"Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

И эта учительница. Разве она не назвала меня чуть ли не ангелом, спустившимся с небес?
Парень опускается рядом. Касается руки.
– Ты не шутишь? – Очень хочется верить, что я действительно помогала людям.
– Я давно за тобой наблюдаю, ты крутая. Я Эрик, тоже занимаюсь магией. Нас таких много. Хочешь, будем идти по этому пути вместе? Только, – он взглянул на меня с притворной строгостью, – тебе придется многому научиться. Без знаний и наработанных навыков твои способности ничегошеньки не стоят.
  
Он улыбается так, что мне хочется сказать «да».
А еще у него чудесные глаза – темные и в то же время удивительно теплые.
Я не отнимаю ладонь. И впервые за долгое время чувствую умиротворение и спокойствие. Его глаза обещают одно: я больше никогда не буду одна.
  
Глава 2
 
Маг
 
Наши дни
Перед ведьмой Аликой стоял Максим, парень восемнадцати лет.
Сынок богатого отца, нагловатый, уверенный, что весь мир лежит у его фирменных кроссовок. Его можно было бы назвать даже красивым, если бы не капризное выражение холеного лица.
Ведьма поморщилась, перебарывая инстинктивную неприязнь к посетителю. Эмоции практике не помощник.
Вчера ей позвонил старый знакомый, Евгений Борисович. Когда-то давно Алика помогла ему с бизнесом. Конкурент нанял колдуна, и тот сделал крадник – финансы стали утекать из компании, а ведьма работала в фирме Евгения и немедленно сообщила о магическом воздействии начальнику. Тот поднял ее на смех: девушка, вы вообще в себе? Шоу «Битва экстрасенсов» пересмотрели?
Алика только начала практиковать, была совсем молодая, с не выветрившимся еще желанием кому-то что-то доказывать.
На спор сняла крадник, да еще наложила заклинание, чтобы виновник сам объявился и во всем сознался. С тех пор бывший начальник ее зауважал и периодически обращался за помощью и советом.
– Алика, выручай! С сыном беда! По ночам мы с женой просыпаемся от его истошного визга. С утра Максимка ходит как зомби, все из рук валится. За последние месяцы два раза попал в реанимацию, еле откачали, один раз – в аварию. Проверь, не подхватил ли какую магическую бяку?
Что же. Чуть не умереть один раз – это случайность, два раза – совпадение, а три – уже закономерность.
– Приводи, – вздохнула ведьма, – смотреть буду.
Навести порчу в нашем мире дело либо очень дорогое (почему услуги киллера должны стоить дешевле услуг профессионального колдуна?), либо слишком энергозатратное – обычный человек будет восстанавливаться неделю.
Поэтому девяносто девять из ста случаев обращения к Алике – это так называемые псевдомагические воздействия. Нельзя сказать, что на ее посетителях совсем не было негатива. Но в основном он состоял из страхов, сомнений и переживаний самого клиента.
Поэтому Алика очень удивилась, обнаружив на энергополе нагловатого паренька темную дымку, похожую на порчу. И признаки совпадают: кошмары, озноб, тяжесть в ногах, постоянная слабость и бесконечная череда неприятностей.
Алика присмотрелась к Максу внимательно. Парню всего восемнадцать, но по мозгам он еще моложе. Не работает, формально учится, но на занятиях не появляется уже полгода – отец взятками решает все проблемы с успеваемостью. Никакой серьезной роли в бизнесе отца парень, естественно, не играет. Тогда зачем кому-то портить подростка?
У нее сразу возникли две теории. Первая – порчу наводили на богатого и влиятельного папашу, и она пошла вниз по крови. Вторая – это случайность. Например, парень выпил бутылку, оставленную на перекрестке бесам в качестве откупного. Полакомился карамельками с кладбища. Или, может, подобрал деньги на улице, на которые колдун скинул какую-нибудь гадость.
Не часто, но периодически ей приходилось устранять последствия подобного идиотизма.
Но что-то мешало ведьме сразу перейти к чистке. Макс глядел на Алику исподлобья, будто бы с вызовом и плохо скрываемым превосходством. Ведьма прикрыла глаза.
И увидела несколько молодых людей на кладбище. Они вырядились в темные балахоны, притащили кучу ритуального барахла. Макс был среди них. Он делал пассы руками и с чувством декламировал заклинание ломающимся подростковым тенором.
«Так, – сказала Алика себе. – Теперь я хочу просмотреть всю историю с самого начала!»
Она прикрыла глаза, и на внутреннем экране сознания, будто кадры из немого кино, начали проноситься картинки.
Самое смешное, Макс действительно любил Настю. Так, как умел, эгоистичной любовью собственника. Он познакомился с ней от скуки. Надоели одинаковые инста-богини. К восемнадцати годам парень был уверен, что девушек ничего, кроме собственной внешности, косметики и одежды, не интересует.
Как-то поспорил с другом, таким же бездельником, что сможет подцепить девочку где угодно, даже в библиотеке. Его «мишень», Настя, оказалась хорошенькой, тонкой, смешливой, с прямым, без малейшего намека на кокетство, взглядом.
Она отличалась от всех, кого Максим знал раньше, будто сошла с пожелтевших от времени страниц старой книги или с экрана черно-белого кино.
Начать встречаться со старомодной, начитавшейся Тургенева и Достоевского девушкой показалось избалованному Максу забавным. Он говорил себе, что подкатывает к ней «по фану», ради разнообразия, но сам не заметил, как влюбился в ее ямочки на щечках, в улыбку, в то, что рядом с этой девчонкой он чувствовал себя совсем иначе, – словно ребенок, который впервые попал на новогоднюю елку.
Всего через пару месяцев ребята уже жили вместе в шикарной квартире, которую снимал для них Евгений Борисович. Настя подрабатывала в библиотеке, параллельно училась на искусствоведа. Если у нее появлялось свободное время – мастерила на заказ игрушки и вязала детские вещи.
Макс нигде не работал и ничем не занимался. Зачем? Папа и так обеспечит все «хотелки», а хобби не было, не платочки же вышивать ему, здоровенному лбу! Все казалось пресным, бессмысленным.
Когда девушки не было дома, парень скучал.
Рубиться в игры быстро надоело. Проводить время с себе подобными – тоже, все тусовки проходили примерно одинаково. Наркотики употреблять Макс побаивался, поскольку отец предупредил: если узнает, а он рано или поздно обо всем узнавал, то лишит всех карманных денег, и Максу придется самому искать подработки, без связей отца и образования его возьмут только на унизительную, как парню казалось, должность официанта или мальчика на побегушках!
А магия – самое то!
Не зная, куда себя деть, парень насмотрелся второсортного фэнтези, затем купил в интернете у колдуна, к несчастью, рабочий гримуар. И пошло-поехало! Темная сторона привлекала избалованного Максима тем, что давала ощущение безнаказанности, причастности к чему-то тайному и вселяла чувство превосходства над другими людьми.
В том числе над авторитетным отцом, рядом с которым Максим всегда тушевался, ощущал себя слабаком и ничтожеством.
Он развернул кипучую деятельность: попробовал общаться на перекрестке с бесами – сработало! Исполнилось, что просил: деньжат привалило, и его «враг», такой же богатый бездельник, попал в аварию!
Настя сразу почувствовала, что Максим начал меняться, – напустил на себя загадочный вид, стал все свободное время просиживать за книгами, хотя раньше силком читать не заставишь. Сам парень был болтливым и хвастливым, не вытерпел и поведал девушке о своих «достижениях».
Сказать, что та ужаснулась, ничего не сказать. Но Настя, вдохновленная Достоевским, твердо решила спасать «сбивающегося с пути».
Робкие просьбы любимой быть осторожным, воспитательные беседы и мольбы лишь будоражили юного чернушника еще сильнее.
  
Вскоре в их доме появились змеиные шкурки, кости животных (Макс их покупал за бесценок на птичьем рынке) и прочие безобразия. Во сне Макс говорил не своим голосом, днем богохульствовал, его начало мутить при виде церковной атрибутики и икон. Но Настя терпела, любила, спасала…