Сын моего сына (СИ)

Это глупо — тратить время на такие мысли, тем более о женщине, с которой у меня всего лишь деловые договорённости. Однако Ангелина каким-то образом пробирается в мою голову снова и снова.
— Таакс…Савронская, говоришь… — мысленно возвращаюсь к текущим делам. Сегодня у нас встреча, и, как бы она ни раздражала, её поддержка в важных вопросах бесценна.
Но стоит мне отодвинуть мысли о Савронской, как они снова возвращаются к Ангелине. Свободное время. Она говорила о свободе, о том, что хочет контролировать свою жизнь. Но что она будет делать с этой свободой? Ещё больше меня беспокоит мой водитель. Он начинает проявлять какой-то нездоровый интерес к ней. Поговорю с ним сегодня, чтобы рамсы не путал.
  
— Чёрт, — тихо ругаюсь под нос, когда Виктория уже собирается выйти. — Пусть Семён сообщит, когда отвезет моих домой.
Хочу знать, каждый её шаг.
Секретарша кивает, не задавая лишних вопросов. В такие моменты я ценю её умение читать обстановку. Хотя она и не понимает, о ком и зачем я говорю, этого и не требуется.
Ангелина
Я выхожу из дверей центра «Томатис-кидс», где только что оставила Даню на занятиях с логопедом. Каждый раз, когда захожу сюда, чувство лёгкости смешивается с тревогой. С одной стороны, я знаю, что специалисты помогают ему. С другой — этот вечный страх, что прогресс будет слишком медленным. Я пытаюсь не думать об этом, сосредотачиваясь на том, что в ближайшие два часа у меня есть время для себя.
Сразу за дверью я замечаю, что у машины стоит Семен. Нервно выдыхаю. Конечно же он всегда обращается со мной уважительно, но я не могу не заметить, как иногда его взгляд задерживается на мне дольше, чем обычно.
— Как дела? — спрашивает он, когда я приближаюсь.
— Неплохо, — отвечаю, кивая.
— У тебя теперь время для себя, да? — улавливаю нотку интереса в его голосе.
Я киваю. Это редкий момент, когда я могу подумать о себе, и он даёт ощущение свободы, пусть даже временной. Мне нужно решить, как провести это время. Семен смотрит на меня, и мне кажется, что он хотел бы предложить что-то, но сдерживается.
— Могу в одну отличную кофейню отвезти? — предлагает он, осторожно. — Или куда-то, где тебе хочется побыть.
Его предложение кажется неожиданным, но в то же время я чувствую, что немного компании мне не помешает. Этот день и так слишком напряжён, а мысли о предстоящей «свадьбе» с Тихим гнетут меня.
Я колеблюсь, глядя на Семёна. В его глазах — явный интерес, но не нахальный. Впервые за долгое время кто-то предлагает что-то без подвоха. Простое предложение выпить кофе звучит почти невинно.
— Почему бы и нет? — решаюсь я. — Мне действительно нужно расслабиться.
Семён улыбается, слегка удивлённый моим согласием. Он быстро открывает дверь машины, и я сажусь на заднее сидение. Не знаю, к чему приведёт этот маленький перерыв, но чувство свободы, пусть даже на несколько часов, становится слишком заманчивым.
— Ехать с ветерком? — спрашивает он, пристёгивая ремень.
— Сегодня можно и с ветерком, — неожиданно отвечаю я, наблюдая за его реакцией через зеркало заднего вида.
Семён задумчиво на мгновение замолкает, а затем говорит:
— Есть одно уютное местечко неподалёку. Там тихо, и кофе отличный.
— Отлично, — соглашаюсь я, хотя мысль о Тихом всё ещё жжёт на задворках моего сознания, сейчас я стараюсь отложить её в сторону.
Мы едем по городу, и я смотрю на мелькающие здания и прохожих. Впервые за долгое время я просто сижу и ничего не делаю — не решаю проблемы, не переживаю о завтрашнем дне.
Через несколько минут мы оказываемся у маленькой кофейни на углу. Семён помогает мне выйти, и я чувствую его лёгкое волнение, хотя он пытается скрыть это под маской вежливости. Войдя внутрь, мы находим столик у окна. Кафе действительно уютное — в полутемноте слышен лишь тихий шёпот разговоров и приятный запах свежезаваренного кофе.
— Здесь самые вкусные в городе пирожные, — говорит Семён, когда мы устраиваемся на мягких диванчиках. — Попробуй лимонную тарталетку.
Я киваю, улыбаясь краешками губ.
— Неужели такая вкусная? — спрашиваю я, взглянув на него.
— Ооо… Ты даже себе не представляешь, насколько! — отвечает Семен, но мои мысли снова на миг возвращаются к Тихому. Как он отреагирует, если узнает, что я пью кофе с его водителем? Вряд ли этот момент тоже не останется незамеченным.
  
13
 
Тимур
Я просматриваю документы, не вникая в детали, когда резкий стук в дверь заставляет меня поднять глаза. На пороге кабинета появляется Елена. Сегодня она выглядит очень эффектно — высокая, статная, с ухоженными блондинистыми локонами, идеально Лежащими на плечах. Она двигается легко, уверенно, хищно, словно кошка на охоте. Лена никогда не заходит без стука. И уж точно не приходит просто так.
— Привет, Тимур, — мило улыбается она, но я знаю её достаточно хорошо, чтобы уловить холодное подспудное намерение.
Я киваю, жестом приглашая её войти. Лена закрыла за собой дверь, оставив нас вдвоём в полумраке кабинета. Она подходит к моему столу, но не садиться, а лишь облокачивается на край, сложив руки на груди. Её взгляд прямой, сосредоточенный. Она пришла с конкретной целью.
— Что-то случилось? — спрашиваю я, пытаясь уловить её намерения с первых слов.
Лена чуть приподнимает бровь, будто не ожидала вопроса.
— Ничего особенного, — начинает она, медленно проглатывая слова, словно смакуя каждое. — Я пришла с предложением. Ты же знаешь, что я умею быть полезной.
Я скрещиваю руки на груди, подаюсь вперёд и молча жду продолжения.
— Я знаю, что у тебя на данный момент нет серьезных отношений, — начинает она снова, уже твёрже, не стесняясь переходить к сути. — Но мы оба понимаем, что для твоего имиджа… и для предвыборной кампании тоже, они тебе нужны.
Лена делает паузу, внимательно изучая мою реакцию. Но я не подаю вида, что понимаю её тонкую игру.
— У тебя есть какое-то конкретное предложение? — холодно спрашиваю я, откинувшись на спинку кресла. — Если да, то говори прямо. Я не люблю, когда начинают завуалировано, прятать за намёками и тщательно подобранными словами, суть.
— Есть, — кивает она, уголки её губ слегка дергаются в предвкушении. — Я готова стать твоей официальной невестой. Мы создадим идеальную картину для всех. Фиктивный союз. Ты получишь ровно то, что тебе нужно: имидж уверенного, успешного мужчины рядом с надёжной женщиной. Всё будет в рамках договора. Ни привязанностей, ни лишних обязательств. Я буду делать свою работу, а ты — свою.
Её слова звучат как чётко составленный контракт.
— И зачем тебе это? — спрашиваю я, с интересом наблюдая за женщиной.
Она усмехается, и на миг в её глазах вспыхивает холодная решимость.
— Ты знаешь меня, Тимур. Я не нуждаюсь в «девочковых» мечтах о любви и преданности. Это для меня — вложение. Я строю свой имидж так же, как и ты. Мы оба играем на поле, где внешнее имеет значение. Вместе мы будем выглядеть так, как от нас ждут. Я тебе подхожу идеально, это же очевидно.
Какая самоуверенность!
Её слова режут слух, но я сохраняю невозмутимое выражение лица.
— А если я откажусь? — спрашиваю я, не показывая, что предложение вызывает хоть какой-то интерес.
Она пожимает плечами и закусывает губу.
— А у тебя есть кто-то другой на примете?
Я молчу, но она улавливает ответ раньше, чем я успеваю что-то сказать. Её лицо резко меняется. Она сжимает губы, а в глазах вспыхивает ярость. Лена делает шаг в сторону, резко убирает руки с груди и вдруг начинает говорить, не сдерживаясь:
  
— Ты серьёзно? — её голос, полный обиды и возмущения, звучит всё громче. — У тебя, что за сутки появилась выгодная партия? Да я пашу на тебя как лошадь, каждый день прикрываю тебя, защищаю твой имидж, твою репутацию, а ты…
А я слушаю дальше, внимательно наблюдая за ней.
Она начинает ходить по кабинету, словно пытается справиться с нахлынувшими эмоциями, но с каждым шагом её злость только растёт.