Сила администратора (СИ)

— Эта «простая тюрьма» — не просто здание! — её слова прозвучали с неожиданной горячностью, без привычной холодной вежливости. — Это административная структура! Её базовый функционал — изоляция, подавление, и контроль — всё это прописано в самых фундаментальных законах реальности, установленных при формировании мироздания.
Это закон Великой, а против базовых законов бессильно даже такое существо, как Аарн. Я рада, что вы нашли такую уязвимость, но эта находка совершенно бесполезна, потому что прописать похожий функционал для всего мира, для каждой его пяди… это невозможно.
  
После этих слов она откинулась в своём энергетическом кресле, проводя рукой по лбу, словно пытаясь привести свои мысли в порядок, а у меня в это время в голове возникла безумная догадка, которая возникла в связке с фразами: «Административная структура» и «Базовые законы».
Да, для обычного человека, и даже для могущественного мага, изменить эти законы — это что-то немыслимое, но я-то был не совсем обычным парнем. Мой статус администратора у меня никто не забирал, и пусть я пока был неполноценным админом, но всё же…
Мой статус давал мне право не просто использовать установленные правила, но и… в какой-то мере, на своём уровне, их настраивать. Что, если я смогу не просто укреплять стены? Что, если я смогу… прописать на всю территорию мира, спасителем которого я являюсь, тот самый базовый закон изоляции и подавления, который работал в тюрьме? Сделать весь мир одним большим подавителем для энергии Аарна?
Эти мысли целиком захватили меня, но я не мог их проверить, пока здесь была Эолани, поэтому я решил всё-таки задать пятый вопрос, который должен был удовлетворить моё любопытство, которое возникло в то время, когда я выполнял задание канцелярии назначений в мире, где аномалии собрались в одном месте.
Мне тогда показалось, что весь мир дружно забил на покорение брешей, и сейчас я хотел узнать у своей собеседницы смысл такого поступка, ведь на мне лежит ответственность за целый мир, а вот как им управлять — я не имел ни малейшего понятия.
— Должен ли мир, подобный Самгану, стараться прорваться в миры высшего порядка, или он может не делать этого?
Эолани, собравшись с силами, взглянула на меня, после чего вздохнула, и ответила:
— Конечно же смысл есть. Миры высшего порядка обладают значительными привилегиями, и при достижении их у нового мира появляется доступ к более стабильным и мощным источникам энергии, возрастает приоритет в распределении ресурсов Канцелярии, а так же появляется возможность влиять на судьбы миров низших кругов, но… с повышением порядка резко возрастает конкуренция, ответственность и уровень угроз.
Вы оказываетесь на радаре более могущественных игроков, и именно поэтому многие миры, достигнув, скажем, третьего круга, сознательно останавливаются в своей экспансии на десятилетия, предпочитая накапливать силы, развивать инфраструктуру и укреплять свои позиции, прежде чем двигаться дальше. Это гонка, где не всегда побеждает самый быстрый. Чаще — самый подготовленный и терпеливый.
Тем не менее не стоит забывать цели системы компиляции, и научно доказанный факт, что если мир по мнению Великой слишком долго находится на каком-то из кругов — с ним начинают происходить различного рода… катаклизмы. Так что в этом деле надо соблюдать тонкую грань, и всегда обращать внимание на знаки от Великой.
На этом Эолани закончила отвечать на вопросы, и артефакт на столе сразу же стал прозрачным, возвращаясь к режиму ожидания. Девушка поднялась со своего кресла, которое сразу же распалось на множество энергетических сполохов, и равнодушно сказала:
— Наши обязательства полностью выполнены, владетель Самгана. Вас ждут не простые времена, и я искренне желаю вам… выжить. Всего хорошего.
После этих слов она развернулась и, не прощаясь, шагнула в мерцавший в углу портал, который мгновенно схлопнулся за её спиной, оставив в зале лишь тяжёлое, гнетущее молчание.
С уходом девушки я остался совершенно один, но это мне ни капли не мешало. В голове роились обрывки мыслей, которые тщательно обрабатывали полученные знания и пытались выстроить понятную картину.
Ответ на пятый вопрос лишь укрепил меня в мысли, что двигаться вверх — необходимо, ведь только получив больше привилегий, и больше контроля над законами своей реальности, я смогу по-настоящему защитить свой мир, но теперь я ещё и понимал, что делать это нужно не рывком, а осторожно. Накопить силу, как сделал тот, спасённый мной мир, и ворваться на новый круг с позиции силы.
Кому-то со стороны могло показаться, что я профукал дарованную мне возможность и узнал преступно мало, но для меня полученные сведения были подобны ключу, подобранному к сложнейшему замку.
Угроза поглотителя была чудовищной, но теперь я видел её в ином свете. Все наши приготовления — стены, патрули, щиты — были всего лишь попыткой залатать дырявую лодку в то время, пока её заливает цунами. Это могло отсрочить нашу гибель, но не предотвратить её. Проблему нужно было решать радикально, и решалась эта проблема в месте под названием «Канцелярия назначений».
Сейчас я очень чётко понимал, что мой недораскрытый статус был не просто личной обидой, а являлся ничем иным. как главной уязвимостью Самгана. Пока я оставался «неполноценным» — мои возможности по изменению законов реальности на своей территории были крайне ограничены, и это надо было срочно менять.
Логика подсказывала, что существа, заблокировавшие моё назначение, скорее всего, относились к Совету Фондрейзоров, куда входили двадцать четыре вершителя судеб, а значит сейчас мой путь лежал через их надзирателей — Коллегию Наблюдателей… Но как до них достучаться? Как составить жалобу, которую не выбросят в корзину в первую же секунду?
Ответ на этот вопрос я мог получить только в одном месте — в доме Знаний.
Выйдя из здания аукциона, я быстрым шагом направился через центральную площадь в сторону искомого здания в городе, который был похож на встревоженный улей. По мостовой грохотали телеги с припасами, слышались отрывистые команды, а в небе то и дело проносились патрули из окторианцев.
На одном из перекрёстков я почти столкнулся с капитаном городской стражи, Лореном. Его обычно спокойное лицо было испачкано сажей, а доспехи выглядели так, будто он только что вернулся из жестокой битвы.
— Владетель! — он отдал честь, и с усталым взглядом отрапортовал:
— Усиливаем баррикады в старом квартале, как и было приказано Акселем, но народ нервничает… Шепчутся, что по нашу душу идут какие-то «пожиратели душ»… Что нам говорить паникующим?
Я на мгновение задержался, глядя на него… На представителя тех самых людей, ради кого я всё это затеял. Обычные люди, стражники, ремесленники… Их страх был конкретным и очень понятным.
— Говорите, что мы знаем врага в лицо и готовимся дать ему отпор, — ответил я, стараясь, чтобы голос мой звучал твёрже, чем я чувствовал себя внутри. — Говорите, что стены Эсмаруила выдержали не одно нашествие, и это не станет исключением, а всякую панику пресекайте на корню. Мы не можем позволить страху сломать нас раньше, чем враг нанесёт удар.
Лорен кивнул, в его глазах мелькнуло понимание, после чего он вытянулся по стойке «смирно», и молодцевато сказал:
— Будет сделано.
Мы разошлись, и я поймал себя на мысли, что эта короткая встреча подстегнула меня. Время работало против нас, и мне не стоило забывать об этом.
Дом знаний встретил меня своей вечной, умиротворяющей тишиной, и в кои то веки сюда не было очереди… Я сразу же прошёл к центральному терминалу, после чего опустился в кресло оператора. Передо мной сразу же загорелась знакомая поисковая строка, куда я сразу же ввёл интересующую меня информацию:
  
«Процедура обжалования действий членов Совета Фондрейзоров Канцелярии назначений. Обращение в Коллегию наблюдателей».
Система поиска зависла на несколько секунд, после чего по поверхности стола пробежала волна серебристого света, которая быстро просканировала меня, проверяя моё право на распоряжение такого рода информацией.