Все качаюсь, как Зомби? Да легко! Книга V (СИ)

Воздух вокруг него засветился едва заметным серебристым сиянием, а команда почувствовала тяжесть, словно на них надели невидимые кандалы.
— Видите? А теперь прошу вас — присаживайтесь. Не заставляйте меня быть… неучтивым.
Лера быстро оценила ситуацию. Выхода не было, стены выглядели монолитными, а попытка силового решения явно была заведомо провальной. Значит, нужно играть по правилам этого места.
  
Пока что.
— Хорошо, — сказала она, подходя к столу. — Но сначала объясни правила.
— Разумеется! — Крупье с элегантностью фокусника достал из-под стола колоду карт.
Но это были не обычные карты, они были сделаны из тонких костяных пластин, и каждая словно светилась слабым, призрачным светом.
— Игра называется «Душевные Ставки», — начал он, искусно тасуя колоду. — Правила просты, как у блэкджека. Нужно набрать больше очков, чем у меня, но не больше двадцати одного. Туз — одиннадцать или один очко, картинки — десять, остальные по номиналу.
Карты в его руках двигались как живые, образуя сложные каскады и веера.
— Три победы подряд, — продолжал он, — и проход к следующему испытанию откроется. Три поражения… — его улыбка стала шире, — и вы навсегда останетесь здесь. В качестве экспонатов моей коллекции.
Он небрежно махнул рукой в сторону стен, и команда с ужасом увидела, что-то, что они приняли за декоративные элементы в бархатной обивке, на самом деле были контурами человеческих фигур, словно вплавленных в стену.
— Это… люди? — прошептала Каната.
— Предыдущие гости, — подтвердил Крупье с видом коллекционера, демонстрирующего свои сокровища. — Они тоже были так уверены в своих силах. А теперь… украшают мой зал.
Митяй внимательно изучал карты в руках Крупье, не обращая внимания на жуткие детали.
«Блэкджек? Серьезно? После всего этого безумия — самая обычная карточная игра?» — подумал он в мысленном чате.
«Не обычная,» — возразила Лера. — «Он сказал „душевные ставки“. Играем не на фишки.»
— А на что мы, собственно, играем? — вслух спросила она.
— О, на самое ценное! — Крупье аккуратно разложил карты на столе. — На ваши достижения в этом подземелье. Очки Подземелья, заработанные вами. Ваше снаряжение, ваши артефакты. Каждый проигрыш делает меня сильнее, каждая ваша победа — ослабляет меня, приближая вашу свободу.
Бастиан заскрипел зубами.
— Значит, мы рискуем всем, ради чего сюда пришли.
— Именно! — обрадовался Крупье. — Разве не в этом прелесть настоящей игры? Ставки должны быть значимыми!
«Это психологическая игра,» — быстро проанализировала Лера в чате. — «Он хочет, чтобы мы боялись потерять то, что уже заработали. Но у нас нет другого выбора, кроме как играть.»
«Мне нравится!» — восторженно отозвался Митяй. — «Блэкджек со смертельными ставками! Это же воплощение мечты любого гемблера!»
«Ты идиот,» — мрачно сообщил ему Бастиан. «Дом всегда выигрывает. Это аксиома.»
«Не всегда,» — возразила Каната. «К тому же, нам деваться некуда.»
Лера приняла решение.
— Хорошо, — сказала она вслух. — Но играю первой я. И начинаем с минимальной ставки.
— Конечно! — Крупье одобрительно кивнул. — Благоразумно. Минимальная ставка — сто Очков Подземелья.
Лера кивнула и приняла ставку, скрепя зубами.
— Отлично. Начинаем.
Карты легли на стол с тихим шелестом. У Леры оказалось восемь и семерка — пятнадцать очков. Солидная рука, но не идеальная. У Крупье открытая карта — десятка. Сильная позиция.
Лера задумалась. По всем канонам теории вероятности, с пятнадцатью очками против десятки дилера следовало остановиться. Шанс перебора у неё был высок.
— Хватит, — сказала она.
Крупье элегантно вскрыл свою вторую карту. Еще одна десятка. Двадцать очков.
— Увы, — произнес он с сочувствием, которое выглядело абсолютно искренним. — Математика — жестокая наука, не так ли? Логика против удачи, и логика проиграла.
Он протянул руку, и Лера почувствовала, как часть ее энергии просто… утекает. Куда-то в него. А сам Крупье стал выглядеть чуть более материальным, чуть более реальным.
«Черт,» — подумала она. «Игра нечестная. Он точно каким-то образом контролирует расклад.»
— Следующий, — предложил Крупье. — Кто рискнет?
Бастиан решительно сел за стол.
— Я.
— Чудесно! И какова ваша ставка?
Бастиан достал из-за пояса один из трофейных топоров — хорошее оружие F+ ранга.
— Этого хватит?
— Более чем, — Крупье кивнул с одобрением.
Раздача. У Бастиана — десятка и восьмерка. Восемнадцать очков — отличная рука. У Крупье открыта семерка — слабая позиция.
Бастиан, следуя логике силовика, решил добрать еще карту, надеясь получить двойку или тройку для идеальных двадцати-двадцати одного.
— Карту, — сказал он.
Крупье с легкой, едва заметной усмешкой выдал пятерку. Двадцать три. Перебор.
— Ах, какая жалость, — протянул он, забирая топор. — Сила без умения — абсолютна бесполезна, не находите?
Оружие растворилось у него в руке, словно его и не было.
«Два проигрыша.» — с подумала Лера. «Что мы можем еще сделать?»
И тут свое слово сказал Митяй.
— Моя очередь, — объявил он, решительно садясь за стол.
— Митяй, нет! — попыталась остановить его Лера.
Но он уже был неостановим. В его глазах горел тот самый азарт, который она так хорошо знала. Азарт настоящего игрока, готового поставить на кон все.
— Моя ставка, — сказал он, и включая обычное снаряжение, выложил на стол все свои Очки Подземелья. Все до одного, а затем добавил к ним «Кости Потенциальной Катастрофы».
Наступила мертвая тишина.
Крупье впервые за всю игру перестал улыбаться. Он смотрел на ставку, и в его взгляде читалось… удивление? Восхищение? Страх?
— Весьма… радикально, — проговорил он наконец. — Вы ставите абсолютно все.
— Именно, — Митяй улыбнулся своей самой наглой улыбкой. — Потому что я верю в Святой Рандом. А Рандом любит смелых.
Крупье на секунду замешкался, затем кивнул.
— Принимаю. Но знайте — если проиграете, то потеряете не только все нажитое. Вы потеряете саму возможность когда-либо выиграть.
— Посмотрим, — спокойно ответил Митяй.
Карты легли на стол, и команда затаила дыхание. От этой руки зависело все.
Карты легли на зеленое сукно с тихим шелестом, который в наступившей тишине прозвучал как гром. У Митяя выпали десятка и туз — чистые двадцать одно очко. Автоматический блэкджек, редкая удача в обычной раздаче, где такая комбинация сулила немедленную выплату в полторы ставки. У крупье открытая карта — тоже туз. Худший возможный расклад для ставки на страховку: дилер мог скрываться с десяткой в кармане, и тогда вся раздача рисковала закончиться ничьей.Лера сжала кулаки. Туз у дилера означал, что у того либо блэкджек, либо мягкая рука, способная дотянуть до двадцати одного, а у Митяя — идеальный старт, но с подвохом: если крупье тоже соберёт двадцать одно, то победы им не видать.
Митяй вызывающе посмотрел на него. Крупье усмехнулся и элегантно перевернул свою закрытую карту. Еще одна десятка. У него тоже двадцать один.
— Ничья, — объявил он. — Ставки остаются на столе. Не желаете ли сыграть еще раз?
Митяй посмотрел на Крупье с тем же азартным блеском в глазах.
— Еще раз, — сказал он. — Все остается на кону.
В этот момент в его глазах горел тот самый огонь, который делал из обычного толстого отаку настоящего про-геймера. Он чувствовал игру, словно и правда стал настоящим Жрецом Рандома.
Крупье наблюдал за этим обменом с растущим интересом.
— Какая трогательная вера, — заметил он. — Но боюсь, вера здесь не поможет. Математика неумолима.
  
Он снова начал тасовать колоду, но на этот раз его движения были более медленными, почти гипнотическими. В воздухе повисло напряжение.
Новая раздача. У Митяя — снова одиннадцать очков, девятка и двойка. У Крупье открыта десятка. Сильная позиция, но не туз.