Их лучшая игра

Стараясь унять нарастающую тревогу, Кира подошла к барной стойке общего зала, чтобы уточнить у Стаса, который натирал бокалы, где хозяин.
– Они ждут тебя в малом зале, дверь справа, вон та красная. – Говоря это, Стас странно смотрел на Киру, и этот взгляд выдавал плохо скрываемую обеспокоенность.
– «Они»? Кто – они, Стас?
За этот месяц она успела пообщаться с парнем и получше его узнать. Он казался веселым и беззаботным, даже несколько ветреным, но в то же время честным парнем. Как и Даниил, он старался предупредить ее об опасности появления «нехорошего» гостя или встретить в коридоре, когда нужно.
  
– Я лишь знаю, что студенток не трогают как… – Стас запнулся и замолчал.
– Может, мне уйти?
Тревога на лице Киры немного смягчила Стаса, и он добавил:
– Там Дэми. Не думаю, что они при нем тебе что-то сделают.
Поправив на груди гавайский венок – сегодня в клубе была тематическая вечеринка в гавайском стиле – Кира двинулась к нужной двери. На ходу засунув руку в карман, она нащупала шокер и перцовый баллончик, которые купила совсем недавно. Из-за последнего ткань на бедре натягивалась и портила силуэт, благо, Кире, как уборщице, идеальный внешний вид не требовался.
Перед дверью Кира замерла, перебирая варианты. Стас бы определенно предупредил ее, будь это опасно. Что может там ждать? Какое-то унижение? Да, унижение. Но какого плана?
Сердце отчаянно забилось в груди, дыхание сперло. Кира почувствовала, что ладони и подмышки у нее жутко вспотели.
В полутьме небольшого зала рисовались нечеткие силуэты трех массивных синих диванов. Кира не успела сделать шаг вперед, как кто-то взял ее под руку, словно старую знакомую, и повел в центр. Увидев первое лицо, Кира чуть было не вскрикнула от ужаса. На одном из диванов сидел тот самый мерзкий гость, который собирался ее полапать. Других мужчин Кира не знала. Возможно, они тоже были завсегдатаями клуба, но она не могла видеть каждого, так как работала в зале посменно.
Даниила она заметила не сразу. Скрестив руки на груди, парень стоял облокотившись на бархатную панель. Его лицо подсвечивала синяя лампа, выделяя мягкую полуулыбку. Но вот темные глаза говорили больше, чем образ. Даниил явно злился, но не на нее.
– Про эту вы спрашивали? – уточнил Папочка, мягко вытолкнув Киру в центр, где ее осветила пара приглушенных софитов.
Кира поняла, что дрожит, когда попыталась поправить лямки топа.
«Неужели он собирается наказать меня за тот случай в туалете? Но Папочка наверняка узнал об инциденте сразу. Тогда к чему это все?»
– Да-да, именно она. Девчонка строптивая, постоянно меня избегает, – хохотнул мерзавец и сально улыбнулся. – Так пусть она и составит компанию Дэми.
Взгляд Киры перебегал от гостей к парню, она все силилась понять, что происходит и зачем ее сюда позвали.
– Правило простое, – заговорил второй гость: седой мужчина с квадратным лицом и длинным перебитым носом, – если покажете нам отменный поцелуй со страстью, заплатим каждому по сто тысяч рублей.
Сказанное и возмутило, и удивило Киру. Неужели старые извращенцы решили таким образом поразвлечься?
– Я – пас, – быстро сказала Кира, собираясь уйти, но тут Папочка, который стоял неподалеку, вцепился ей в руку, не дав сделать шаг.
– Подумай, девочка, такие деньги за невинный поцелуй, – пожал плечами квадратнолицый. Остальные толстосумы согласно закивали.
– А что потом? – не удержалась Кира. – Предложите еще любовью перед вами заняться? Да кто вы вообще такие…
И тут Папочка больно ущипнул ее, да так, чтобы никто не видел. Кира лишь охнула, зыркнув в его сторону злобным взглядом.
– Всего лишь поцелуй. Мы просто хотим вспомнить молодость, как это было. Что тут криминального? Никакого интима. К тому же не говори нам, что Дэми тебе не нравится. Он нравится всем.
Кира ощутила, как к горлу подкатила тошнота. Все это казалось ей лишь странным, дурацким сном. И тут же из недр подсознания прорвался стыд, тот самый стыд, который подросток испытывает, когда мама застает его за просмотром эротического кино. Глубинный страх сдавил Кирину грудь, пока она искала поддержки у самого Даниила. Но тот лишь смотрел в пустоту с неизменной улыбкой, словно сам пытался осознать происходящее.
– Ну же, не ломайтесь. Две сотни на руки. Сами поделите как хотите.
И тут Даниил подошел к Кире, Папочка сразу удалился, скрывшись в тени зала. Кира не могла поверить, что парень согласен на это. Одно дело – заниматься любовью с Натали в гримерке, пока никто не видит. Совсем другое – целовать почти незнакомую девушку на глазах у старых похотливых маразматиков.
– Ты же не думаешь, что я… – с сомнением начала Кира, но, когда Даниил приблизился так, что его парфюм мягко окутал ее фигуру, Кира заметила движение его губ: «Мне это нужно, пожалуйста».
Но что ему нужно? Этот поцелуй? Нет, конечно, нет. Деньги. Ему нужны деньги. Кира уже убедилась, что местные работники находятся в куда худших условиях, чем она. У кого-то нет родителей, у кого-то они болеют. Кто-то пытается рассчитаться с кредитом на учебу, а кто-то оплачивает частный дом престарелых бабушке.
И осознав, что может помочь, Кира решила сдаться. Чувство стыда усилилось, стоило ей кинуть взгляд на зал. Шесть или семь пар голодных глаз следили за ними, кто-то потянулся рукой к штанам. Или ей показалось?
«Какая мерзость».
Словно обрекая себя на позор, Кира посмотрела Даниилу прямо в глаза.
– Давай, – пожала плечами она.
Лишь на секунду он замер, оценивая ее шаг навстречу, а потом медленно и плавно притянул Киру к себе за талию. В ее голове тут же вспыхнуло воспоминание из гримерки, и она тотчас покраснела. Но в голубом сиянии комнаты этого не было заметно. Лицо парня неумолимо приближалось, и Кира могла почувствовать запах коктейля, который он успел выпить, вероятно, с кем-то из гостей. Происходящее казалось противным и неправильным, но лишь один благодарный взгляд Видова успокоил. Он прикоснулся губами так мягко и нежно, что Кира забыла о чужих людях и о странном пари… или как это вообще можно было назвать? Но этого было недостаточно для тех, кто находился в комнате, поэтому Даниил немного оттянул верхнюю губу Киры и прикусил нижнюю, умело поддев своим языком ее. Удержавшись от возбужденного стона, Кира ответила на его поцелуй. Теперь неуместные подбадривания со стороны окружавших их мерзавцев казались далекими и нереальными. Были только она и он. Только их руки, их лица и соединенные в долгом поцелуе губы. А потом Кира почувствовала под ладонью, которая упиралась в грудь Даниила, ритмичное биение сердца и поняла, что он волнуется не меньше, чем она.
От страстности момента у Киры закружилась голова, а Даниил продолжал ее целовать, и крепкие ладони, мгновение назад лежащие на талии, опустились ниже. Кира выдохнула прямо ему в рот и поняла, что он улыбается. Без сарказма, без злобы, а с удовлетворением, словно радуясь возможности опьянить ее.
Когда из зала послышался первый удовлетворенный стон, магия рассеялась, и Кира вернулась в отвратительную реальность. Даниил выглядел виноватым, но не слишком. Он держал марку перед этими ублюдками, не хотел показывать своей слабости, прятал ее под беспечностью и насмешкой.
– Деньги ваши, – заявил третий гость. – Однозначно.
И вот когда два конверта показались в руках еще одного худосочного мужчины, Кира вдруг поняла, до чего опустилась. Наверно, разочарование в лице и фигуре отразилось слишком явно, потому что Даниил хотел было ее удержать, но Кира выскользнула из комнаты и понеслась прочь из подвала клуба. В гавайском топе и тонкой юбке наверху было холодно, но это мало ее беспокоило. Слезы сами собой навернулись на глаза, и Кира заплакала. Опершись на грязную стену коридора, она медленно сползла по ней.
  
– Все нормально?
Она совсем забыла об охраннике.
– Да… да, нормально. – Кира поспешила скрыться из виду и ушла подальше, чтобы никто не слышал эту мелодию позора.
Слезы катились градом, и Кира уже тяжело дышала, сидя на корточках в отдалении, когда на плечи лег теплый плед.