Немного не в себе (ЛП)

— Почему именно с тобой? — спросила я Рила.
Рил ухмыльнулся, но ничего не ответил.
— Потому что с тех пор, как Рил начал работать, у него почти не было выходных. Я сомневаюсь, что с момента увольнения со службы он потратил на что-то большее, чем на еду и аренду жилья.
— Ну, в пятницу он спустил кучу денег. Почти три тысячи долларов.
Все они громко рассмеялись.
— Стоимость одного нового костюма для Боунса, — закатила глаза Бриджит.
  
Рил посмотрел на меня.
— Пока я не купил дом, то откладывал почти все, что зарабатывал. Я заплатил за дом наличными, и это даже не отразилось на моем счете. Так что не доводи себя до банкротства, беспокоясь о нас.
Я надулась, думая, что я — эпический аутсайдер. Я не путешествовала, как они. Я не зарабатывала много денег. А теперь я подвергала всех опасности и даже не могла позволить себе покрыть дополнительные расходы.
— Ди, прекращай. В ближайшие несколько дней нас ждет праздник живота, ты даже не представляешь с каким нетерпением я жду твоей безумно вкусной выпечки, — заявил Рил, толкнув меня плечом. — Мы будем питаться как короли. У меня слюнки текут при одной мысли об оладьях на завтрак, профитролях на полдник, домашних пирогах на обед, печенье на полдник, о чесночном хлебе с сыром или французском багете на ужин и шоколадных эклерах на десерт.
— И плюс сорок пять фунтов через неделю, — рассмеялась я.
— Только не для меня, — возразил Рил, похлопав себя по плоскому животу.
— Да, так говорил и дядя Майк.
— Ты бы разлюбила меня, если бы я растолстел? — пошутил он.
— Донован тебя уволит, — рассмеялся Боунс.
Рил продолжал ухмыляться, пока я пыталась представить его толстым.
— Не видишь меня с огромным животом, да?
— Нет, — рассмеялась я. — Может, дело в идеальной прическе. Может, когда ты начнешь лысеть, я смогу представить тебя толстяком.
— Я не собираюсь лысеть, — хмыкнул он, качая головой.
— У твоего отца лысина.
— Но он облысел из-за алкоголя.
Бриджит повернулась на сиденье и с интересом посмотрела на меня, а затем на Рила.
— Так ведь? — нервно спросил Рил, проводя рукой по своим густым светло-русым волосам.
— Алкоголь может способствовать выпадению волос, — кивнула я. — Конечно.
Он глубоко вздохнул и расслабился. Бриджит быстро отвернулась, но я видела, как дрожат ее плечи от беззвучного смеха.
***
— Большой особняк в колониальном стиле в конце улицы принадлежит моему дедушке, — объяснила я Боунсу.
— Дом давно не ремонтировали. Двор тоже, — заметил Рил, наклонившись вперед.
— Кажется, с каждым моим приездом все становится только хуже. Я продолжаю звонить этому чертовому адвокату, но он не перезванивает. Я беспокоюсь, что медицинские счета опустошают дедушкин счет. Надеюсь, ему не придется продавать дом.
— Я сделаю несколько звонков и выясню, в чем дело, — пообещал Рил, прежде чем выйти из внедорожника и достать инвалидное кресло.
Я открыла дверь со своей стороны, но когда Рил подошел, Боунс уже увез инвалидное кресло, и Рил поднял меня с сиденья.
— Что ты делаешь? — испуганно спросила я.
— Несу тебя на крыльцо.
— Но пандус все еще стоит на заднем дворе, с тех пор как он понадобился бабушке. Ты ведь помнишь, ты помогал его строить.
— Помню, — ответил Рил и все равно направился по подъездной дорожке к крыльцу.
— Ты навредишь себе. Я слишком тяжелая.
— Спорим, Рил может выжать в два раза больше твоего веса, — хихикнула Бриджит. — Смотри, его мышцы даже не дрогнули.
Я присмотрелась и действительно увидела, что бицепсы Рила совершенно расслаблены. Он ухмыльнулся мне, поднимаясь по лестнице через ступеньку.
Дедушка резко открыл дверь еще до того, как мы постучали. На нем были розовые боксеры и большая футболка с надписью «Metallica». Должно быть, он взял их в гостевой спальне, где я храню кое-какую одежду.
Последним штрихом стали старомодные гольфы с широкой красной полосой наверху. Гольфы были натянуты почти до колен.
— Винс, — кивнул Рил, пронося меня мимо дедушки в дом.
— Рил, — обрадовался дедушка. — Я надеялся, что ты приедешь. Но тебе не стоило брать с собой Твидл. Здесь небезопасно.
Все замерли и уставились на дедушку.
— Почему здесь небезопасно, Винс? — настороженно спросил Рил, не отпуская меня.
— Из-за марсиан, конечно, — фыркнул дедушка и зашагал вверх по главной лестнице.
— Ему больше нельзя подниматься наверх. Где, черт возьми, его медсестра? — проворчала я, пока Рил усаживал меня в инвалидное кресло.
— Я пойду посмотрю, как он там, и попробую уговорить его спуститься.
— Поищу медсестру, — вызвалась Брижит и направилась в сторону кухни.
— Я останусь с тобой, пока кто-нибудь из них не вернется, — предложил Боунс.
— У меня есть пистолет. Обещаю прострелить злодею как минимум коленную чашечку, если он попытается причинить мне вред. Я бы предпочла, чтобы ты прошелся по дому и убедился, что все окна и двери на первом этаже заперты, прежде чем кто-нибудь догадается, где мы остановились. Или, что еще хуже, мой дедушка решит сбежать.
— Коленная чашечка?
— Не спрашивай, — вздохнула я.
Я достала пистолет из сумочки и положила его на колени. Боунс кивнул и начал с входной двери, двигаясь вдоль стены и запирая все окна и двери патио. Из гостиной он прошел в кабинет моего дедушки. Выйдя оттуда, он покачал головой, но ничего не сказал. Он вернулся в прихожую и свернул в коридор.
Мне стало любопытно, и я подкатила кресло к двери кабинета. В кабинете дедушки, где всегда царил безупречный порядок и ни один листок бумаги не лежал не на своем месте, а мебель сияла так ярко, что можно было ослепнуть, сейчас царил полный хаос. На столе и на полу валялись бумаги. Картотечные шкафы были опустошены, а ящики открыты. Настольная лампа разбилась вдребезги.
— Что за черт? — сказала я себе.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты была в кабинете? — прошептал Рил у меня за спиной.
— Я приезжала во вторник. Весь день убиралась в доме. Когда я уходила, все было идеально.
— Ты поднималась наверх?
— Нет, — я покачала головой. — К тому времени, как закончила внизу, я уже слишком устала, чтобы разбираться, что там за бардак. А что такое?
— Ди, — сказал Рил, обходя кресло и присаживаясь передо мной на корточки. — Похоже, кто-то выносил вещи из дома. Мебель, картины, бабушкины украшения.
— Нет, — пробормотала я, не желая в это верить. — Но мы наняли медсестру.
— Я нашла медсестру, — отчиталась Бриджит, входя в кабинет и оглядываясь по сторонам. — Она напилась и вырубилась в одной из спален наверху.
— Либо тащи ее сюда, либо, клянусь, я сама поднимусь по лестнице и спущу ее вниз.
— Подожди минутку, — хмыкнула Бриджит и вышла из комнаты.
— Думаю, нам нужно снова позвонить адвокату, — решил Рил.
Я указала на папку с документами, лежавшую на полу.
— Скотт Бэронс.
Как и ожидалось, когда Рил позвонил по указанному номеру, ему предложили оставить сообщение. Он так и сделал. Затем позвонил другому человеку и попросил его проверить биографию Скотта Бэронса.
— Он много лет был адвокатом моего дедушки.
— Но в то время твоего дедушку все боялись и уважали настолько, что никто не смел ему перечить.
Я кивнула в знак согласия, но все же надеялась, что Скотт Бэронс не имеет к этому никакого отношения.
Сверху донесся громкий крик, и дедушка сбежал по лестнице.
— Я этого не делал. Я никому не причинил вреда, — бормотал он, дрожа от страха и умоляя ему поверить.
— Все в порядке, Винс, — успокоил его Рил. — Наша подруга как раз будила медсестру. Твоя внучка хочет с ней поговорить.
  
— А, — протянул дедушка, все еще прибывая в замешательстве. Он почесал затылок, напряженно размышляя.
Когда Бриджит затащила пропахшую алкоголем и мокрую с головы до ног медсестру в гостиную, дедушка бросился на кухню. Бриджит либо вылила на женщину ведро воды, либо окунула ее в озеро. С медсестры ручьем текла вода, образуя вокруг ног лужу.