Как укротить злодея (СИ)
— Какой же русский не любит быстрой езды?
— Я эрландец! — с гордостью заявил герцог.
Ну и ладно. Это же поговорка такая, чего ему не нравится. А вообще говорить расхотелось, спорить тоже. Так и молчали до самого моего дома. И не вижу причины, по которой я должна была бы оставаться в мобиле, однако герцог заблокировал дверцу, не желая меня выпускать.
— Открой,— произнесла я, дергая ручку в попытке покинуть авто.
— Обязательно. Как только ты скажешь, что не сердишься,— заявил наглец.
— Ну если настаиваешь, не сержусь,— как можно язвительнее произнесла я отвернувшись. Ну чего спорить с высшим магом. Вон как Ольрих подчинился. А я необученная ведьма, не маг, но быть частью эксперимента тоже не хочу.
— Марина, ты неправа. У меня договор о неразглашении, а иначе может сорваться операция и это нанесёт вред моей империи.
Да, я всё понимала. И про гражданскую позицию и про клятву о неразглашении. Серьёзное дело. А вот куда обиженной ведьмочке деть характер?
— Послушай,— я повернулась, чтобы встретиться с внимательным взглядом герцога. Маг был недоволен и всё же держал себя в руках. — А что ты сделаешь, если я вдруг окажусь не здесь, а у себя дома?
— Я работаю в этом направлении, — неожиданно признался маг и потянулся ко мне за поцелуем.
Конечно, Элиот сильнее меня и сильные руки удержали, не давая возможности отвернуться. Поцелуй опытного мужчины пьянил и заставлял плавиться, в то же время, отсекая возможность спокойно мыслить. Ещё немного и забуду суть претензий, а заодно собственное имя.
Маг решил, что я сдалась, и ослабил хватку. И я выскользнула из его объятий и из машины, которую уже никто не запирал. Торопливым шагом прошла в ворота и даже не обернулась, когда мотор мобиля нервно взревел. Герцог умчался, а я направилась к себе. Переоделась, а затем пошла на кухню. Гости гостями, а нормально там так и не накормили.
Наверное, я действительно была слишком зла, раз перелопатила кучу отцовских документов, включая книгу расходов и доходов. Неожиданно, но этим занимался мой отец, а в его отсутствие Мари. Оставшуюся часть дня я пыталась продолжить это дело и оно меня увлекло. Расчертила похожую таблицу в отдельной тетради и по аналогии предыдущего периода сделала свои пометки. А на проверку моих расчётов вызвала дворецкого. Вместе с Каспером мы вписали недостающее и практически не прерывались до самого вечера.
Разве что принесли огромную корзину цветов от герцога Риллана, но скакать вокруг подарка я и не подумала. Приказала оставить на столе в отцовском кабинете, что было немедленно исполнено. Никаких особых писем и признаний Элиот не приложил, только открытка с указанием отправителя. И пока я работала, взгляд то и дело останавливался на цветах. Подозреваю, подари мне их Элиот сразу после ссоры, запустила бы в его сторону без сожаления. А теперь жалко, они красивые и пахнут ненавязчиво.
Всё это замечательно, но я всё равно продолжала обижаться на мага, а заодно на себя. Нелогично, знаю, но ощущение неприятной досады на всё случившееся не проходило. От долгого сиденья за отцовским столом спина к вечеру затекла, а пятая точка грозила принять плоскую форму стульчика. И чтобы скинуть усталость, а заодно восстановить кровообращение, я отправилась в отцовскую купальню.
Чем меньше оставалось времени до сна, тем больше я была уверена, что маг не пропустит ночь и обязательно придёт. Только как быть, если нам нужно поговорить, а у меня ещё не всё в душе улеглось? То ли собственная взбунтовавшаяся магия не хотела успокаиваться, то ли я сама не спешила принимать всё случившееся обычным явлением.
Именно поэтому перед сном я приняла лекарство, прописанное Крайтом, прихватила книжечку и…уснула на кровати отца. Может и некрасиво, но мне хотелось задеть мага, уколоть, а заодно узнать, насколько я ему нужна. Признаю, была трусливая мысль, а не вернуться ли в свою комнату... Но я была кремень и на десятой странице местного шедевра о любви сон захватил меня, и книга незаметно выпала из ослабших рук.
***
Меня разбудил лёгкий шорох и тихое:
— Спряталась, упрямая…
Продираясь сквозь оковы сна, я позволила себя поднять. Так же с закрытыми глазами обняла руками шею мага и прижалась к нему щекой. Знакомый запах мужчины, его тела, чуть ощутимые поцелуи в макушку, всё это было очень приятно, что я невольно улыбнулась и потёрлась щекой о мягкую ткань рубашки. Присутствие Элиота, тепло его тела, размерное покачивание во время ходьбы, вызывало удовольствие. А когда маг положил меня на кровать и принялся раздевать, я проснулась.
Нет, пора действительно менять спаленку, подобрав свою. Вдруг сестрица появится, а Риллан сюда прискачет…Непорядок.
— Пришёл! — хриплым голосом произнесла я, не сумев скрыть обвиняющие ноты. Элиот развязал мой халат и попытался снять его, я послушно повернулась, позволяя помочь мне.
— Сомневалась?
— Не знаю, вдруг у тебя снова…работа! Сильвия, к примеру.— Даже самой противно стало от слов. И, вообще, незачем эту девицу вспоминать в спальне. Но слово не воробей.
Маг неожиданно замер, а шелковая ткань коснулась ноги.
— Ты действительно ничего не понимаешь, Марина? — тихо произнёс он. И в этой фразе было всё: горечь и тоска, ведь мы оба что-то упустили.
— А что я должна понять? — так же тихо отозвалась, потянув полу халата на себя. Села, чтобы не чувствовать себя совсем уж беспомощной.
Маг отпустил, но его ладонь заскользила по моей ноге, обдав жаром. Я попыталась игнорировать приятное ощущение, сосредоточившись на нашем разговоре.
— При нашем знакомстве та же Сильвия вела себя так, что сразу ясно, что вы не случайно встретились и зашли ко мне в гости. Кстати, она была с тобой, а сегодня ты был со мной. Вроде как ролями поменялись. А ещё и эта курица в красном…И в зелёном! Элиот, ты…бабник!
Я громко шлёпнула по наглой конечности, которая упорно пробиралась вверх.
— Упрямая ведьмочка,— вздохнул герцог, убрав наконец-то свою ладонь. И тут же стиснул мои плечи, чтобы уложить на постель.
Маг склонился надо мной, я чувствовала его дыхание близко-близко. Казалось, приподниму голову, и наши губы соприкоснутся. Это пытка и мучение, чувствовать, что самый притягательный на свете мужчина находится рядом, а между нами стоит недопонимание.
— Неужели ты всё ещё не поняла, что я не юноша, у которого нет и капли прошлого? Марина, я ведь под юбкой у матери сидел и не был затворником.
— Зачем у матери, ты ведь не извращенец,— согласно буркнула я, но Элиот услышал и оторопел. Закашлялся. Затем снова замолчал, но ненадолго.
— Ведьмочка упрямая, я люблю тебя. Да, у меня были женщины, и я не всегда отказывался от того, что они мне предлагали. Но ты …Марина их всех вытеснила. И если нужно, повторю это не только сейчас, но и завтра, и послезавтра тоже. До тех пор, пока ты мне не поверишь. Нет…и потом тоже.
Слова как мёд, что лился в уши. Но маг был настолько искренен, что захотелось поверить, принять. А ещё закинуть руки на шею и поцеловать, потому что это пытка, находиться в такой близости и удерживать дистанцию.
— А если снова работа, а вокруг красивые женщины? Элиот, я не потерплю лжи в отношениях. Не вижу смысла.
Я провоцировала, делая себе больно. Но молчание было выше моих сил.
— Да услышь меня, ведьмочка! — рыкнул герцог. — Я готов принести клятву верности. Готов, слышишь! Для мага нарушение равносильно смерти, ведь она заключается на крови. И потом…С момента нашей первой встречи я никого не хочу, только тебя. А со мной такого ещё никогда не было, поверь.
Потрясенно молчала. Элиот злился, ему было больно. И пожалеть бы, прижать к себе. Но ведь и мне непросто. Словно сейчас решалась наша судьба, а сдаваться на полпути это не выход. Маг ткнулся своим лбом в мой лоб и прошептал, обдавая горячим дыханием и тихо произнёс:
— Выходи за меня замуж, ведьмочка и по особому обряду я принесу тебе клятву верности. Буду твой с потрохами. Ну? Решайся.