Я – Товарищ Сталин 6 (СИ)

Президентский дворец, окруженный высокими стенами с красными лакированными колоннами, возвышался в центре Нанкина. Его дворы, вымощенные серыми плитами, гудели от шагов: помощники в строгих костюмах торопились с папками бумаг, солдаты в синей форме стояли на постах, держа винтовки с примкнутыми штыками, а курьеры на велосипедах сновали через ворота, доставляя запечатанные конверты в министерства. За стенами город жил своей жизнью: лавки с фарфором и сушеной рыбой открывались, рикши тянули скрипучие повозки, а трамваи гремели по рельсам, их звонки прорезали утренний шум. Но внутри дворца царило напряжение: Чан Кайши, лидер Национального правительства, готовился к выезду на военный смотр в гарнизоне на северной окраине города. Его маршрут был тайной, известной лишь узкому кругу советников и охраны.
  
В 8:45 утра у главных ворот дворца собирался кортеж. Четыре черных «Крайслера» выстроились в ряд. Машины были бронированы, их окна укреплены пуленепробиваемым стеклом — мера, введенная после событий в Шанхае. Первый и второй автомобили служили приманками, третий предназначался для Чан Кайши, четвертый оставался пустым, чтобы запутать возможных нападавших. За «Крайслерами» стояли два бронетранспортера, их металлические борта скрывали отряды элитной охраны, вооруженные немецкими пистолетами-пулеметами MP18. Три мотоцикла с колясками готовились разведывать путь впереди.
Капитан Вэй Тао, начальник охраны, стоял у первого «Крайслера», отдавая приказы солдатам:
— Проверить каждый угол! Никаких ошибок!
Его люди заняли позиции: восемь солдат у ворот, пятеро патрулировали стены, трое снайперов на крыше дворца держали улицу на прицеле. Рядом стоял майор Лю Пэн, помощник Чан Кайши, сжимая кожаный портфель. Лю нервно теребил ручку портфеля, его пальцы слегка дрожали.
— Маршрут чист? — спросил он, понизив голос.
Вэй кивнул, оглядывая улицу за воротами.
— Разведчики проверили час назад. Путь свободен, ничего подозрительного. Но слишком многие знают, что он едет.
— Чан настаивает на смотре, — ответил Лю. — Говорит, это нужно для морального духа армии.
Двери дворца распахнулись, и Чан Кайши вышел в сопровождении двух телохранителей. Он направился к первому «Крайслеру», но Вэй шагнул вперед: — Господин, вы поедете в третьей машине. Первая и вторая — приманки.
Чан Кайши остановился, его взгляд был холодным.
— Причина?
— Безопасность, — ответил Вэй. — Быть в первой машине слишком рискованно.
После короткой паузы Чан Кайши кивнул.
— Хорошо.
Кортеж выстроился: первый и второй «Крайслеры» с водителями и офицерами-приманками, третий с Чан Кайши, Лю и телохранителем Гао, державшим пистолет-пулемет «Стен», и четвертый — пустой. Бронетранспортеры и мотоциклы заняли свои места, и колонна двинулась через ворота, шины захрустели по гравию. Солдаты у ворот отдали честь.
Маршрут пролегал через центральные бульвары Нанкина, вымощенные серыми плитами и окаймленные рядами деревьев. Улицы были оживленными: торговцы раскладывали на лотках корзины с мандаринами, связки сушеных трав и фарфоровые чашки, женщины в ципао спешили с покупками, а велосипедисты, звеня звонками, лавировали в толпе. Пешеходы расступались, провожая черные машины любопытными взглядами. Дети, игравшие у каналов, замирали, глядя на кортеж, а рикши, скрипя повозками, уступали дорогу. Мотоциклы гудели впереди, их водители подавали сигналы руками, расчищая путь. Вэй, стоя в первом бронетранспортере, выкрикивал приказы солдатам:
— Следите за толпой и окнами! Любое движение может быть опасным!
В третьем «Крайслере» царила тишина. Чан Кайши смотрел в окно, его руки лежали на коленях, пальцы сжимали рукоять «Кольта».45 в кобуре. Лю перебирал бумаги в портфеле, бормоча цифры о гарнизонах и поставках. Гао, сидя у двери, держал «Стен» наготове, его глаза сканировали улицу.
Кортеж миновал площадь с мраморным зданием банка, чьи колонны отбрасывали длинные тени. За ней открылся мост над каналом, где плоскодонки лениво покачивались на воде. На следующем бульваре движение стало гуще: рынок кипел жизнью, прилавки ломились от рулонов шелка, корзин с фруктами и связок зеленого лука. На широком перекрестке кортеж замедлился. Толпа здесь была плотной. Вэй заметил груду деревянных ящиков у стены чайной, где на вывеске алели иероглифы, гласившие «Лунный цветок». Ящики, наваленные беспорядочно, выделялись среди аккуратных прилавков, и их положение насторожило Вэя.
— Проверить те ящики! — крикнул он сержанту Фэну, мотоциклисту, указывая на чайную.
Фэн, спешившись, направился к ящикам, держа пистолет наготове. Но не успел он подойти, как оглушительный взрыв разорвал воздух. Ящики взлетели в огненном вихре, пламя и осколки хлынули на мостовую, сметая все вокруг. Взрывная волна ударила по первому «Крайслеру», разбив его окна и изрешетив кузов. Стекла разлетелись, металл загудел от попаданий. Крики пешеходов заполнили воздух, люди бросились врассыпную, роняя корзины с фруктами и узлы с тканями. Лотки опрокидывались, мандарины и зелень рассыпались по плитам.
Вэй выпрыгнул из бронетранспортера, сжимая «Маузер» C96.
— Засада! Защищать Чан Кайши! — крикнул он солдатам.
Из узких переулков, заваленных мусором и бочками, выскочили фигуры в темных куртках и тканевых масках, скрывавших лица. В их руках сверкали автоматы Томпсона, чьи стволы изрыгали огонь. Пули хлестнули по первому «Крайслеру», пробивая броню и стекла. Водитель и офицер рухнули, их кровь залила сиденья. Второй «Крайслер» попал под обстрел, его шины лопнули, кузов зазвенел от ударов пуль. Солдаты из бронетранспортеров открыли ответный огонь, их MP18 затрещали, посылая очереди в переулки.
В третьем «Крайслере», державшемся позади, Чан Кайши пригнулся к полу. — Гони дальше! — сказал он водителю, Чэню.
Гао, телохранитель, высунулся из окна, стреляя короткими очередями из «Стена». Лю, прижав портфель к груди, закричал:
— Они бьют по первым машинам!
Чэнь вдавил педаль газа, удерживая третью машину на расстоянии от эпицентра атаки. Мотоциклы мчались впереди, их водители палили из пистолетов, пытаясь отогнать нападавших. Второй взрыв прогремел у рынка, разбрасывая пламя и куски дерева. Второй «Крайслер» накренился, его водитель был сражен очередью, машина врезалась в опрокинутый лоток. Осколки взрыва полосовали толпу, пешеходы падали, их крики заглушали треск автоматов. Женщина, несшая корзину с зеленью, рухнула у прилавка, ее кровь растеклась по плитам. Старик, толкавший узел с тканями, упал, придавленный обломками. Ребенок, крича, полз к матери, чья рука безжизненно лежала на мостовой.
Вэй насчитал не менее пятнадцати нападавших. Они действовали слаженно, разделившись на группы: одни вели подавляющий огонь по бронетранспортерам, другие наступали на первые два «Крайслера», не замечая третью машину, которая держалась в стороне.
— Они не знают, где он! — крикнул Вэй солдатам. — Защищать третью машину!
Автоматы нападавших били без перерыва, пули выбивали искры из брони бронетранспортеров. Солдаты высыпали наружу, укрываясь за опрокинутыми лотками и грудами ящиков. Один солдат упал, сраженный пулей в шею, другой метнул гранату, которая взорвалась в переулке, сбив двух нападавших. Их «Томпсоны» загремели по камням, но остальные продолжали наступать, их очереди прошивали воздух.
На перекрестке нападавшие возвели барьер из деревянных ящиков и бочек, за которыми укрылись еще несколько человек с автоматами. Гао, в третьем «Крайслере», стрелял из «Стена», но пуля задела его плечо, рукав окрасился кровью. Он отбросил заклинивший пулемет, схватив пистолет, и продолжал прикрывать Чан Кайши, крича:
  
— Держитесь ниже!
Лю, вжавшись в сиденье, бормотал:
— Нас отрезают! Они окружили передние машины!
Чан Кайши вытащил «Кольт».45 из кобуры и выстрелил через разбитое окно, сбив одного из нападавших у барьера. Пуля попала в грудь, и тот рухнул. — Чэнь, держи дистанцию! — приказал Чан Кайши. — Не подходи к первым машинам!