Вампанутый (СИ)
Катя кивнула.
— Ага. Точно. Согласна. Много орков на маленькой лодке. Рано или поздно им придет конец. Жаль. Или нет. Посмотрим. Что делать будешь?
— Ясно что. Я же — Трайл, первый имени своего. Забыла?
— А? — моргнула Катя.
— Напомни мне, кому поклоняются люди?
— Лайра. Богиня. Блондинка, вырастившая людей из земли, как картофель. Что-то такое. Я вообще не очень религиозна. Глупость. Ерунда.
— Фанатики, да?
— Да. Жгут друг друга. Убивают во имя ее. Как всегда и везде. Эльфы недалеко ушли. Ашхая — богиня чести, достоинства, чистой крови и…
— Э-э-э-э-э-э-э-эй!!! — заорал я так, что Катарсия споткнулась, стоя на месте. — ТАМ НА БЕРЕГУ!!! Я — вождь этих отбросов!!! Хотите кое-что скажу?! Эй! Сегодня я побывал в трусиках богини Лайры, слышите, люди! Там было так влажно, что я чуть не утонул, но перед этим запах протухшей рыбы вывернул меня наизнанку! Я сблевал прямо на вторую сучку в нашем трио! Ашхая с удовольствием заглатывала мои яйца, пока я хлестал ее сушеным хером Асмодея!!! Эй, слышите?!!! О, кстати! Совсем забыл! Кентавры!!! Ашу я вам хер отдам и не скажу, где она! Мы с ней будем бухать, курить травку и жрать грибы!!! О, и еще!!! Ваша видящая Трэша пока у меня в гостях была заглатывала так, что потом сказала спасибо, мой господин, а теперь выеби меня в мой лохматый з-а-а-а-а-а-а-ад!
Армия на обратной стороне остановилась. Стало тихо. Слышно только птичек, да водицу.
Эхо разнеслось далеко во все стороны:
За-а-а-а-ад! А-а-а-ад! А-ад! А-д!
Катарсия сделала шаг в сторону от меня.
Глава 24. Дождь ярости
Катарсия отступила еще на шаг.
— Трайл, мы трупы. Точно. Нас привяжут к дереву, а потом сожгут. Зачем ты это сделал? Мы же важнее каких-то орков. Я думала, ты это понял. Сделал из них приманку. Нет, не так? Ты проникся чувствами к пустоголовым? Это глупо. Вообще. Совсем.
Драник-та и Усик непонимающе вертели головами. Для них происходящее было слишком сложным.
Я посмотрел на Катю. Эх, красивая эльфийка. Такое ощущение, что эльфы — это отфотошопленные люди. Взяли Марго Робби, играющую Харли Квин в Отряде Самоубийц, пофиксили скулы, губы, глаза, кожу, наложили пару фильтров и получилась Катарсия Порочная из Варгарона. Обмазать спермой такое лицо и сдохнуть от истощения…
Блять, самое оно об этом подумать!
Взглянул на небо, где в силуэтах облаков воображение нарисовало лицо Итерны. Очень вовремя.
Я зловещее оскалил рожу. Катя сделала еще шаг.
— Бес попутал.
Через мгновение мы уже стояли на подъемнике на скалу, а я выкручивал механизм, который обычно тягали два-три орка.
— Драник, твою жопу! Сколько ты весишь?
— Шта-та? Весю-та? Да-та.
Прокручивая механизм, я с высот посмотрел на обиженную армию. Как я и рассчитывал, засранцам не понравилось осквернение их богов. Они чуть ли друг друга не убивали, так им хотелось добраться до главного злодея — меня. Без шаманского блокатора магии эльфы морозили реку, чтобы перебраться по ней быстрее. Земляная волна ожила, с грохотом обрушившись на стену, корежа ее в хлам.
Диковизжащие фанатики вломились в Серп, поджигая так усердно выстроенные постройки, кидая факелы на крыши. Столько трудов Блюму под хвост! Как всегда, все пошло не по прямой!
Подъемник скрежетнул. Мы оказались на высоте девятиэтажного дома — на площадке, расчищенной гномами. Внизу суетились люди, кентавры обходили реку по броду и скоро присоединятся к своим двуногим союзникам. Весь Серп горел. Густой черный дым повис в воздухе. Злые крестьянские морды материли нас на средневековом наречии. Эльфы пускали самые изощренные заклинания. Еще немного и скала затрещит по швам. Кто-то заюзал заклинание «Пробуждение матери земли».
Все? Конец?
Что бы сделал главный герой, загнанный в тупик? Договаривался бы? Сражался до последнего?
— Катя, отвернись.
— Что? Зачем?
Я сурово на нее посмотрел. Девушка проморгалась, но все-таки отвернулась.
Я приспустил штаны. Высунул серый эльфийский хер. Эх, это было моей мечтой еще с момента, когда Тирион Ланнистер сделал это со Стены.
Желтая струя устремилась вниз, на головы агрессивно настроенных верующих. Ох ты ж, сколько ору. Обиделись. Особенно эльфы — золотой дождь оказался им не по нраву в своем буквальном проявлении.
Спасибо, «Игра Престолов», я многому у тебя научился. А вот за слитый последний сезон нужно кому-то отрезать аппендикс и затолкать в рот.
А теперь…!
Я подбежал к обратному краю скалы. Глянул вниз. У-у-у-у, лететь долго и страшно, но у меня есть опыт. Развернулся, показал клыки, посмотрел на гоблинов.
— Ну что, крысы модифицированные? Жить хотите?
Усик что-то проскрежетал, Драник-та согласно пустил воздух из пупка, закивал. Чтобы не порвать нить безуминки, я стал действовать. Ухватил паукоблина за жвалы и под стрекочущие звуки сбросил его со скалы! А ведь говорил оркам заготовить веревки… Никто так и не соизволил этого сделать! Теперь гоблинам страдать.
Катя выпучила в ужасе глаза, когда под смачный поджопник за своим коллегой полетел жиробас. На лету он ускорился, испуская из всех дыр содержимое пуза.
— Дра-а-а-а-а-та-а-а-та-а-а-а!!!
— Трайл!!! — взвыла эльфийка, когда я подхватил ее на руки, не забыв ладонью ухватиться за широкую и очень упругую попку.
И спрыгнул.
— А-а-а-а-а! — кричала Катарсия в полете. Из глаз у нее текли слезы, белые волосы попали мне в лицо и рот. Синяя энергия охватила нас обоих.
БАМ!!!
* * *— Бежим, жирный ты ублюдок, бежим! — несся я по лесу и зачем-то орал на сдувшийся мусорный пакет, который тащил за ногу. Драник-та бился головой о землю и корни деревьев, булькал, но послушно «бежал». По-другому он не мог, лопнув при падении и превратившись в жироблин.
Усик выжил. Только одну паучью конечность сломал. Он приземлился с высоты круче котика — на все восемь конечностей. Так и планировалась. Ну, ок. Совсем не так. В глубине души я надеялся, что они оба сдохнут. Похоже, во мне пробуждается зло.
Мои обе сломанные ноги исцелились. Чудесная регенерация вампира заключалась еще и в памяти организма. Кости не просто срастались, они сами вставали на изначальное место. Если бы не это, я бы уже давно был Квазимодо с переломанными отростками.
Катарсии тоже досталось. Большую часть повреждений я взял на себя, но прыгать с девятиэтажного дома с девкой на руках? Хер тут выживешь, если ты не вампир и не модифицированная эльфийка. Правда и она уже восстановилась, оплёванная целительной паутиной своего гоблина.
Третий час мы неслись по лесу, как лоси с гарпуном в анусе. Аристократка вспомнила, что она в первую очередь эльф и резво скакала не хуже тренированного ловчего. Как говорится, жить захочешь — побежишь.
Нас преследовали.
— Не оторвемся. Трайл, надо что-то делать. Давай их убьем?
Я поморщился.
— С великой силой приходит и великая ответственность, — ебанул я философию папы Человека-Паука. — Так, у тебя кровь осталась?
— Конечно. А что?
Отпив прямо на ходу добрых пол-литра энергетически активной крови, я почти до максимума пополнил ману и в два прыжка оказался на дереве. Драник-та от таких телодвижений побулькал. Развернулся в сторону преследователей. Где-то вдали увидел, как кроны деревьев неестественно пошатываются: эльфы скачут.
Взгляд ледяной ведьмы.
Широко распахнув глаза, я не закрывал их пока крови во мне осталось не больше десятой части.
Лес застонал. Стужа явилась в дикие земли, превращая зелень и местных обитателей в холодные изваяния. Ледниковый период завладел всем в радиусе нескольких километров. Резкая смена температуры образовала белый туман. Я немного прихерел от того, как много уже злодеяний сделал за один промежуток времени, но взяв себя в клыки, спрыгнул с дерева.
Не знаю, задело ли преследователей, но все следы я за нами замел. Мы специально отступали в другую сторону от Гашарта — чтобы никто не сообразил о нашем реальном местоназначении. Но это было не главной моей целью. Я показал силу, намекающую на последствия дальнейшего доебательства до вождя клана Зеленые Анаконды.