Охота на фейри (ЛП)

— Никому уже нет дела до этого глупого круга, Элли, — он покачал головой.
Тогда почему он поднялся сюда, если ему было больно ходить по дому?
— Я думала, ты переживал. Ты настаивал на его защите, — сказала я с вызовом.
«Помоги мне! — думала я в его сторону. — Помоги сторожить его! Спасти их!».
Он пнул замерзшую траву.
— Я был дураком. Мэр прав. Угроза тут появилась из-за нашего вмешательства. Мы сделали хуже. Если мы так оставим, угроза пропадет.
— А твой отец? — я уперла руку в бедро.
— Он пропал, — резко и с болью сказал Олэн.
Я фыркнула, качая головой.
— Тогда что ты тут делаешь?
— Я слышал, что тебе сказали в деревне. Я помогу тебе убрать силки и отдать луки. Я переживаю за тебя, Элли. Я не хочу видеть тебя в беде.
Голова гудела, будто гнев сжигал логичные мысли. Он пришел свергнуть меня? Разобрать по кусочкам, и он считал, что помогал мне?
— Я думала, тебе нравилась Хельдра, — я сделала свои слова сталью.
Он отвел взгляд, его щеки покраснели.
— Ты тоже важна для меня.
Я громко фыркнула, он посмотрел на меня, сделал шаг, обвил рукой мою талию и поцеловал меня. Это было так неожиданно, что я не сразу отреагировала.
Мне всегда нравился Олэн. Я думала о поцелуе с ним. Думала о многом.
Но…
Не так. Не когда он не доверял мне.
Мне не понравилось. Казалось, он делал это, чтобы получить что-то от меня.
Хуже, я невольно сравнивала это с вчерашним поцелуем со Скуврелем.
Он хотел поцеловать меня. Это была награда, а не способ получить награду. Тот поцелуй был… я все еще думала о нем, все покалывало, и я краснела от мыслей о нем. Но не тут. Этот поцелуй был безжизненным. Я должна была хотеть его, ведь мечтала о нем годами, но он был пустым.
Олэн закончил и отодвинулся, его глаза пылали не страстью, а раздражением.
— И зачем это было? — возмутилась я.
— Ты можешь вернуться, Элли. Вернись в Скандтон, и все будет как всегда. Мы будем друзьями. Будем сидеть в стороне и смотреть, как люди болтают. Мы будем наедаться козьим сыром с медом на танцах и помогать матерям носить хворост, и мы оставим эту… травму… позади. Вернись со мной.
— И что? — спросила я, голос был резче, чем я хотела прозвучать, потому что мне это не казалось счастливым будущим. В нем не было отца или Хуланны. И я не была там охотницей деревни. И там не учитывали, что будет, если круг откроется снова. Это было будущее людей, сунувших головы в сугроб. Будущее для идиотов. Холодный ветер бросил кусочки льда в наши лица, и я укуталась в плащ. — А потом? Ты женишься на Хельдре?
Он отвел взгляд.
— Тогда зачем целовал меня? — я не сдержалась от колкости в словах. Поцелуй был горьким на моих губах.
Он сказал с болью:
— Идем, Элли.
— Твоя мама послала тебя?
Он прикусил губу и раздраженно покачал головой.
— Твоя мама несчастна у Тэтчеров. Но она может жить с нами, если ты сдашься и перестанешь упрямиться. Моя мама… хочет вернуть подругу.
— Твоя мама послала тебя поцеловать меня? — я еще не слышала свой голос таким высоким. Ему хватило наглости смутиться еще сильнее. — А твой отец? Его она вернуть не хочет?
Дыхание вырвалось из него с шипением.
— Конечно, хочет!
— Если сдаться, этого не будет, Олэн! Нужно бороться! Нужно найти способ пройти в круг и забрать его!
— Ты не можешь просто уйти, Элли? — закричал он, лицо исказил гнев.
Мой гнев присоединился к нему, бил по моему самоконтролю с той же силой, что ветер, воющий вокруг нас.
— Ты — идиот, Олэн Чантер. И трус. Почему нельзя хоть раз попробовать?
Он склонился, слова были кинжалами:
— Почему нельзя хоть раз быть обычной девушкой, а не злым фриком?
— О чем ты? — что-то холодное и неприятное разбило мой гнев. Что-то, что шептало, что я знала, о чем он говорил, хоть делала вид, что нет. Что я всегда знала, что люди так меня видели. Что это было правдой.
— Тебе всегда нужно решить проблему, Элли. Ты всегда злишься из-за чего-то, что решила исправить. Ты никому не доверяешь. Ты не можешь быть счастлива. А теперь хочешь сделать всех нас несчастными с тобой.
 
— Ты не должен был приходить, — отчеканила я слова, чтобы не было ошибки. Я заставила губы перестать дрожать, дала ярости наполнить меня. Но ничего не могла поделать с дрожью тела. Гнев делал так с человеком.
Они думали, что я буду хорошей и просто сдамся? Тогда они меня не знали.
Я никогда не сдавалась.
И я не была хорошей девочкой.
— Ты права, — скованно сказал Олэн. — Я зря потратил время.
Он бросился прочь, и я не успела ничего сказать. Ветер трепал плащ, чуть не сорвал его с Олэна. Я дала себе расплакаться. Было приятно плакать, когда меня никто не видел. И никто не мог узнать мои слабости.
Слезы пропитали повязку, я пробралась в палатку, опустила клетку у маленького матраца и села на него со стуком. Ледяной ветер терзал палатку снаружи. Внутри я замерзла не только физически. Лед полз по венам, что-то затвердело во мне.
Завтра я поймаю того единорога. А потом использую ключ и уйду в круг, чтобы освободить отца и сестру. И никто меня не остановит. Ни Олэн. Ни вся деревня.
— Правда или ложь, — спросил Скуврель во тьме. — Ты влюблена в того человеческого мальчишку.
— Ложь, — прошипела я. Но настоящей ложью был мой ответ.
Глава сороковая
Я не плакала, пока собирала вещи в сумку, которую мне дала мама. Сдаться — признать, что отказ деревни и всех, кроме моей семьи, оставил раны, которые я чувствовала, а я не собиралась так их радовать. Особенно Олэна.
Когда я закончила собираться, я развела костер. Я поставила клетку у огня, когда он разгорелся. Только потом я сняла повязку и осмотрела ключ.
— Правда или ложь, — сказал Скуврель. — Это самое красивое, что ты видела.
— Ложь, — сказала я. Самым красивым был он, но я не собиралась признавать это.
— Правда или ложь, — спросила я, стараясь не краснеть от своих мыслей. — Ты знаешь, как использовать этот ключ.
— Я знаю, как открыть круг, — согласился он.
— Ключом? — уточнила я. Он был красивым — золотым, хотя не из настоящего золота. Ни у кого в Скандтоне нет золота. Точно не столько.
— Я могу открыть его в любое время, — сказал он.
— И ты можешь сказать мне, как его открыть? — спросила я.
Я попыталась пожелать, чтобы ключ открыл круг. Ничто не произошло.
— Наша игра не завершена, — сказал Скуврель. — Я не прерываю игры. Ни за что. Ты не читала правила в той своей книге?
Я фыркнула, встала и проверила каждый камень в поисках скважины. Я поискала в траве замок, но прошел час, я проверила каждый дюйм обычным зрением и духовным, и пришлось сдаться. Ключ тут нигде не подходил.
 
— Правда или ложь? — спросил Скуврель. — Тебе нужно поймать единорога, чтобы использовать ключ.
Я посмотрела на него пристально.
— Правда?
Он усмехнулся.
Отлично. Мне нужно было оружие. А деревня лишила меня лука.