Локки 9. Потомок бога (СИ)
— Прямо реклама прекрасного курорта для отдыха.
— Локки, не зли меня!
— Хм, в этот мир стоило попасть хотя бы ради того, чтобы увидеть, как ты злишься. Это прекрасное зрелище.
Глава 5
Вскоре корабль начало швырять по волнам как скорлупку. Казалось, разбушевавшееся море твёрдо решило утопить нас ко всем хренам, но не просто так, а со спецэффектами: под оглушительный грохот грома и световое представление гигантских зигзагов молний, разрывающих чернющие небеса.
Естественно, при такой погоде Древний перестал наполнять паруса магическим ветром.
Более того, смертные спустили все паруса и спрятались на нижней палубе. На верхней остались лишь капитан и двое его помощников. Они привязались канатами, чтобы их не смыло за борт, и изо всех сил боролись со штурвалом, стараясь держать нос корабля строго против волн, чтобы судно взбиралось на них как на гору, а потом скользило вниз. Стоило хотя бы одной волне ударить в борт — и всё, конец. Пойдём ко дну, пуская пузырики.
И как-то так вышло, что мы с Мией оказались в капитанской каюте, пока все остальные разбрелись по кораблю, проверяя целостность конструкции. А то вдруг течь…
— Корабль не выдержит такой бури, — тревожно произнесла смуглокожая стерва, глядя в окно, за которым бушевало море.
— Да, сто к одному, что не выдержит, — отозвался я, держась за прикрученный к полу стол, чтобы не грохнуться на пол от адской качки.
— Ты умеешь поддержать, — саркастично процедила она. — Мы все умрём, а у тебя ухмылка на лице.
— Почему же все? Я, скорее всего, выживу. Но ты наслаждайся. Говорят, нет ничего слаще и острее, чем последние минуты жизни.
Она метнула в меня взгляд, тёмный от злости, и процедила сквозь зубы:
— Я ненавижу богов.
— Солидарен. Мне они тоже не по вкусу.
— А тебя — больше всех! — выплюнула она с ядом в голосе.
— Спасибо за комплимент, я старался.
Девица сжала пальцы в кулаки и часто-часто задышала, из-за чего мундир на её внушительной груди натянулся ещё больше. Казалось, пуговица вот-вот оторвётся и кого-нибудь убьёт.
Но Мия сумела взять себя в руки, провела ладонью по волосам, отвернулась к окну и почти без злобы в голосе проговорила:
— А тот с щупальцами… мутант, как его здесь называют, он способен с помощью магии утихомирить бурю или хотя бы волны вокруг?
— Не думаю, — покачал я головой. — Чтобы справиться с такой природной мощью, нужны колоссальные силы.
— А что, если он… — она сглотнула, — убьёт ещё несколько человек из команды? Уж лучше так, чем всем пойти ко дну, разве нет?
Мия резко обернулась и уставилась прямо на меня, отражая глазами свет мечущегося пламени свечи и всполохи молний, сверкающих за окном.
— Даже если он перебьёт всех нас, ему всё равно не хватит сил, чтобы утихомирить бурю, — проговорил я, хотя сам прекрасно понимал, что мои слова вполне могут оказаться ложью. — К тому же я дал слово капитану, что мы не тронем его команду.
— И он тебе поверил? — изумилась Мия, изогнув чётко очерченные брови. — После того, что случилось с тем кривоногим бедолагой, которого выпил твой спутник с щупальцами?
— Поверил. Я просто сказал, что кривоногий нарушил технику безопасности.
— Какую именно?
— Слишком близко подошёл к осьминоголовому. А тот, как известно, опаснее, чем искрящийся трансформатор.
— Транс… что? — не поняла девушка, явно не встречавшая такое слово в Пустоши.
— А, не бери в голову. Это слишком сложно для тебя.
Мия снова злобно заворчала, напоминая разъярённую змею. Она пару мгновений сверлила меня взглядом, а потом выскочила из каюты, едва не упав. Только кошачья ловкость позволила ей устоять на ногах.
Я остался один и в задумчивости исполосовал лоб морщинами.
Как бы так ловко спасти корабль и команду? На ум приходил только хренов Древний с его магическими фокусами. Но даже ему потребуется огромное количество энергии, чтобы как-то помочь судну не утонуть. И где взять энергию? Опять жертвы? Но я же и вправду дал слово капитану.
Впрочем, кажется, у меня есть одна мыслишка…
Торопливо покинув каюту, я выбрался на скользкую палубу, через которую перекатывались волны. Часть артиллерийских орудий и такелажа уже смыло в море. А в фальшборте красовалась дыра.
Благо хоть капитан и его помощники оказались все ещё живы.
Я кое-как добрался до них, преодолев качку, выворачивающий веки ветер и захлёстывающие судно волны, норовящие сбить меня с ног.
— Хорошая погода, да, капитан⁈ — неунывающе проорал я, схватившись за штурвал, чтобы помочь смертным.
Те с облегчением выдохнули, поскольку их одеревеневшие от напряжения руки устали бороться со штурвалом, живущим своей жизнью. Он пытался крутиться то в одну сторону, то в другую, словно до ужаса не хотел следовать в одном направлении.
— Ага, лёгкий дождик и приятный бриз! — вымученно откликнулся бородач, потерявший-таки треуголку. Теперь его мокрая лысина отражала электрический свет молний.
— Мы не сбились с курса? Всё так же идём в сторону ближайшего острова, как и договаривались? Преследуемый нами корабль, по идее, тоже должен двигаться туда, дабы укрыться от непогоды! — произнёс я, напрягая голосовые связки. Чёртов ветер злорадно пытался вбить слова обратно мне в рот.
— Нас отнесло немного южнее, но пока всё поправимо! — прокричал капитан и следом добавил, пытаясь сохранять присутствие духа, однако его лицо нет-нет да и корёжила гримаса страха: — Но если шторм усилится, господин, боюсь, мы все отправимся на корм рыбам. Вас непременно обглодает какая-нибудь благородная рыба императорских кровей, а нас сожрут простые незатейливые рыбёшки.
— Молодец, остришь! — хлопнул я его по плечу, поняв, что перед лицом смерти капитан перестал бояться меня. Это была смелось бедолаги, которого вели на эшафот, и тот уже не трусил шутить даже над самим императором.
А другой смертный, вдохновившись тем, что я не открутил бородачу голову за его шуточки, решился подать голос. Он произнёс, испуганно сверкая зенками, поселившимися на треугольном лице нездорового жёлтого цвета с прилипшими ко лбу серыми волосами:
— Господин, туточки же могет произойти ещё одна напасть. Великий Змий. Опытные моряки говорят, что он обитает в этих проклятых водах и как раз в такой шторм выбирается из глубин на поверхность.
— Не мели чепухи, Серый! — бросил ему капитан, держа штурвал побелевшими от усилий пальцами. — На кой ляд ему выбираться, когда на море творится такая свистопляска⁈
— Может, он любитель гидромассажных ванн? — усмехнулся я, прикрыв глаза ладонью, чтобы их не выжгла ослепительная вспышка молнии. Та сверкнула прямо над кораблём.
— Может, — согласился со мной капитан, хотя вряд ли он знал, что за штуку я упомянул.
Серый на всякий случай тоже согласно кивнул и спустя миг с ужасом уставился на громадную волну, вырастающую на горизонте.
— Вот это размер, — трясущимся голосом выдал третий смертный и шумно сглотнул.
— Ты говоришь прям как моя бывшая, — не очень остроумно пошутил я, но у меня было оправдание. Волна впечатлила и меня. Настоящая гора. И она, сука, неслась прямо на нас, набирая и набирая скорость, словно хотела смести всё на своём пути!
Вскоре впереди не осталось ничего, кроме неё. Она нависла над кораблём, а тот, как крошечный жучок, начал взбираться на неё, изрядно накренившись назад.
По палубе покатилось сорвавшееся с креплений артиллерийское орудие, с громким треском пробило фальшборт и тяжеловесно ухнуло в воду.
У меня засосало под ложечкой и показалось, что сейчас за борт примутся выпрыгивать крысы, которые, как известно, первыми покидают тонущий корабль. Мы, конечно, пока не тонули, но у нас для этого имелись все условия.
— Знаете, — подрагивающим голосом выдал капитан, глядя на грязно-серую пенную корону, венчающую громадную волну, — мне сейчас вспомнилась доярка из моей молодости. Может, надо было всё-таки жениться на ней? У неё была такая большая грудь. Клянусь, как две подушки! Вот женился бы на ней, жил бы в деревне и самогонку пил, а в сторону моря даже и не глядел бы.