Кровавый спорт

Грейди ранен в ногу и падает. Кэрол Грейди кричит.
Я бросаюсь вперед, бегу к раненому.
Пауэлл разворачивает ПКМ и направляет его на бойцов. Они пригибаются или прячутся в укрытие.
Я добираюсь до Грейди. Он протягивает мне руку. Я наклоняюсь, и он перекидывает её мне через плечо. Помогаю ему подняться. Мы с трудом добираемся до Dash-8.
«Давай, ленивый ублюдок».
Грейди волочит левую ногу. Мы в десяти метрах от самолёта. Броер что-то кричит, но он за лобовым стеклом кабины, и я его не слышу. Пропеллеры раскручиваются до максимальных оборотов. Пули из группы пролетают мимо нас. Искры сверкают по фюзеляжу Dash-8. Пауэлл направляет ПКМ, прижимая группу к земле.
  
Доберись до двери. Передай Грейди в объятия жены и французского сержанта. Они втаскивают его на борт.
Позади меня раздается рев турбовинтовых двигателей Dash-8.
ПКМ Пауэлла непрерывно болтает. Лучший способ стрелять из ПКМ — это стрелять короткими очередями, корректировать огонь и снова стрелять. Пауэлл зажал палец на спусковом крючке. Я поднимаю АК-74 и поворачиваюсь.
Умбали атакуют самолёт. Сотни. Пауэлл расстреливает их из ПКМ. Бойцы в первой шеренге падают, как кегли. Я падаю на одно колено, перевожу АК-74 в режим автоматического огня и открываю огонь.
Ремень ПКМ пустеет. Пауэлл перепрыгивает через борт пятитонного самолёта, ударяется о землю и бежит к самолёту.
Кадры продолжают стрелять. Некоторые стараются не попасть в Умбали. Другие не обращают внимания и стреляют без разбора. Пока Умбали продолжает атаковать, некоторые попадают под обстрел спереди и сзади.
Пуля попадает Пауэллу в правую лопатку и взрывается высоко в груди. Он задыхается и падает на асфальт. С трудом встаёт на ноги.
«Пошли!» — кричу я.
Мы с сержантом продолжаем стрелять. Пауэлл ковыляет к нам, его рубашка пропитана кровью. Он падает на меня, и я толкаю его через дверь. Отец Дюкасс и сержант втаскивают его внутрь.
Я поворачиваюсь и опустошаю магазин АК-74, бросаясь на Умбали. Они швыряют копья. Броер начинает выкатывать самолёт. Я бросаюсь к двери. Хватаю Сесиль за руку. Сержант хватает меня за пояс бронежилета. Они наполовину затаскивают меня в самолёт. Мои ноги болтаются, пока Броер мчится по взлётно-посадочной полосе. Дюкасс хватает меня за левую руку и тянет. Втроём они тянут меня за собой до самого низа. Я падаю на пол, как выброшенная на берег рыба.
« Аллонс-и! » — кричат Дюкасс и сержант Броэру.
Я поворачиваюсь на бок. Пауэлл лежит на спине, уставившись в потолок.
Сесиль сжимает мою руку. «Помогите Пауэллу», — говорю я.
Сесиль отпускает.
Броер разгоняется до скорости вращения, и нос Dash-8 задирается. Я приподнимаюсь на локте. Грейди и Пауэлл лежат рядом.
Сесиль открыла свою аптечку и работает с ними. Рана Грейди в ногу не выглядит серьёзной. Пуля снесла много мяса с внешней стороны бедра, но не задела бедренную артерию. Пуля в спине Пауэлла прошла навылет — я вижу выходное отверстие. Понятия не имею, какие органы она задела.
Dash-8 взлетает. Раздаётся механический гул, когда Броер убирает шасси.
Сесиль расстегивает бронежилет Пауэлла.
«Это ранение в плечо», — говорит Сесиль. «Пуля раздробила лопатку, отскочила вверх и вышла из правой части груди».
"Легкие?"
"Нетронутый."
Я встаю на ноги. Ветер завывает в открытую дверь. «Давайте её закроем», — говорю я сержанту.
Прохожу к кабине пилотов. Прохожу мимо Орена Вулфа, который смотрит на меня, не говоря ни слова. Я решил, что он был честным идиотом. Госдепартамент же не отправляет в Вамбесу лучших из лучших.
Я открываю дверь кабины и протискиваюсь за пилотом. Его лицо освещёно светом приборов. Небо за окном на удивление яркое, целый океан звёзд. Ярче, чем тёмный африканский пейзаж внизу.
«Я горжусь тобой», — говорю я Броэру.
«Это очень много для тебя, приятель», — Брёр жестикулирует рукой.
«Устраивайтесь поудобнее».
Я усаживаюсь на место второго пилота.
«Ты умеешь пользоваться радио?» — спрашивает он.
"Да."
«Когда придет время, мне понадобится твоя помощь».
«Куда мы идем?»
«У нас есть топливо, чтобы добраться до Лагоса», — говорит Брёер. «У Нигерии богатая история английской культуры и современное медицинское обслуживание. Не думаю, что большая часть «Франкафрика» останется стабильной после того, что произошло сегодня».
«Ты в порядке?»
«Да, Брид. Я в порядке», — Броер поворачивается ко мне и улыбается. «И я уже давно не в порядке».
Я закрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла второго пилота. Впервые за двенадцать часов я позволяю себе расслабиться.
OceanofPDF.com
20
ВОСКРЕСЕНЬЕ, 07:00 - ЛАГОС, НИГЕРИЯ
Я видел ужасные залы ожидания в больницах, особенно в странах третьего мира. Эта больница в Лагосе очень хорошая. Я нашёл себе место, где присесть.
Сесиль разговаривает с врачами, которые оказывают помощь нашим раненым.
Измученный и невыспавшийся, я достаю телефон и звоню Штейну.
«Брид», — Штейн, кажется, рад меня слышать. «Ты выбрался».
«Да, так и было. Невероятно, но мы не потеряли ни одного мирного жителя».
«Как умер Томбей?»
Я поднимаю бровь. «Вы очень хорошо информированы, Штейн».
«Это моя работа. Как он умер?»
«Он пытался отказаться от сделки, поэтому я застрелил его».
«Почему он попытался отречься?»
«Я не умею читать мысли, Штейн. Хочешь, чтобы я угадал? Томбай поддался ненависти . Убить нас всех было для него важнее, чем Вамбесу».
«Это очень много ненависти».
«У Томбая было много поводов для ненависти. Давайте вернёмся к тому, что действительно важно. Государство сообщило вам, что Томбая мёртв, не так ли?»
«А что если бы они это сделали?»
«Откуда Госдепартамент узнал?»
Штейн колеблется. «С Стейтом связался Давуд Хаддад. Он заместитель Томбая. Он ведёт переговоры с нами и французами. Он сказал, что Томбая героически погиб в бою. Хаддад командует…
революционной армии Вамбеса и будет вести все переговоры».
«Томбай погиб, убегая. Я всадил в него три пули».
«Он останется героем революции».
«Уверен, в Вьё-Карре поставят прекрасную статую. Штейн, русские не финансировали Томбая. А кто финансировал?»
«Откуда вы знаете, что русские не финансировали Томбая?»
«Он мне рассказал. Не так много слов, но сказал достаточно. И я собрал ещё несколько данных».
"Как что?"
Всё было слишком идеально. Они преподнесли это на блюдечке — российское оружие, российская взрывчатка, российские методы. Когда я проник к Томбаю, его личное оружие было российским. Мы с вами оба знаем, что тайные операции проводятся не так. На границе Локолы нам помог офицер «Вагнера». Он бы этого не сделал, если бы его предупредили о перевороте. Но вы дали самую важную зацепку.
"Что это было?"
ему об этом не сообщили ».
Я отсчитываю пять секунд тишины в телефонном разговоре.
«Штайн, мы финансировали Томбая, не так ли?»
« Госдепартамент финансировал Томбая. Это была их операция».
«Но вы присутствовали на совещаниях».
«Мы — корпорация, Брид. Компания всегда за столом».
А Штейн является старшим руководителем компании.
«Как был завербован Томбей?»
У нас есть досье на всех ведущих боевиков «Аль-Каиды». Когда Госдепартамент решил использовать Вамбесу, они спросили компанию, не знаем ли мы кого-нибудь, кого они могли бы использовать. Как оказалось, наземное управление знало, что Томбай находится в Сирии.
Томбай и «Аль-Каида» боролись за свержение режима Асада».
«Конечно, это сделало их нашими союзниками». Не могу сдержать презрительную усмешку в голосе. Ненавижу двуличие операций Наземного отделения на Ближнем Востоке. «Аль-Каида» убила три тысячи американцев во Всемирном торговом центре. Я никогда не буду считать «Аль-Каиду» нашим союзником, как бы сильно мы ни стремились отстранить Асада от власти.