Его слабость, её боль

Телефон издал звуковой сигнал о входящем сообщении. Замечательно, Оливия всё-таки прислала адрес. Всё это становиться интересным. Я однозначно в игре. Не придётся отменять бронь номера в гостинице.
Как я пришёл к такой жизни, спросите вы. Это долгая история, и пока я не готов рассказать её. Мне тридцать четыре года, и за это время я успел уже и полюбить, и потерять. Мне хватило жизненной драмы, больше не будет страданий или переживаний. Теперь я говорю и делаю только то, что хочу. Дорожу своей свободой, и стараюсь больше никого и близко к себе не подпускать и не раскрывать свою душу.
Возможно, кто-то назовёт меня грубияном, подлецом или эгоистом, и знаете, будет прав. Я именно такой, и мне насрать, что и кто обо мне скажет. Близкий круг общения смирился с моим относительно новым амплуа. Я часто бываю резок, и другим ничего не остаётся как принять и выслушать всё то дерьмо, которое я им скажу. На личном опыте, могу отметить, что чем ты жёстче и хуже относишься к людям, тем они больше слушают и соглашаются с тобой.
Нравится ли мне быть плохим, нет, но, как правило, хороших людей просто используют, а с плохими, как не крути, считаются. Единственные люди, для которых я остался прежним и неизменным – это моя семья. Чтобы не случилось в моей жизни, я никогда не поменяю свою отношение к близким. Они знают об этом. Иногда я могу перейти за рамки дозволенного, но родные вовремя останавливают меня, и я благодарен им за это. Моя жизнь сплошные качели, и как остановиться я пока не знаю.
Завожу двигатель автомобиля и вскоре уже мчусь по ночной улице, ярко освещённой фонарями.
 
Глава 8. Оливия.
 
После разговора с незнакомцем мне стало немного не по себе. Я старалась казаться смелой и дерзкой, кроме того присутствие Джессики подбадривало меня, придавая больше уверенности в себе. Но судя, по его словам, он был настроен достаточно серьезно, что настораживало меня.
Ни его имя, ни голос мне абсолютно ни о чем не говорили, я не могла вспомнить, как он выглядит, и это пугало ещё больше. Подкупало только то, что он был честен со мной, и сразу дал понять, что его интересует только секс.
– Горячий парень, этот твой Эйден, – сказала Джесс, – его фразочки даже меня возбудили, а низкий бархатный голос, – мечтательно протянула она, – что-то мне подсказывает, что у тебя будет незабываемая ночь.
– Я совсем не помню, как он выглядит, – призналась я, – а он при этом даже назвал меня по имени. Что, если он мне вовсе не понравится, как думаешь, есть шанс от него сбежать? – в шутливой форме спросила я.
– Вряд ли, – ответила подруга, – он говорил достаточно убедительно и явно завёлся, особенно, когда ты сказала про его член, – рассмеялась она.
Я лишь улыбнулась, черт меня дернул так выражаться. Ну да ладно, проявилось моё истинное я, всего лишь. Как себя не сдерживай, а когда выпьешь, вся сущность лезет наружу.
– У Сары в комнате было виски, давай ещё немного выпьем, а то я начинаю нервничать, – предложила я.
– У нас не так много времени, давай быстренько и будем выдвигаться на вечеринку, – согласилась Джесс.
Я принесла виски, разлила по стаканам, и мы выпили залпом, чистые. Внутри меня сразу разлилось тепло и стало получше. Мы надели свои плащи и отправились к дому братства, путь занимал не больше десяти минут. Но учитывая, что мы прилично напились, мы шли дольше, смеясь и еле переставляя ноги.
– Сейчас я напишу своему красавчику, что приеду раньше, – сказала Джессика, – как только за тобой заедет твой незнакомец, я вызову такси и махну к своему.
– Хорошо, – согласилась я, – давай зайдём на вечеринку, а там уже решим, как будет.
У меня уже начал заплетается язык, зря я предложила выпить виски, я опьянела моментально, тем более мы толком ничего даже не ели.
Мы вошли в дом братства, повсюду было полно народа, шум, громко играла музыка. Пробираясь через толпу, меня пару раз толкнули так, что я чуть не упала. Кого здесь только не было: бетмен, супермен, женщина-кошка, и даже сама «Пэрис Хилтон». Мы с Джесс слегка расстегнули плащи, но раздеваться пока не стали, так как непонятно где, можно было оставить одежду. Попытались разыскать Николь с Мэттью, но на первом этаже их не оказалось. На телефон она не отвечала. У меня закружилась голова и я попросила Джесс выйти со мной на улицу.
 
– Черт, зачем я только предложила выпить ещё. Это было большой ошибкой, теперь мне плохо. Раздался звонок телефона, и я ответила, в полной уверенности думая, что это Николь.
– Где тебя черт носит? – громко крикнула я в трубку.
– Потише, – сказал уже знакомый низкий голос Эйдена, – я уже подъехал, не надо так кричать.
– А это ты, – сказала спокойно, даже немного расстроившись, что Николь так и не вышла на связь.
– Я не понял, ты ждала кого-то другого? – сухо спросил он.
– Я ждала звонка от своей подруги, – объяснила я, смотря по сторонам и выискивая машину на которой он мог приехать.
Через дорогу стоял чёрный спортивный порше, фары которого освещали часть тротуара. Не мог же он приехать на такой дорогой машине или мог? Кому я всё-таки позвонила.
– У тебя не больше пяти минут, или я уеду один, – выдвинул условия Эйден. Мне совсем не понравился его тон.
Но учитывая, что рядом со мной была Джесс, я не подала виду и не стала пререкаться. Мне надо было доказать ей, что я могу свободно провести ночь с незнакомцем и, что я смелая и ничуть ей не уступаю. Может это и глупо, но на тот момент казалось правильным решением.
– За мной приехали, – сказала я Джесс и махнула рукой в сторону припаркованного порше, – мне пора идти.
– Ничего себе, – удивилась она, – вот это тачка! Надеюсь мне повезло не меньше. Удачи, подруга.
Я пошла в сторону машины, слегка покачиваясь. Мне было дурно. Главное уехать с ним за поворот, а там пускай высаживает. Джесс я придумаю, что рассказать.
Открыла дверь и села на переднее сиденье, меня встретил тяжелый пристальный взгляд, и я сразу вспомнила, кому принадлежат эти карие глаза. Я попала. Откинув голову на сидение, закрываю глаза и пытаюсь расслабиться в надежде, что тошнота отступит.
Мне плевать, что он обо мне подумает, но только сейчас я поняла, что зря во всё это ввязалась.
– Что на тебе надето? – недовольным голосом спросил он, осматривая меня с ног до головы, даже не собираясь трогаться с места.
– Сегодня Хэллоуин, и это мой костюм, – раздраженно ответила я, – мы можем уже поехать? – тяжело вздохнула.
– Костюм дешевой проститутки? – приподняв бровь и слегка улыбнувшись, продолжил свой допрос. Игнорируя мое желание ехать.
– Не нравиться, пойди найди подороже, – предложила я, говоря слегка заплетающимся языком, как мне казалось. Моё терпение лопнуло. Я уставилась на него.
– Твою мать, что сегодня за день, – зло проговорил он, стиснул губы и вцепился с силой в руль побелевшими от напряжения пальцами. – Выходи из машины.
– Что? Я никуда не пойду, – возмутилась я, – подвези хотя бы домой, даже если я тебе не нравлюсь.
– Знаешь, что мне больше всего не нравится в женщинах, так это когда они лгут, и когда они пьяны. – разочаровано сказал он. – Когда ты звонила, ты не была так пьяна, посмотри на себя. Что мне, блять, с тобой делать? Может подержать волосы? Выметайся отсюда.
– Да пошёл ты! – крикнула я, – отвези меня домой, какая тебе разница, ты все равно приехал.
– Ты не поняла? – зло переспросил он, – я тебя сейчас вышвырну отсюда.
– Только попробуй, – предупредила я, сверкнув гневно глазами, – я буду сопротивляться.
 
Эйден тронул с места, и машина поехала.
– Где ты успела так накидаться? – спросил он спустя пару минут.
– Это всё виски, – обреченно сказала я. Голова закружилась, и я почувствовала, как к горлу подступила тошнота. – Останови машину, меня сейчас стошнит.
Эйден резко затормозил, и я только успела открыть дверь машины, как меня вырвало. Лишь одна мысль крутилась в моей, только бы не испортить салон его дорогого автомобиля. К счастью, содержимое моего желудка оказалось на земле. На заднем фоне я слышала ругательства Эйдена. Ужас, это ж надо было так сильно облажаться.