Ставка на любовь
– Хорошо. Но, сначала доделаю дело и получу свой маленький бонус, – упрямо повторил он. Рита вновь стала чего-то кричать, но он дал отбой, после чего сказал шоферу:
– Достали эти бабы! – разобрал свой мобильник и все делали выбросил в окно.
– Круто! – оценил ездовой. – Кардинальное решение.
В кармане у Львова затренькал другой телефон, тот, что держал для связи с Рустамом.
– У меня еще есть! – со смехом показал его водителю и принял вызов.
– Груз прошел границу, – сообщил генацвале.
– Замечательно! Встречаемся завтра в Адлере. Где именно – сам скажешь…. Брат, разворачиваемся! – скомандовал шоферу. – Планы поменялись, надо ехать в Сочи. По деньгам не обижу.
Он сделал еще один звонок:
– Доча, это папа. Привет! Я еду к вам, в Сочи. Встречаемся…
Краванова била тревогу: «Ситуация выходит из – под контроля. Рустам и Львов захватили товар и скрылись вместе с Исламом. Есть основания опасаться, что товар может быть переправлен помимо нас. Выявить коридор не удастся».
«Не волнуйтесь, ситуация под контролем у тех, кто отслеживает контейнер. Доставляйте пиротехнику в Крым и возвращайтесь», – ответил полковник Омельченко капитану Каравановой. Накануне он имел обстоятельный разговор с полковником Грушиным.
Кафе «Эфенди», в котором Евгений встретился с Рустамом, было малоприметным, ничем не выделяющимся в общей массе схожих заведений. Рустам сидел какой-то задумчивый.
– Хочу обратить внимание на одну вещь, – сказал он Львову после приветствия. – Никто из нас не сможет жить спокойно, пока здравствует заказчик. Хочешь узнать, кто он? Я тебе скажу. Его имя – Салех – аль – Мубаси. Полевой командир, воюющий в Сирии против Асада. И еще – агент ЦРУ.
Львов присвистнул. Рустам рассказал ему, что задумал Гарипов. «Пути господни неисповедимы, – думал подполковник СВР, слушая бывшего командира спецназа. – Террорист решил нам помочь?»
– А с оплатой, сказал, будет решать, как доберется до места… если останется жив, – подытожил Рустам. – Не попытаются ли они открыть контейнер самостоятельно в своей лаборатории?
Львов покачал головой:
– Они знают, что будет дальше. Продукт мгновенно зальет дезинфицирующий раствор. Потеряют товар, и все.
Подельники отправились в домик, который снял Рустам.
– Обожаю частный сектор! – воскликнул Евгений. – Зеленые беседки во дворе, беззаботных соседей…
В аэропорту Трабзон Ислама встречал мужчина средних лет, имеющий вид бизнесмена. Гарипов знал его имя – Айташ, правда, не был уверен, что оно настоящее. От Мубаса он слышал, что Айташ является сотрудником МИТ – турецкой разведки, поддерживает контакт с американцами. Свободно владеет английским.
– Салам алейкум! – приветствовал турок Гарипова. – Груз прибудет в морской порт Трабзон через шесть часов, как я узнал, – сообщил он. – Пока можно поехать в отель…
Принятый товар уложили в грузовой микроавтобус. Айташ сам сел за руль. Отправились в Шанлыурфу – город, расположенный неподалеку от сирийской границы, популярный среди туристов и паломников. Интересовали, конечно, не достопримечательности сейчас. Пунктом назначения являлся частный военный госпиталь. Поговаривали, медицинское заведение принадлежит одной влиятельной особе, приближенной к правительству Турции. Брат Ислама Рашид, получивший две пули от Асада, лечился здесь как один якобы из числа гражданского населения соседней страны, пострадавшего в ходе вооруженного конфликта. Сегодня в больничном садике Гарипов приметил еще одного «мирного сирийца», с которым вместе драпал от Подкованного холма, – таджика! Тот Ислама не видел пока. Гарипов тихонько подкрался сзади и хлопнул его по плечу:
– Здорово, басмач!
– А-а! – «басмач» дернулся, вскрикнув от боли.
– Ой, извини, – попросил прощения Гарипов. – Что, схватил-таки пулю от товарища Сухова?
Лопоухий боец, с виду забуревший, посмотрел на своего бывшего командира с укоризной. Юмора он не понял, сказал, что был ранен в конце боя, а убили… – он стал перечислять имена бывших учеников Гарипова по муаскару, наивно полагая, что Ислам их всех помнит.
– Теснят вас, стало быть? – сделал вывод Гарипов. – А скоро и вовсе изведут. Потому что от тайги до британских морей красная армия всех сильней!..
Главный врач госпиталя кивнул Гарипову, как знакомому, но руки не подал. Гарипов на него не пенял, – понимал, что просвещенному доктору не нравится лечить бандитов, к коим причисляет и Гарипова, но он человек подневольный. В сравнении с тем, что насовершал сам Гарипов, врача можно было смело записывать в праведники. За спиной доктора мелькнуло вдруг еще одно знакомое, но уже женское лицо – Фатима, личный врач и близкая, во всех отношениях, помощница Аль-Мубаси. Она здесь что делает?
Доктор сказал, что военные грузовики привезут новую партию раненых вечером, и, после санобработки, снова уйдут в Сирию. В одном из грузовиков намеревался отправиться и Гарипов со своим «товаром». Айташ проводит до границы, чтобы там проблем не возникло, а за проволокой встретят люди Аль-Мубаси.
Пока же бывший российский пограничник пошел прогуляться по древней Урфе. Побродил узкими улочками старого города, дошел до мечети у пещеры Авраама, покормил священных карпов в пруду, – может, спишется ему немного грехов? Доверчивые рыбы щекотно тыкались в руки. Гарипов посматривал на часы, – сколько ему мирной жизни осталось?..
Добрался до нового лагеря Аль— Мубаси без приключений. Амир не сидел в апартаментах, как прежде, да и апартаментов у него сейчас особых не было, как понял Гарипов. Находился среди своих бойцов, – похудевший, оживленный, со злым весельем в глазах. Одет в простую полевую форму, как все. В маленьком домике, оказавшемся обособленным от остальных, поскольку соседние были уничтожены во время бомбежки, амир сам разлил по чашкам зеленый чай и, кажется, был смущен этим.
– Я отпустил Фатиму, – сказал, будто извиняясь. – Ей сейчас здесь не место.
Гарипов не стал говорить, что видел ее в госпитале, в Шанлыурфе.
– Ты проделал большую работу, – похвалил Аль – Мубаси Ислама. – Расскажи же мне теперь, как все прошло, подробнее.
Гарипов принялся рассказывать, и по вопросам Мубаса понял, что его интересует то же, что во время всей операции интересовало самого Ислама, – насколько российские спецслужбы просекли их задумку? Сложно судить… То, что Грузин выжил и требует компенсации, амира, казалось ничуть не тронуло.
– Я заплачу ему, пусть сообщит код. То, что ты привез, следует доставить на базу в Ахиме, – повелел полевой командир. – Тебя проводят. Там находится передвижная лаборатория. План применения привезенного тобой продукта требует уточнения, – обстановка сейчас быстро меняется. Нужно дождаться данных разведки.
Покидая домик амира, Гарипов встретил Голливуда. На вопрос, не попадал ли бывший оператор еще в передряги, тот ответил, что у них вся жизнь – одна сплошная передряга. Трудно не согласиться.
До Ахимы Гарипов ехал долго, добрался поздно, остался на ночевку. Ему отвели комнату на втором этаже небольшого здания. Не спалось, – переутомился, переволновался. Услышал, с рассветом на базе пошло движение. Посмотрев в окно, увидел, как в длинный новенький трейлер – передвижную лабораторию – грузят его коробки, и та покидает территорию базы. А связь пропала! «В любом случае, мне надо смываться, – подумал Гарипов. – Сделал, что мог». Дальнейший план его состоял в том, чтобы добраться до известной ему больницы, выполнявшей функции сборного пункта, куда приходят за ранеными боевиками грузовики из Шанлыурфы, и где Ислама Гарипова знают, и вернуться в Турцию тем же путем, каким прибыл. Понимал, Мубас, оставаясь в живых, мог достать его, хоть на этой стороне, хоть на той. Надеялся, что Рустам сумеет передать куда следует координаты лагеря Мубаса, которые отправил ему Ислам, а ВКС России не промахнутся по цели.
Машины с охраной, сопровождавшие его, ушли с лабораторией. Бородатый боец на воротах удивился, почему Ислам не ждет возвращения охраны, а хочет уехать один. «Мы встретимся по дороге», – успокоил бойца.