утро, практически не отличимое от предыдущих.
Сегодня в офисе было на удивление малолюдно, пустынно, даже по меркам агентства. Словно все сговорились взять выходной. Или, напротив — именно в этот день, как по заказу, случилась важная полевая работа.
Единственный, кто мелькнул, да и то эпизодически — «Бегемот», тучный лысоватый мужчина лет пятидесяти. Он появился совсем рано, пошуршал бумагами за своим столом, и, глянув на меня как-то сочувственно, скрылся восвояси.
Ничто не предвещало беды. Я работал не покладая рук, а вернее — пальцев. Набил, наверное, страницы три, не меньше. Уже подумывал закончить текущий документ, когда краем глаза заметил у входной двери некую суету.
Там, принужденно улыбаясь, вытянулась стрункой Юля — миловидная блондинка-секретарша, будто сошедшая из энциклопедии заезженных штампов. Она казалась какой-то непривычно напряженной: приглашающий жест рукой выглядел так, будто его сделал не живой человек, а пластиковая кукла.
 
В дверной проем вошел гость. Я повернул голову и рассматривал посетителя во все глаза, без всяких зазрений совести. Еще бы — он-то до поры до времени меня увидеть никак не мог.
Статный мужчина, чуть выше среднего, явно с небольшим избыточным весом, о чем недвусмысленно намекает выпирающий живот. Впрочем, ширина плеч и размах рук говорит о немалой силе, характерной для данного телосложения. Голова большая, овальная, с копной растрепанных волос, где легко прослеживались вкрапления седины.
Лицо… незамутненное. Необремененное мыслью, я бы сказал. Большой лоб, глаза на выкате, незаметный нос и чуть приоткрытые губы. Подбородок на удивление маленький, розоватые щечки надуты от чувства собственного величия. Весь облик незнакомца как бы говорил о невеликих умственных способностях. Впрочем, данное впечатление бывает ой каким обманчивым. Так что расслабляться не стоит. Потому как явных идиотов в людях его профессии не бывает.
А профессиональная принадлежность гостя не вызывала у меня никаких вопросов. Ибо он был облачен в форму, при погонах, на поясе даже болталась штатная кобура с торчащей рукоятью. Как будто ему здесь и сейчас могло понадобиться табельное оружие. Хотя… вполне возможно, это просто привычка.
Блондинка повела рукой в мою сторону, неизвестный полицейский шагнул вперед, браво чеканя шаг. При виде пустующего офиса на лице представителя власти не отразилось ни малейшего сомнения. Так эта странная парочка пересекла длинное помещение — на мгновение я даже понадеялся, что меня не заметят. Но нет, не повезло.
Юленька ухватила гостя под локоток и прямо подвела к моему столу.
— Вот, знакомьтесь, Александр Сергеевич Краеугольников, — каким-то деревянным заискивающим тоном доложила девушка полицейскому, — Наш новый сотрудник. Он-то вам все и покажет!
Она зыркнула на меня, сделав страшные глаза. Увы, телепатии я до сих пор не обучился, а потому значение этого жеста осталось за гранью моего понимания. Но пришлось все же подняться на ноги и пожать протянутую руку.
Несмотря на лишний жирок, ладонь незнакомца оказалась на удивление крепкой и цепкой. Его взгляд охватил меня целиком, сразу составив какое-то свое, сугубо прикладное мнение.
— Старший оперуполномоченный, Седов Дмитрий Иванович, — коротко представился посетитель, — Прибыл для проведения внеочередной инспекции. Возражения имеются?
Возражений у меня не было. А если бы и были, уверен, они тут же отправились бы в страну проигнорированных. Единственное, на что я осмелился — попросил предъявить документы.
Юля совсем побледнела и медленно попятилась назад.
— Ну, я вас оставлю, — мило и чуть испуганно пролепетала она, — Саша тут сам все знает…
Она смешно засеменила ногами и резво выпорхнула прочь из офиса. Седов приподнял брови, чтобы продемонстрировать крайнюю степень удивления.
— Сразу видно, что вы новичок, — констатировал полицейский, доставая, тем не менее, удостоверение.
Пока я изучал корочки, Дмитрий Иванович не отказал себе в удовольствии произнести целую речь на тему сотрудничества частных детективов и органов правопорядка. Суть ее сводилась к тому, что у нас в стране прав тот, у кого больше прав. А у детектива прав нет вообще. Следовательно, мы должны и поклоны бить, и ноги целовать. Иначе — лавочка прикроется быстрее, чем он достигнет ее порога.
 
Пока он болтал, меня вдруг взяла какая-то острая злость. На страну, на полицию, на агентство, на Андрея Андреевича с его заскоками. Благодаря кому я оказался тут один на съедение этому коршуну?
Последние слова речи еще не отзвучали в ушах, а я твердо решил — ничего лишнего не покажу и не расскажу. Фигушки. Будем делать все по закону. Не то чтобы я их хорошо знал, но… Без ордера на обыск никуда не пущу. А сотрудничать…