Самая младшая из принцесс (СИ)

Оставив на столике деньги, сэр Генри встал из-за стола и предложил мне свою руку, которую я теперь приняла без колебания. Мы уже подходили к ложе, когда занавес приоткрылся, и нам навстречу выскочила какая-то молодая женщина. Увидев нас, она замерла и посмотрела на меня, а я даже вздрогнула, узнав свою давнюю знакомую.
— Леди Эллингтон? — вырвалось у меня.
Элеонора распрямила спину. В ее глазах вспыхнул насмешливый блеск.
— Ваше Высочество! — она сделала книксен и покосилась на моего спутника. — Лорд Финч — ему достался сдержанный кивок.
Занавес, скрывающий ложу, приподнялся, и я увидела, как к нам вышел Артур Бейли. Элеонора обернулась и посмотрела на него, а затем ее взгляд метнулся назад ко мне.
— Теперь мне все понятно, — только и проговорила она и шагнула мимо, спускаясь вниз по лестнице.
Я посмотрела сперва на опекуна, а после и на Бейли.
— Артур! Она уже ушла! Кто бы мог подумать, что у Норы хватит наглости заявиться сегодня вечером, ведь я… — Маргарет выскочила из ложи за братом, но увидев нас с сэром Генри, резко замолчала и улыбнулась. — Где вы пропадаете! Все уже началось! — но ее глаза как-то подозрительно забегали по сторонам, и эта улыбка, одетая, словно аксессуар на губы девушки, была до отвращения искусственной. Даже видя это, я улыбнулась в ответ и позволила опекуну проводить меня до моего места в ложе.
Стоит ли говорить о том, что все второе отделение оперы я провела в раздумьях над тем, что здесь делала Элеонора Эллингтон, и что связывает ее с Артуром и семьей Бейли, хотя предположения были и не самые приятные. А когда опера закончилась, и зал взорвался аплодисментами, я словно очнулась, выплыв из размышлений, словно из глубокого черного омута, у которого нет дна. Даже не помню, что происходило внизу на сцене. Но я принялась жарко аплодировать, хотя бы потому, чтобы не привлечь к себе излишнее внимание.
— Элизабет? — моей руки коснулись пальцы Бейли, и я едва сдержалась, чтобы не отдернуть ее.
— Что? — спросила тихо, сказав себе, что в принципе, это не мое дело, какие отношения связывают Артура Бейли и Элеонору Эллингтон. Но тогда почему он позволял себе флиртовать со мной в замке, или мне это просто показалось, как и многое другое? 
Я не была расстроена увиденным, но все равно в душе остался какой-то неприятный осадок, который появляется лишь в том случае, когда ты знаешь, что тебе нагло лгут! К тому же Артур проявлял симпатию и к Люси. Возможно, он по определению, не мог быть равнодушным к женскому полу? Я знаю, что подобные мужчины существуют. Кажется, их называют бабниками?
— Вам понравилось? — спросил мужчина с теплом.
Я пожала плечами.
Лорд Финч спешно предложил мне свою руку.
— Прошу прощения, — произнес он, обращаясь к Бейли, но при этом глядя мне в глаза, которые я старательно отводила. — Кажется, эти два дня были слишком насыщенными для моей подопечной, и она устала.
— Что насчет завтра? — торопливо заговорила Маргарет. — У меня уже есть план...
— Боюсь, завтра леди Элизабет будет занята, — сказал сэр Генри, — она будет готовиться к балу. Так что, прошу прощения!
Я вцепилась в локоть опекуна и с благодарностью посмотрела ему в глаза. Он усмехнулся и только кивнул. Опекун был наблюдательнее, чем могла прежде предположить.
— Но вы же помните о своем обещании? — спросил меня Артур. — Два первых танца за мной.
Я прекрасно помнила об этом и уже немного жалела, что дала подобное обещание. Но тогда Артур казался мне таким милым. «Что ж, — решила я, — ничего страшного в танцах нет».
— Я помню, лорд Бейли! — улыбка получилась какой-то натянутой. 
Да я и не старалась, и Маргарет, глядя на меня, недовольно фыркнула. В ее глазах явно читалось раздражение, которое она даже не потрудилась спрятать. Мне кажется, я могла прочитать ее мысли: «Возились мы с этой принцессой, а она от нас нос воротит!» — вот что говорил мне взгляд леди Бейли. И куда только подевалась милая и веселая девушка, что так нравилась мне? Или это столица там меняла людей? Хотя нет. Тот же лорд Финч стал более приятным. А вот Бейли… Бейли изменились, и как мне кажется, в худшую сторону.
 
Мы попрощались у выхода из ложи. Спускаясь под руку с опекуном, я чувствовала своей спиной взгляды брата и сестры Бейли. Очень неприятные взгляды. И удивилась самой себе, когда поняла, что мне все равно, что эти двое думают обо мне.
— Кажется, вы немного разочарованы! — это были первые слова лорда Финча, пока мы ехали от театра домой. 
Некоторое время он молчал, а затем все же нарушил тишину первым. Я даже улыбнулась своим мыслям. Только что назвала особняк своего опекуна домом!
— Я не разочарована, — ответила я, — просто понимаю, что не всегда первое впечатление истинно правильное!
Финч улыбнулся.
— Я даже не думал, принцесса, что вы окажетесь такой интересной девушкой. Кажется, напрасно я избегал нашего общения столько лет.
— Напрасно, — согласилась я.
Сэр Генри посмотрел на меня. Мы сидели друг против друга, соблюдая приличия, хотя он и являлся моим официальным опекуном. Но между нами двоими что-то происходило. И да, что-то изменилось. Я больше не боялась Финча, а он, кажется, разглядел во мне человека, достойного своего внимания.
— Вы отдали первые два танца Артуру? — вдруг спросил Финч.
— Да, — я не стала оправдываться и уверять опекуна, что если бы знала Бейли лучше тогда, когда мы познакомились, или была более проницательна, то ответила бы на его просьбу о танцах отказом. Я просто ответила, коротко и ясно, и ему это понравилось.
— А мне вы отдадите два последних танца? — спросил он, при этом пристально глядя в мои глаза, и снова я почувствовала, как щеки вспыхивают румянцем. 
Я прекрасно знала, что тот, с которым танцуешь последний танец, имел возможность и право проводить свою даму на балу к столу и сидеть рядом с ней. Это было своеобразным признанием обоюдной симпатии между мужчиной и женщиной, хотя… кто знает, может быть, для родственников или опекунов это рассматривалось в немного ином свете.
Я ответила: «Да», — прежде чем осознала, что произнесла это.
— Спасибо! — ответил мужчина.
Остальную часть пути мы проделали молча. Я думала о Бейли и о том, что увидела, как из нашей ложи выходила Элеонора. Надо же, жизнь свела нас снова!
Почему Артур и Маргарет назвались чужой фамилией? Ведь они и были королевскими детьми, я уже была в этом уверена. Зачем обманывать, не понимаю? Или это был своеобразный тест для меня и .даже тогда, я все равно не понимала почему!
Но вот экипаж миновал ворота и проехал к дому опекуна. Когда карета остановилась перед лестницей, дверцу нам поспешил открыть лакей, явно дожидавшийся возвращения господ. Сэр Генри вышел первым, а затем подал мне руку и помог выбраться из кареты. Второй лакей, стоявший перед парадной дверью, распахнул ее перед нами, прошел следом и принял плащи.
— Леди Элиза, может быть, составите мне компанию за чашкой чая? — спросил Финч, когда я уже было шагнула на лестницу. Я обернулась. Мужчина быстро подошел ко мне, вглядываясь в мое лицо.
— Извините меня, милорд, — выдохнула я, понимая, что сейчас наедине с Финчем я просто не смогу быть адекватной. 
Стоило признаться самой себе, что он меня интересовал, и его прикосновения вызывали волнение в моем сердце, а разум призывал бежать, пока этот интерес не превратился в нечто более серьезное. И в то же время, мне отчаянно хотелось согласиться. Полагаю, нам было о чем поговорить. Но разум возобладал.
— Я понимаю! — ответил он, не отрывая от меня своего взгляда, а после осторожно взял мою руку в свою и поднес к своим губам. 
 
Этот простой поцелуй обжег мою кожу, а сердце жалобно застонало. 
Не знаю, сколько я так простояла с бешено колотящимся сердцем, пока мы с опекуном смотрели друг на друга, и он продолжал держать мою руку в своей. Кольцо Финча, спрятанное на моей груди, стало невыносимо горячим, и я внезапно подумала, не передает ли перстень ощущения своего владельца.