Свечи Апокалипсиса

Женщина средних лет (злобно тащит за воротник бабулю обратно из бутика, бабуля упирается):
– ВОТ, МАМА, Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛА! ТУТ ЖЕ НАПИСАНО: СВЕЧИ, АНТИКВАР. КАКАЯ ЮВЕЛИРКА? АНТИКВАР – ЭТО НЕ ЗНАЧИТ ДРАГОЦЕННОСТИ, СКОЛЬКО МОЖНО ПОВТОРЯТЬ!
Я:
– Если вам интересна ювелирная продукция, вы можете свернуть на улицу Весеннюю, а потом…
Женщина (продолжая тащить бабулю наружу):
  
– НЕТ, НАМ НЕИНТЕРЕСНО.
(Вытаскивая бабулю, которая почти падает и как-то медленно оседает на крыльцо):
– МАМА, КАК ТЫ УЖЕ ЗАДОЛБАЛА С ЭТИМИ УКРАШЕНИЯМИ, Я ЖЕ ТЕБЕ СРАЗУ СКАЗАЛА, ЧТО ТУТ СВЕЧИ, ТУТ НИЧЕГО НЕТ! ПОЛУЧИЛА ТЕПЕРЬ? УВИДЕЛА, ЧТО Я БЫЛА ПРАВА?
(Тащит бабулю куда-то на себе, попутно отчитывая ее.)
День стыда за мать в полном разгаре, смотрю.
Телефонный звонок.
– Я звоню из Миннесоты! Я хочу пожаловаться! У меня ваша свечка! Я ее жгу! И вот она пахнет плохо. Совсем ужасно. Я хочу ее поменять! Это свеча «Мельхиор». Золотая.
– Золотая свеча «Мельхиор» – из коллекции 2014 года. Когда вы начали ее жечь?
– Несколько дней назад! Она стала старая? Она выветрилась?
– Ну, за пять лет такое может произойти, если честно.
– Я хочу, чтобы вы ее поменяли. Это возмутительно.
– Это невозможно. Это старая свеча из старой коллекции. У нас ее нет. Да ее уже ни у кого нет. Как она к вам попала?
– Я ее у кого-то купила! Она ужасно пахнет!
– То есть она не из нашего магазина? Хотя нет, три года назад магазина в Нью-Йорке вроде как не было.
– Не из вашего! Я уже не помню, где я ее взяла. Это возмутительно! Вы собираетесь с этим что-нибудь сделать?
– Мне ужасно жаль, но я совершенно ничего не могу с этим сделать. Видите ли, у свечей есть срок годности, и свеча, которой уже много лет, в самом деле не будет пахнуть так, как пахла бы свежая и новая. В инструкции к свече написано, что у нее есть срок годности.
– Я купила свечу без коробки! У нее не было инструкции! Так вы что, не можете ее поменять?
– Мне невероятно жаль, но это невозможно. У нас просто уже давно нет этой свечи в продаже, она очень старая.
– Это возмутительно! Я заплатила огромные деньги!
– Да, мне очень жаль. Наверное, вы ее купили на «Амазоне» или у каких-нибудь перекупщиков. К величайшему нашему сожалению, мы не можем контролировать, когда кто-нибудь продает нашу старую продукцию из прошлых, древних и выветрившихся коллекций.
– Это невероятно. Я столько заплатила! И как же вы намерены возместить потраченные мной деньги?
– К огромнейшему моему разочарованию, я не вижу никакого способа возместить ваши расходы, ведь покупка не была сделана в нашем магазине и речь идет о товаре, которого у нас уже много лет нет.
– Я хочу поговорить с вашим менеджером.
– Менеджер, к моему бесконечному сожалению, скажет вам то же самое.
– Вы сами напросились, дайте мне менеджера.
(Селин, которая все это время кивала и демонстрировала знаками: отлично! все правильно говоришь! – таращит глаза и мотает головой, показывая мне, что она убьет меня, если я передам ей трубку.)
– Понимаете, дело в том, что менеджер будет говорить то же самое, что и я, теми же словами. Серьезно.
– Я НЕ ВЕРЮ ВАМ! ДАЙТЕ МЕНЕДЖЕРА! Я ХОЧУ ГОВОРИТЬ С ВАШИМ МЕНЕДЖЕРОМ.
Даю трубку Селин и убегаю в туалет, чтобы она меня не убила.
Возвращаюсь.
Селин говорит:
– Я начала ей объяснять всё то же самое ровно теми же словами, что и ты, но она почему-то страшно взбесилась и кинула трубку.
Ждем отзыв на сайте.
Звонок от очень представительно звучащего мужчины.
– Добрый день. Меня зовут Эдвард, я из Коннектикута. У меня такая проблема. Я заказал на вашем сайте много всего, и в том числе чайные свечи-огоньки, четыре в коробочке, и вот…
(Пытаюсь что-то сказать, не получается вклиниться, потому что человек говорит потоком.)
– И вот дело в том, понимаете, что мне не нужны чайные огоньки на самом деле, я вместо них хотел купить восковые камеи, так вот, не могли ли бы вы изменить мой заказ, и не вкладывать в посылку чайные огоньки, и поменять их на…
(Продолжаю пытаться что-то сказать.)
– На восковые камеи, например грейпфрутовые или какие еще, скажите, что у вас есть, и я выберу. Вышло так, что мне не нужны чайные огоньки, и вот изменить заказ у вас на сайте я не могу почему-то, может быть, потому что он оплачен, и просто возьмите мой заказ сейчас, и…
(Перебиваю.)
– Простите, пожалуйста. Тут такое дело. Бутик в Нью-Йорке и онлайн-магазин – это два разных офиса. Ими занимаются разные люди. Я, кажется, ничем не могу вам помочь.
– Но вы можете взять мой заказ и просто вынуть оттуда чайные огоньки, которые мне не нужны, и…
– Мне правда очень жаль. Понимаете, это две разные компании. Я работаю в бутике в Нью-Йорке. Онлайн-магазин – это склад в Нью-Джерси. У меня даже контактов их нет, кроме обычного бизнес-номера. Наверное, надо связаться с ними напрямую и обо всем попросить.
– Они не берут трубку…
– Так это потому что суббота! Слушайте, ну хотите, я поговорю с нашим менеджером Селин – у нее есть контакты людей из онлайн-магазина, она с ними может связаться во вторник. Хотя нет, давайте лучше она сама вам позвонит во вторник. Так и сделаем. Оставьте свой номер, пожалуйста.
– Она может даже не звонить, просто пусть она скажет им, чтобы они взяли чайные огоньки, убрали их из моего заказа и заменили их на две коробочки сейчас я выберу чего, подождите…
– Она не скажет, мы этим вообще не занимаемся. Это другой бизнес! В смысле, там работают другие люди. Давайте она просто вам позвонит. Но вы напишите онлайн-магазину тоже. И наберите их в понедельник.
– А давайте ВЫ их наберете в понедельник? И скажете, чтобы они убрали мои чайные огоньки? Я сейчас скажу вам номер заказа…
Да, давайте. Я еще могу позвонить для вас в Амазон, в техподдержку Apple и в «Сестру дядюшки Буна», чтобы вам доставили замечательный пад тай с креветочками.
Мужчина приносит пустой стаканчик от свечи «Корсика», которая пахнет фиговым деревом, и говорит:
– У вас же экологическая программа ресайклинг? Вот я принес. Ресайклинг, экология. Хочу купить такую же свечу со скидкой.
Я (радостно):
– Да, ресайклинг! У нас это и правда есть! Вам скидка десять процентов за то, что вы бережете природу! Вот вам свечка «Фиговое дерево» со скидкой! Спасибо! Спасем планету вместе!
Беру потом стаканчик, который он принес, чтобы добавить его в ресайклинг-пакет, смотрю, а там внутри – штук 15 горелых черных спичек, жвачки и сигаретные окурки.
Наш любимый покупатель Джон Калинка приобретает свечу «Пчелка», долго и увлеченно рассказывает мне про новые ароматы в Byredo (видимо, ему кажется, что я парфюмерный специалист), после чего с видом дарителя ценного подарка подносит к моему лицу свой полный бледный локоть с редкими коричневыми волосками:
  
– Вот понюхайте! Замечательный запах, правда? Сандал, тубероза и нероли!
Чтобы не обидеть Джона Калинку, я учтиво нюхаю ему локоть.
В эту секунду несколько старушек, почти зашедших в бутик, отчего-то передумывают, разворачиваются и молча уходят.
Заходит красивый, холеный и накачанный черный мужик в шортиках, шлепанцах и майке-алкоголичке с изображением жопы в стразах. Разговаривает ужасно жеманным голосом, как бы красуясь и играя мышцами.