Самая младшая из принцесс (СИ)

— Зачем? — только и спросила я.
— А затем, что принц Артур пообещал мне, что сможет изменить мою жизнь и мое положение в обществе. Он сказал, что даст мне жениха, пусть это и будет старик, но после его смерти я стану тем, кем мечтала, я стану леди!
— Для меня ты и раньше была леди. По крайней мере, до этой самой минуты, — сказала я после минуты молчания, во время которой обдумывала слова девушки. — А теперь ты стала просто служанкой, — боль сжала сердце стальными тисками, и я перешагнула порог, понимая, что теперь не стану удерживать Люси и мысленно сказала ей: «Прощай!»
  
Глава 20
 
Из окна своей комнаты я видела, как уходит Люси, волоча за собой чемодан с вещами. Видела и просто стояла, и смотрела на подругу, понимая, что действительно позволю ей уйти. Сейчас и, кажется, навсегда. Я приказала дать мисс Брадшо экипаж, на котором она, как я все же надеялась, отправится к своей новой жизни, также ей выдали по моему приказу хорошую сумму денег, и она их приняла. Сегодня со мной произошла беда, от которой болело сердце. Я потеряла подругу, променявшую меня на иллюзорный титул и место в обществе. Что ж, она сделала свой выбор, и теперь наши дороги разошлись. Я пыталась ее понять и простить, но понимала, что наши дороги с этого дня расходятся.
Когда Люси садилась в экипаж, я отошла от окна и села в кресло у камина, позабыв напрочь о книге. Мысли снова и снова вращались вокруг приезда Артура и его сестры. Миссис Баттон, когда я позвала ее, велев подать экипаж моей камеристке, была довольна моим решением и поспешила порадовать меня новостью, что Их Высочества уехали. Причем, принцесса Маргарет оказалась в карете каким-то чудесным образом, и никто из слуг не видел, как и когда она выходила из парка.
У меня не пропадало ощущение, что сегодняшний приезд Артура и его сестры прошел не так, как предполагали королевские дети, что каким-то образом я нарушила их планы, но после решила больше не думать ни о них, ни о Люси. Наверное, заговори подруга со мной другим тоном, поделись своими тревогами, я бы не позволила ей уйти. Но Люси говорила со мной так, словно во всех ее бедах была виновата я одна. И это поставило финальную точку на нашей дружбе, которая длилась более пяти лет. Несмотря ни на что, я желала подруге счастья и надеялась, что у нее получится все, к чему она стремилась.
Незаметно пришел вечер. От обеда я отказалась, сославшись на плохое самочувствие. Лорд Финч все не возвращался, и я постепенно начала переживать по поводу его долгого отсутствия. Заняла себя тем, что велела слугам собирать наши вещи, предполагая отправиться в Каслрок уже сегодня, или на крайний случай завтра с утра. Столица больше не прельщала меня своими развлечениями. Я хотела вернуться под крышу старого замка, в мир спокойствия и тишины.
Слуги суетились, дом ожил на какие-то несколько часов. В моей комнате в чемоданы укладывали платья горничные, я же спустилась вниз в гостиную, чтобы подождать хозяина особняка, сидя перед камином с чашкой чаю.
Время шло. Часы отмеряли его бег ленивыми поворотами стрелок, скользящих по кругу. Суета по поводу отъезда подошла к концу. Отправляясь в столицу, я не брала с собой много вещей, но по возвращении, благодаря тем покупкам, что я совершила в городских магазинах, количество моих чемоданов увеличилось вдвое. Миссис Баттон лично зашла ко мне в гостиную и сообщила, что к отъезду все готово, после чего с поклоном удалилась, а я бросила взгляд в окно, где сумерки окутывали парк, предвещая наступление темноты. А сэр Генри по-прежнему не возвращался, и тогда моя тревога усилилась. Что такого важного могло произойти, если он так задерживался? Финч говорил мне, что вернется скоро, но уже прошло столько времени, а его все нет и нет.
И я стала подозревать самое страшное. Невольно достала цепочку с кольцом и сняла ее с шеи. Массивный перстень лег в мою ладонь, тяжелый и непривычно холодный, без прежнего тепла, которое было так похоже не прикосновения его владельца.
 
Еще спустя некоторое время, остатки сдержанности почти оставили меня, заставляя нервничать. Я просто уже не могла усидеть на месте. Встала и принялась шагами мерить расстояние от одного угла гостиной до другого. Затем вызвала к себе миссис Баттон.
— Милорд ничего не присылал? — поинтересовалась с надеждой в голосе, хотя понимала, как глупо звучит мой вопрос. 
Пришли Финч записку, мне тотчас же сообщили бы о ней, но не спросить не могла. А вдруг кто-то из нерасторопных лакеев позабыл про послание? Сейчас я бы даже не злилась на подобную оплошность, только бы удостовериться, что с Финчем все в порядке.
— Нет, Ваше Высочество, — поклонилась экономка. — Никаких записок от милорда не было.
— Что же он так долго! — я произнесла мысли вслух и миссис Баттон удивленно приподняла брови, а затем проговорила, явно пытаясь меня поддержать:
— Не переживайте так, Ваше Высочество. Видимо, милорда задержали дела во дворце.
— Надеюсь, — кивнула я, но тревога на сердце становилась все сильнее и сильнее.
— Давайте я заварю вам успокоительного чаю? — предложила миссис Баттон.
— Спасибо, — кивнула я рассеянно, — не откажусь!
— Вот и чудесно! — женщина вышла из гостиной, а я упала в кресло, глядя на пламя, пожирающее дрова. 
Лорд Финч умел обращаться с ним, мне же достались жалкие крохи этой магии и все, что я могла, это зажечь свечу.
Я потянулась к огню и почувствовала, как пламя неприятно печет кожу. Не жжет, а именно печет. Отдернула руку и спрятала лицо в ладонях, понимая, что сейчас чувствую нечто странное. Я почти забыла о том, что ушла Люси. Сейчас я могла думать только об опекуне, о том, где он находится и не грозит ли ему опасность? Он слишком долго не возвращался, и я предчувствовала беду.
Когда часы на каминной полке показали восемь вечера, я решительно встала и покинула гостиную, на ходу призывая Моргана. Дворецкий явился, когда вошла в холл особняка. Слуга вытянулся передо мной по струнке, посмотрел с ожиданием.
— Приготовьте карету, — приказала я, — и приставьте моего охранника.
— Куда вы направляетесь, Ваше Высочество? — его голос вздрогнул.
— Во дворец, — ответила я твердо.
— Но я не могу позволить вам покинуть пределы владения, — как-то нерешительно заявил он.
Мои брови взлетели вверх.
— Что? — спросила я. — Это еще почему?
— Приказ Его Светлости, — отчеканил Морган.
— Значит, мне нельзя выходить за ворота? — уточнила я.
— Так и есть, Ваше Высочество, — чуть склонил голову дворецкий. — Милорд просил передать вам, что, если будет сильно задерживаться, чтобы вы не волновались и просто ждали его здесь. Он сказал... — дворецкий запнулся.
— Продолжайте, Морган! — потребовала я.
— Он сказал, что вернется к вам, чего бы это ему ни стоило.
— А если я ослушаюсь и все-таки поеду? — уточнила я сухо. — Вы разве сможете удержать меня, Морган?
— Я постараюсь, Ваше Высочество! — ответил он, но в его голосе я снова расслышала нотки сомнения. Неожиданно вспомнился Отис, и я подумала, что уж он-то точно не позволил бы мне выехать из дома, а Моргана можно уговорить или даже запугать.
— Готовьте карету и, если вздумаете спорить со мной, лишитесь своей должности и работы в этом доме, — заявила я.
Морган чуть побледнел.
— Но если я отпущу вас, леди Элизабет, то лорд Финч точно уволит меня, так что...
— Обещаю, что сделаю так, что он вас не уволит, — сказала я твердо, — а вот, если вы сейчас ослушаетесь меня, то тогда точно, можете собирать свои вещи и я постараюсь, чтобы вы были уволены без всяких рекомендаций! — я, конечно же, блефовала, но, кажется, Морган повелся на этот обман, поскольку, низко поклонившись, он тут же произнес, — как прикажете, Ваше Высочество. Карета сейчас будет заложена и…
 
— Вот так бы раньше, — перебила дворецкого и поспешила в свою комнату, сменить платье на более пригодное для путешествия. 
Мое сердце подсказывало мне, что стоит торопиться, а чувство тревоги усиливалось с каждой минутой. Уже преодолев лестницу, перешла на бег и в свои покои ворвалась, словно ураган. Вызвала горничную, но, не дожидаясь ее прихода, стала поспешно стягивать с себя дорогое пышное платье, в котором встречала королевских особ.