Ставка на любовь

– Леня, скажи, ты про Тантурово просто так спросил, или?..
– Да я уже и сам не рад, что спросил. Смотрю, вы напряглись как-то…
– Дело это нам передали сначала, а потом забрали. Даже не знаю, кто забрал, – начальство не доложило, – он усмехнулся. – Военная прокуратура, возможно. Какая-то непростая там история. Двое военных, что погибли, они недавно из Сирии вернулись. Оба саперы, классные спецы, по контракту служили. Дальше можно предположения строить, сколько угодно… Ну, бывай, Шерлок Холмс!
  
«Интересно девки пляшут», – пробормотал себе под нос Смородин, шагая по пешеходной улице, чтобы в переулке сесть в свой автомобиль.
Петков, учась в колледже, однажды побывал с экскурсией на ферме, где имелась своя скотобойня. Увидел, как пневматическим молотком валят с копыт бычка, чтобы лишить жизни. Вдруг открылось, что все мясо, которое люди едят, оно прежде было живым, ходило по траве, дышало, моргало глазами, радовалось солнышку… Долго не мог есть никакого мяса после этого, но постепенно отпустило.
Сейчас было значительно хуже. Ликвидация «фигур», которые могли сыграть против него, повергла в шок. Это были живые люди! Несколько дней назад он знакомился с соседом, наблюдал, как рыболовы собирают улов. А теперь этих людей не стало… Почему на него все это обрушилось? В школе в Кэмп – Пери им объясняли, что ликвидация объекта – крайняя мера. Теперь же он видел, что «крайние меры», когда надо, принимаются без колебаний. И ни о какой жалости, ни о какой морали тут и речи никто не ведет. Такая вот игра – холодная, жестокая, бесчеловечная… Боян старался не отходить от Ирины. Он не хотел оставаться один. Ирина, немного хитрая и расчетливая, прагматичная насчет своей будущей жизни, какой же она сейчас казалась Петкову наивной, милой и симпатичной в сравнении с его собственным двойным дном! Тут кровь льется. Ему было страшно. Но, он должен дальше делать свое дело. Он ведь – тайный агент ЦРУ! Он для этой работы годится, он все тесты прошел и экзамены!
Марина Караванова вышла из офиса юридической фирмы, спустилась по ступеням, оттянув одной рукой в сторону подол длинного сарафана, другой придерживая широкополую соломенную шляпу на голове. Легкая плетеная сумка разразилась телефонной трелью. Звонил полковник Омельченко.
– Марина Петровна? Здравствуйте! Вы где сейчас пребываете?
– В Дзержинске, занимаюсь документами, – ответила она, по привычке подчиненного пугаясь в душе, что заслужила уже чем-то немилость нового начальства.
– Нужно срочно увидеться. Вы за рулем? Сможете поехать в сторону Нижнего? Я выдвинусь вам навстречу. Встретимся возле супермаркета «Лента», который на Московском шоссе, на въезде в город. Там большая парковочная площадка.
«Не иначе, серьезные новости», – думала Марина, обгоняя на Московском шоссе одну за другой фуры, идущие в правом ряду, и периодически сама уступая левую полосу тем, кто «летит».
– Я подъехала, – доложила, благополучно припарковавшись на площадке возле «Ленты».
– Я жду вас на первом этаже, в кафетерии…
– У нас «чэпэ», Марина Петровна, погибли люди, – сказал Омельченко вместо приветствия. – Два случая кряду. Сперва сосед Зеленова, Новогородов Юрий Михайлович, офицер запаса. На первый взгляд – самоубийство. Другим днем компания рыбаков на озере устроила между собой перестрелку, выживших нет. Могло ли такое быть? Теоретически, могло, – заключили эксперты в полиции, и мотив как будто есть. Но, вот какая штука, среди убитых на озере – Корабельщиков Владимир Иванович, сослуживец Новогородова. Недавно они вместе работали по контракту в Сирии. Понимаете, откуда ветер дует? Как это может касаться Зеленова, пока не ясно, но интуиция подсказывает, что как-то может, а?
– Я должна выяснить?
– Попробуйте, но очень и очень ненавязчиво. У вас своя задача. Из МВД мы дело забрали, чтобы полиция наш объект не беспокоила. Нам это сейчас не надо… Что еще? Полицейские поделились информацией, какой-то частный детектив заинтересовался событиями в Тантурово, фамилия Смородин… С документами у вас как?
– Все почти готово. Я поняла, что надо возвращаться.
Львов видел, как к дому соседей периодически подъезжали машины. Родственники и знакомые желали выразить соболезнования, очевидно. Очередная иномарка, длинная, как селедка, остановилась на лужайке между домом соседей, и Машенькиным автомобилем. Львов как раз спускался с крыши. В руке он держал флюгер в виде самолетика с пропеллером. Задел его трапом, когда трап переставлял, ну и повредил.
Из иномарки вышла стройная дама в легком длинном сарафане с открытыми плечами. «Как у нее ноги в подоле не путаются, когда на педали жмет?»– подумал Львов. На него глянули широко распахнутые, веселые серо – голубые глаза, и девушка вдруг спросила:
– Здрасте, а вы кто?
Львов удивился, усмехнулся, отметил, что владелица длинной иномарки обалденно красива и преисполнена какой-то шальной энергии. Только уместна ли сия бьющая через край жизнерадостность нынче в здешних местах? – вот в чем вопрос. Львов показал ей самолетик, выставив вперед пропеллер, крутнул пропеллер и представился:
– Карлсон, который живет на крыше! – глянул через плечо наверх, на эту самую крышу, с которой только что слез по приставной лестнице, и – снова на свою собеседницу: – А вы?
– Ха – ха – ха! – рассмеялась она. – Да, пожалуй что, Фрекен Бок, с учетом сложившегося обо мне в этом доме мнения. Домомучительница! – она прошла в особняк, а вовсе не к соседям, как ожидал Львов. На Львова неожиданно напала Машенька:
– Смотрю, сестренка вам понравилась, Евгений Васильевич?
– Я понял, что это и есть сестра, только что. Мне она представилась как Фрекен Бок.
– Кто? А! Она еще и шутит.
– Я флюгер поломал, – показал Львов раздосадованной приездом сестры Машеньке самолетик. – У отца найдутся винтики – гаечки в мастерской? Дрель есть, сейчас починю.
Когда он прилаживал отремонтированный самолетик на верхотуре, увидел, что за соседским забором появилась свояченица погибшего Юрия Новогородова – Света. Она катила мотоблок. В том, что Света сама с ним не справится, не вызывало сомнения. Однако, пока Львов спускался с лестницы, Свету кто-то отвлек. Рита! «Она общительная, Новая Сестра», – подумал Евгений. Увидев его, Сестра вдруг улыбнулась и помахала рукой с озорным видом.
«Вот чертовка!» – подумал Львов. Света освободилась, он без спроса вошел в соседскую калитку, приблизился к девушке, застывшей в раздумье над мотоблоком.
– Здравствуйте! Давайте, я заведу, – сказал. – Что вскопать требуется?
– Да мне не много. Там старые грядки перекопать, – она махнула рукой в конец огорода, – А то травой зарастают.
Несколько раз пришлось останавливать движок, чтобы почистить рабочие детали.
– Юра стучал молотком левой рукой, – будто невзначай припомнил Евгений.
– Да? А ведь правда, левой! – задумавшись на миг, согласилась Света. – А когда полиция спрашивала, был ли он левшой, я не подтвердила.
– А что за друга он тут встретил? Того, что с рыбаками погиб? – задал Львов вопрос, который хотел.
– Друга Юра сам вызвал! – неожиданно призналась Света. – Да, да, мне Надежда говорила. Только просила никому не рассказывать. Теперь чего уж! Юра почему-то не хотел, чтобы кто-нибудь знал, что он друга пригласил. Тот с рыбаками договорился, чтобы у них пожить. Они с Юрой недавно вместе служили по контракту. Но, где именно, Юра даже Наде не говорил.
У забора появилась Машенька. Поздоровалась со Светой. Глаза такие сделала! Львов ждал, сейчас скажет что-нибудь типа: «Нельзя мужика на минуту оставить без присмотра, того гляди уведут!» Но, сдержалась.
  
«Значит, друзья служили по контракту? – думал Львов. – Надо бы узнать, где». Он позвонил Смородину на очередной прогулке с собакой в лугах:
– Леня, привет! Я узнал от соседки, что друзья служили по контракту… Ты уже знаешь, где?!