Заноза для графа (СИ)

И то, что характер у девицы не сахар, тоже легко объяснимо.
Прочитав письмо матери, Грег понял, что именно побудило девушку стать боевой, гордой, жестко отстаивающей мнение и неприемлющей жалости к себе. Жених бросил Джейд, узнав о разорении семьи. Еще и распространил о ней сплетни... Затем погиб отец, не выдержавший позора. Интересно, пыталась ли мать отговорить Джейд от учебы? И как относится к этой деятельности теперь?..
Удивило Грега еще и то, что сам он не догадался узнать о мисс Дэвис больше. Настолько привык думать о ней, как о симпатичной своенравной лекарке, что ему в голову не пришло заглянуть в прошлое, копнуть глубже. В отличие от его любопытной матери, привыкшей делать все, что посчитает благом!
Самые страшные деяния так и свершаются, под маской добродетели и с жалостливым видом. Но сегодня матушка перешла черту. Одно дело раздобыть информацию, и совсем другое — изображать из себя вершительницу судеб, вмешиваясь в их с Джейд договоренности. Никогда раньше Грег настолько не злился на леди Марджери. Теперь ему предстояло терпеть справедливое недовольство Джейд, оправдываться, словно мальчишке, и снова доказывать что его слово чего-то стоит. В то время как есть гораздо более важные дела, касающиеся безопасности города!
— Прибыли, вашество! — Экипаж резко качнулся и замер.
Граф малодушно не спешил выходить. Отодвинув занавеску, он хмуро взглянул в окно и поморщился, как от зубной боли. Если Грег и боялся чего-то в этой жизни, так это слез и упреков от женщин. Особенно матери. Но сегодня ему предстояло увидеть и услышать и то и другое, при этом отстояв собственное мнение до конца.
Открыв дверь, Грег вышел в ночную прохладу и, приказав кучеру ждать его возвращения, ринулся вперед, напустив на лицо маску полного отчуждения.
— Дорогой мой! — матушка обрадовалась ему так, будто и не подозревала, что могла вызвать гнев сына. — Проходи. Я велю поставить на стол дополнительные приборы, мы вот-вот сядем ужинать.
— Я не голоден, — перебил ее граф, хмуро осматривая гостиную, куда его провела прислуга.
Джейд нигде не было, зато леди Марджери по-хозяйски устроилась в одном из кресел и читала очередную романтическую историю. Закрыв книгу, она подалась навстречу и раскинула руки в ожидании объятий. Грегори демонстративно замер, так и не дойдя до нее нескольких шагов.
— Что ты здесь делаешь? — без предисловий начал он.
— Милый? — матушка непонимающе вскинула брови.
— Этот дом снят на имя мисс Джейд Дэвис, но саму ее я не замечаю. Зато ты, как вижу, чувствуешь себя вполне комфортно. — Безмятежность матери возмущала его все сильней.
— Она пригласила тебя?
— А тебя? — парировала леди Марджери, поднимаясь с кресла.
На несколько секунд они схлестнулись взглядами, не желая уступать друг другу. Наконец граф усмехнулся и, отставив в сторону трость, принялся снимать плащ.
— Я здесь, чтобы обсудить твое письмо, — заговорил он, не позволяя себе смягчить интонации. — А потом отвезти домой.
— Сейчас мой дом здесь! — вскинулась леди Марджери.
— По документам это не так, — заметил Грег. — И я очень сомневаюсь, что Джейд прыгала от счастья, узнав о твоем желании погостить у нее.
— Не прыгала, разумеется, — улыбнулась матушка, — потому что знает, что подобное — неприлично. Мы поговорили весьма сдержанно, и мисс Дэвис не выказала неприятия, дорогой. В отличие от тебя.
— Ты говорила ей о том, что узнала о ее прошлом?
— Пока нет.
— Хорошо, — Грегори кивнул. — Этого делать не стоит. Никому не нравится, когда копаются в их грязном белье.
— Если она хочет стать женой графа, стоит привыкать носить лишь чистое, — пожала плечами леди Марджери. — Ты и сам знаешь, что нас не обсуждает лишь ленивый.
— Джейд не из тех, кто привыкает и смиряется.
— Согласна, — улыбнулась графиня, — потому я здесь. Чтобы помочь ей вспомнить, кем она была рождена.
— Это неприемлемо, — Грег покачал головой. — Услышь меня, мама.
— У меня прекрасный слух, сын, но ты пока ничего не сказал, только кривишься беспрестанно.
 
Грег закатил глаза, подошел к графину и налил себе стакан воды.
Матушка в это время дернула за колькольчик, вызывая свою горничную. Та появилась незамедлительно.
— Прими у его сиятельства плащ, — велела леди Марджери, — и передай на кухне, что граф будет ужинать с нами.
— Сию секунду, миледи! — отозвалась девушка, потянувшись за верхней одеждой Грега.
— Не стоит! — резче, чем следовало бы, рявкнул он.
Служанка испуганно глянула сначала на него, а затем на графиню, и, получив от той дозволение выйти, быстро покинула комнату.
— Сейчас подкрепишься, дорогой, и сразу вспомнишь, что я — твоя мать, а не враг, — как ни в чем не бывало заявила леди Марджери. — А потом поговорим о том, что тебя так взволновало. Я и сама, признаться, огорчена тем, что репутация твоей невесты вовсе не так безупречна, как хотелось бы. С другой стороны, у нее весьма неплохое происхождение, а потому...
— Где Джейд? — Грег обернулся на дверь, игнорируя слова матери. — Наверху?
— Насколько я знаю, она решила прогуляться в саду, — пожала плечами графиня.
— Отлично. Я к ней присоединюсь. А позже вернусь за тобой. Вели прислуге паковать твои вещи.
— Грег! — Матушка нахмурилась. — Что происходит?! Чем именно я заслужила подобное отношение сына?!
— Отношение? — Он обернулся и быстро подошел к ней, чувствуя, как кипит от злости. С трудом взяв себя в руки, заговорил холодно: — Хочешь знать, что не так? Действительно хочешь?
— Да.
— Тогда я повторюсь: тебя не должно быть в этом доме, мама. Услышь меня. Ты не имела права рыться в прошлом мисс Дэвис, не имела права приезжать сюда, привозить свои вещи и обживаться здесь, не спросив разрешения у его хозяйки.
— Но...
И теперь ты соберешься и уедешь отсюда. Сегодня же.
— Куда?! — выпалила графиня. — Наш дом осквернили десятком ног в грязных ботинках! Стражники снуют туда-сюда, всюду суют свои носы и ведут себя омерзительно! Глумливые шутки, громкий смех, масленые взгляды...
— Они позволяли себе нечто подобное в отношении тебя?! — поразился Грег.
— Нет. Но как они смотрят на прислугу!
— Мама! Прошу тебя.
— Я не могу находиться с ними под одной крышей! Это моветон! Надо мной смеется вся местная аристократия! И все почему?
— Потому что ты приехала в Рагос, мама! — рявкнул Грег. — По своей воле! И с самого начала была недовольна всем: жилищем, окружением, погодой. Всем! И теперь, когда тебя так много не устраивает здесь, ты можешь. нет! Ты должна уехать. Столица с радостью встретит тебя балами и сплетнями.
— Грегори! Ты гонишь меня?!
— Ставлю перед выбором, — поправил он. — Ты можешь вернуться в мой дом здесь, в Рагосе. Или поезжай в столицу, в наш особняк. Но тут оставаться не имеешь права.
— Что я слышу?!
— Надеюсь, и правда слышишь! — он вновь повысил голос, одновременно почувствовав, как с пальцев рук срываются сиреневые искры. Недовольно посмотрев на собственные конечности, граф мотнул головой и вновь направился к выходу, сообщая: — Сейчас я найду Джейд и поблагодарю ее за гостеприимство, но предупрежу, что ты не можешь задержаться на более долгий срок. Затем вернусь за тобой.
— Никогда еще меня так не унижали! — услышал он.
— Если ты выберешь местом жительства столицу, — ответил Грег, замерев у двери, — то быстро забудешь этот инцидент и вернешься к привычному образу жизни. Рагос и правда не для тебя, мама.
— Это уж я решу сама! — ответила леди Марджери.
Грегори поморщился, понимая, что мать покидать город не собирается из принципа. Промолчав, он вышел, на ходу надевая плащ и на сей раз направляясь в сад. Предстоял еще один разговор, предугадать ход которого было практически невозможно.
 
Вновь оказавшись на улице, граф поморщился от скрипа двери и задумчиво осмотрелся, гадая, кто придумал называть пяток деревьев и несколько кустов чахлых роз, посаженных вокруг деревянной беседки, садом? Кроме того, задний двор арендованного им дома оказался завален опавшей листвой и явно нуждался в уборке. Попробовал бы кто-то в столице сдать дом в столь неряшливом состоянии!..