Охота на фейри (ЛП)

Она закрыла собой дверь.
— Мама, — выдохнула я. Что я говорила? Это было слишком. Лучше было оставить это на потом. — Мне нужно пройти мимо тебя.
— Элли Хантер! — она дрожала от эмоций. — Эластра Хантер, ни шагу! Не смей! Где ты была всю ночь? Я так переживала. Твой отец…
Она подавила стон, закрыла ладонью рот, и ее лицо сморщилось от боли. Я неловко потянулась к ней, она дрожала, борясь со стонами. Она не сразу перестала дрожать в моих неловких объятиях, а потом отодвинулась, ее лицо стало спокойным.
— Он пошел за тобой! Пошел в круг!
— Знаю, — сказала я.
— Знаешь? — предательство в ее голосе пронзило меня.
— Я видела Олэна. Он сказал мне. Но я не могу стоять и болтать. Мне нужно идти. У фейри Хельдра и Денельда. Если я их не догоню, их тоже заберут!
— Ты знала и не пошла сразу домой, — она звучала разбито.
— Я только узнала, — я пыталась быть спокойной. Старалась не дать ей вернуть тот страх. Если он вспыхнут снова, я не смогу сжечь его в этот раз. — И мне нужно за девочками Тэтчер. Теперь я охотник, мама.
— Я думала, ты была слепой, Эластра! — она уже не злилась. Она была в ужасе. — Как ты будешь охотиться без зрения? Ты не можешь меня бросить, когда только вернулась!
— Я объясню позже, мама. Нет времени! — не было времени и на эмоции. — Но шарф твоей бабушки… он работает! Он помогает мне видеть!
Я протиснулась мимо нее, стремясь на задание. Она сжала мою руку и оттащила.
— Где ты нашла ту клетку? Это же… не Клетка душ?
— Возможно, — виновато сказала я. Было что-то в ее тоне, словно она думала, что я что-то делала не так.
Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Может, она сжигала эмоции. Потому что, когда она закончила, она открыла глаза, лицо стало спокойным.
— Этому есть цена, — сказала она. — Цена за использование.
— Тогда я ее заплачу, да? — сказала я. Но я немного переживала. Какой была цена? На это не было времени. Я сожгла тревогу, бросила ее в костер решимости. Я бы заплатила.
— Позволь мне, — выдохнула она. — Дай сделать это за тебя.
Я вздохнула.
— Ты не охотник, мама, ты это знаешь. Ты не можешь даже уследить за козами. Ты не попадешь по мишень, даже если будешь стрелять весь день. Я — охотница, пока отца нет. Это моя работа. И я буду в этом хороша.
Она разрывалась, хотела забрать у меня клетку, но мои слова потрясли ее. Я склонилась и крепко обняла ее, желая остаться с ней, дать ей пойти вместо меня, защитить меня, укрыть меня. Но я не могла. Это было мое задание. Мое испытание. Мое искупление.
— Прошу, Элли. Прошу, будь осторожна, — на ее лбу появилась морщинка.
— Обещаю, — прошептала я, обнимая ее еще раз, а потом ушла в ночь. Я не знала, врала я или нет.
Глава шестнадцатая
Я кралась по лесу, пытаясь быть быстрой и осторожной одновременно. Каждый раз, когда я сдвигала повязку, я видела их след, темный, похожий на дым с заманчивыми завитками среди деревьев. По пути второй черный след присоединился к ним. Он не был таким черным, он был противоположностью света — живая тьма.
Мне приходилось возвращать повязку, чтобы не спотыкаться, пока я шла по следам. От этих перепадов голова болела, и в лесу был почти закат. Фейри не пошли сразу к Звездным камням, как я ожидала. Они шли к горам, где я была на рассвете.
Ноги болели от ходьбы, горло пылало. Мне нужно было попить и поесть. Но охотники не скулили из-за пропущенного обеда или жажды. Они были едины с землей. Они были ладонями земли, направляли скот и отгоняли хищников. И это я делала этой ночью — разбирались с хищником.
Что они делали на этой горе? О чем они думали? Мне нужно было попасть в их мысли. Если бы мне было так просто попасть в их разумы, как им — в мой!
Если они не вели девочек к Звездным камням, чтобы обменять их на свободу еще нескольких Сияющих, зачем они забрали их?
Это «зачем» неприятно звенело в моей голове снова и снова.
Что в сказках хотели Сияющие?
Была сказка о Норис с девятью пальцами, которого фейри очаровали танцевать, пока все пальцы ног не отвалятся, но, потеряв один, он упал в колодец и умер, танцуя на дне. Была сказка о Зачарованной Элле, которую фейри заставили думать, что камни — это пирожные с глазурью, и она съела много и умерла. Была сказка о Пустых домах, куда приходили фейри, навещая деревню, и воровали детей из их кроватей из каждого дома, где для них не оставляли блюдце с молоком.
 
Но вело ли это меня ближе к правде?
Они говорили мне одно ясно. У Сияющих было отличное чувство юмора, если убийство людей жестоким образом казалось смешным. И они любили сладости, танцы и веселье, если не замечать то, что они любили убивать людей при этом. И они любили вызывать у людей ужас. Они питались им. Это вызывало их смех.
Я поежилась.
Какие ужасы ждали девочек Тэтчер? Какие ужасы фейри причиняли моему отцу? Сестре?
Я кусала губу, пока шла вверх по горе.
Костер сиял высоко надо мной на узком выступе на склоне горы. Было видно силуэт кого-то танцующего, темные тени плясали на камнях вокруг. Я медленно шла вперед, вытащила стрелу из колчана и вложила ее в лук. Я еще не тянула тетиву. Не было смысла ослаблять ее или напрягать руки, пока я не была готова.
Я повесила Клетку душ на пояс и затянула его, а потом осторожно опустила повязку на шею.
Ладно. Я была готова.
Вовремя.
Когда начались крики, я поднималась, ощущая ладонями камни и корни. Я не посмела надеть повязку на глаза. Я не хотела пропустить шанс на выстрел. Мне нужно было добраться до них, пока они не улетели со склона в танце, пока не наелись камней, или что еще ужасное приберегли Сияющие. Я скрипнула зубами и полезла быстрее по сланцу, крики стали выше и отчаяннее.
Денельда была малышкой! Им лучше бы не вредить ей, иначе они будут в стрелах так, что их прозовут Дикобразами до конца их жизней — а конец будет скоро.
Я увидела сначала девочку, ее ладони были связаны над головой, она висела над костром. Ее сестра — Хельдра — дико плясала у огня, ее ступни уже устали, но когда она замедлялась, веревка опускалась, а если ускорялась, девочку поднимали. Сколько Хельдра протянет? Ее ноги уже спотыкались в танце. Дыхание сбивалось, и глаза остекленели от сосредоточенности. Она не выдержит долго. Она скоро сломается.
Ладно, хищники были заняты кричащим зайцем. Я насчитала трех. Двое с крыльями соколов, которых я уже видела, и другой с черными крыльями с дымом. Это был мой шанс.
Я осторожно подняла лук, но не видела его без повязки. Я недовольно надела повязку. С ней пропали фейри. Они, наверное, колдовали, чтобы их видели только люди, с которыми они общались, но не те, кому они не хотели показываться. И сейчас они хотели, чтобы только Хельдра и Денельда смотрели на них.
Но если я выстрелю, не видя их, я точно промажу. А если я не буду видеть лук и стрелу, я могу попасть по Хельдре или Денельде. Я цокнула под нос, убрала повязку только с одного глаза.
Ладно. Я выглядела глупо, и повязка могла вот-вот съехать, и от этого голова ужасно болела. Но у меня был только один выстрел. Я вложила стрелу, подняла лук, готовая натянуть тетиву.
Один фейри пропал. Двое остались там, где было трое миг назад. Мое сердце колотилось. Один держал веревку Денельды. Один дразнил Хельдру. Тот, у которого были черные крылья, который пытался соблазнить меня в лесу. Его не хватало.
Я озиралась вокруг них среди камней, посмотрела на тропу, но ничего там не было.
Тихо ругаясь, я натянула тетиву. Нужно было разобраться с двумя. Это был мой шанс разобраться с ними. Я сосредоточилась на том, кто дразнил Хельдру, пыталась видеть правду глазами, но не соглашаясь с тем, что они видели. Я дышала ровно, была уверена в цели и в том, как выполню выстрел.
 
Я выстрелила.
Сияющий упал на землю.
И все произошло сразу.
Хельдра завизжала, Денельда стала падать, визжа. Фейри, сжимающий ее веревку прыгнул вперед.