Ставка на любовь

– Не справедливо, – заметил частный детектив Смородин, по определению обязанный быть на стороне клиентки. – А что же вы от нас хотите?
– Мы с Анжелой уверены, что «новая» дочь – авантюристка и прохиндейка! Выясните, что она за птица на самом деле. Тогда мы откроем глаза Деду на нее. Пусть гонит прохиндейку поганой метлой!
– Что же, найти скелет в шкафу – задача посильная, – согласился Смородин, – если он есть. Но, как быть, когда скелета не обнаружится?
  
– Если скелетика в шкафу не обнаружится, надо его туда самим поставить! – безапелляционно заявила потенциальная клиентка Смородина.
– Вот как! – воскликнул детектив. – Не обнаружится компромата, создать его самим? Несколько иная задача…
– Дороже обойтись может! – вставил Львов. – Во всех смыслах.
Девушка, однако, поняла его слова лишь в узком смысле:
– Моя сестра Анжела Суворогова – успешный фотограф. У нее салон, а теперь еще контракт с глянцевым журналом! Она готова заплатить. Кроме того, у меня есть сбережения. Мы с сестрой не хотим, чтобы особняк отошел чужой, по сути, тете. Слишком жирно ей будет!
Конечно, девушка Людмила понятия не имела о том, что Анжела направила ее сюда, к частному детективу Смородину, по сговору со Львовым. Не знал этого и сам Смородин.
– А другие родственники в курсе вашей с сестрой затеи? Нет? – поинтересовался Смородин. – Спрашиваю для того, чтобы знать, как нам с ними себя вести… Так! Надо прежде всего посмотреть на одиозную «новую» дочь вашего Деда. Как, говорите, ее зовут? Рита? Она сейчас в особняке?
– Маргарита Мишуткина ее зовут. Вообще она снимает квартиру в Дзержинске, но живет в особняке. В эти дни, правда, куда-то уехала, но скоро вернется.
– Нужен повод, чтобы нам бывать в особняке, – задумался вслух Смородин.
– С этим просто, – неожиданно пришла ему на помощь Людмила. – Анжела уже придумала. Мария Николаевна – ее свекровь – нацелилась крышу в доме ремонтировать. Уже не знает, чем Деду угодить! Попросила сына Петю – Анжелкиного мужа – бригаду найти, а когда ему? У Пети в церкви службы. Прихожане у него. Петя еще даже не священник, не прогуляешь. Анжела решила, что мы с ней этим займемся. Да, только ей самой-то когда? Ребенка своего на няньку оставляет, и целый день со своим фотоаппаратом носится с выпученными глазами, – контракт отрабатывает. В итоге это хозяйственное задание перекочевало ко мне. Надо родственников выручать! Бригаду-то я уже нашла. А вас можно как бы бригадиром устроить. Самому ведь бригадиру работать не обязательно. Так, приходит, проверяет, как дело двигается.
Тут слово взял Львов, чем Смородина немало удивил:
– Леонид Арсеньевич, – обратился он к приятелю по имени – отчеству для солидности перед клиенткой, – я как бы свободен сейчас. Так мог бы, с вашего позволения…
Поскольку «Леонид Арсеньевич» изумленно молчал, Львов обратился к клиентке:
– Я, кстати, и на крыше вполне способен поработать. Так что вы, Людмила, бригаду звать не спешите. Если потребуется, сам помощников привлеку…
После того, как девушка удалилась, Смородин набросился на Львова:
– Ты меня, Женя, признаться, потряс! Зачем тебе эта тухлая история, родственные дрязги? Сам же говорил, что через этого своего друга, с которым меня познакомил, – как его, Вологжанин? – намерен немножко присосаться к бюджету!
– Успеется, Леня! Ты понимаешь, сейчас же лето! Там, в деревне, наверняка речка есть, или пруд. Это же не труд, а кайф!
– В Турции не наотдыхался?
– Там слишком жарко, – сказав это, Львов вдруг на какое-то мгновение стал серьезен. Но, тут же сладко потянулся: – Еще и копеечку заработаем.
Смородин знал про Львова, что он – бывший военный. Сам же Леонид был полицейским, не прошедшим переаттестацию. Говорил, что взяточники и рекетиры в погонах прошли, а он – нет. Но, уже не жалеет, поскольку благодаря Львову с его связями дела стали налаживаться. Вроде не так давно знакомы, а ощущение, будто сто лет.
Львов решил, что пора сообщить в Центр о первых шагах в операции «Побудка». Свой человек, близкий Сурку, помочь согласился. Рядом с Сурком появилась пара новых лиц. Прибыли порознь, на первый взгляд друг с другом никак не связаны. Разберется с ними на месте…
От Вологжанина Львов приехал «домой». Молодежь была вся налицо – «дочка» Катя и «ее парень» Олег. Но, первым его, конечно, встретил сэр Джордж – большая рыжая собака с удлиненной черной мордой, породы родезийский риджбек. Ткнулся носом, завертел хвостом.
– Да, Жорик, это я, – подтвердил Львов. – Привет, дочка! – он чмокнул Катюню в подставленную щеку на тот случай, если вдруг кто-то из соседей приник к дверному глазку.
Из комнаты ревниво посмотрел «бойфренд». «Кажется, у них по-настоящему складываются отношения», – мельком подумал Евгений. Екатерина действительно была похожа на его дочь. Такая же худенькая, темные волосы, короткая стрижка. Высококлассный программист – компьютерщик – хакер, Екатерина могла бы себе найти куда более высокооплачиваемую работу, нежели в Службе. Значит, врут, что все на свете нынче сводится к деньгам… «Ее парень», Олег, был начинающий оперативник. Молодые помощники Львова и проделали для него всю предварительную работу по операции «Побудка». Пока Катя собирала по социальным сетям информацию о домочадцах Зеленова, Олег наблюдал за ними визуально и снимал на видео.
– Ну что, дети. Я уезжаю в Малое Тантурово. У вас пока как бы отпуск, но будьте на связи. И со мной, и с дядей Сережей Вологжаниным, – улыбнулся Львов. – С этого момента все конфиденциальные разговоры вести со старым дедовским способом маскировки – в ванной комнате, при включенной водной «глушилке».
Тайному агенту ЦРУ Бояну Петкову казалось, что его стремительно меняющаяся жизнь – захватывающее приключение, до того момента, пока колонна из пяти автомобилей, которая увозила его от полевого командира Салеха – аль – Мубаси обратно к турецкой границе, не попала под обстрел. Пули пропели свои смертоносные песни, ввинчиваясь в горячий воздух, дважды звякнули по железу пикапа, где ехал Петков, пробив дырки в борту. Сзади за кабиной вскрикнул один из бородатых бойцов пулеметного расчета, – он был ранен. Это вовсе не шутки, оказывается!
Летя из Стамбула в Софию, он успокаивал себя тем, что пережитой эпизод – случайность в его работе, а вовсе не обыденность. У разведчика ведь иной фронт. Его дело – сбор информации, интеллектуальные игры…
Ирина по какой-то причине отказалась пока от мысли побывать в Софии, но ждала его к себе. Получив одобрение из Лэнгли, стал собираться в Нижний Новгород, находящийся, как он знал уже, в четырехстах километрах от Москвы. Там тоже есть кремль… Ирина встречала гостя в российской столице, красивая, радостно возбужденная. Они вместе сели на нижегородский поезд, а вышли на какой-то небольшой станции, где их поджидала мать Ирины, Мария Николаевна. Если верно утверждение, что дочь со временем становится похожей на свою мать, то в случае с Ириной Боян ничуть не возражал бы, – Мария Николаевна оказалась эффектной женщиной! Взволнованная не меньше дочки перед ее женихом, она посадила их в небольшой автомобильчик и повезла в загородный дом, где вся большая семья проживала летом.
Забавным было то, что дом этот, громко называемый «особняк», похожий на жилье средних американцев, какое можно снять за полторы тысячи долларов в месяц, был во всей деревне такой один единственный. Остальное все деревянные срубы, многие уже не жилые, а большую часть обитаемых занимали дачники.
  
Общий обед затянулся. Велись разговоры про дальние страны: как у вас, как у нас? Вечером Ирина повела жениха гулять по окрестностям. В березовой роще пели птицы. Ежика нашли. На пруду рыболовы только что проверили сети. В прибрежной траве теперь барахтались два солидных карпа, караси и несколько щурят. Двое мужиков складывали улов в полиэтиленовый мешок.
– На рынок повезут, – тихонько шепнула Ирина жениху, – продавать. У нас в деревне этих дядек не любят, – жадные. А сосед, Юра, недавно даже с ними подрался. Весь пруд своими сетями перекрыли!.. – Ирина принялась рассказывать Бояну разные байки про свою деревню, но он даже помыслить не мог, что самой важной из всех для него окажется именно эта – про ссору соседа с местными браконьерами…