Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)
Питер отпрянул от Терри, резко выгнулся, задрал башку вверх и завопил, как оборотень, превращающийся в волка под зловещей полной луной. Терри с облегчением поднял клюшку и, подавляя остатки внутреннего сопротивления, прицельно обрушил ее на лицо Питера.
Зомби упал. Керстин выдернула свое оружие и начала пятиться от монстра, задергавшего ногами и руками в агонизирующем спазме, а Терри спешно вернулся к двери, уже приоткрывшейся под давлением преследователей. Те, очевидно, от своей цели отказываться и не думали, память у них явно не как у золотой рыбки и даже не как у ромеровских живых мертвецов.
— Все, он готов, — констатировал Терри, наблюдая, как затухают конвульсии Питера.
Наконец, глаза закатились, а рот непроизвольно приоткрылся. Терри даже почудилось, что оттуда что-то выскользнуло, почти невидимое и маленькое, и тут же исчезло. Тут-то Терри понял, что значит выражение «испустить дух» (gasp out one's life — прим. автора). Питер действительно его испустил. И сразу весь как-то преобразился, окаменел, что ли. Словом, вмиг стало ясно, что в его теле жизни больше нет.
— Нужно уходить, — возвестил Терри, и в подтверждение его слов в дверь сзади снова бухнули. — Я, конечно, могу их долго держать, но боюсь, время работает против нас. Да и вдруг зайдут с другой стороны?
— С какой другой? — не поняла Керстин.
— Слева от тебя есть дверь, это запасный выход, там даже лестница есть.
— Так отсюда есть выход? — просияла девушка.
— Пф-ф, а куда, по-твоему, я так несся? — Терри нервно хохотнул и спешно одернул себя, почему-то глянув на мертвого Питера.
— Понятия не имею.
— Хорош болтать. Попробуй ее открыть.
Керстин потянула дверь на себя, и, о чудо, она легко поддалась! Похоже, кто-то уже уходил отсюда таким способом.
Предположение подтвердилось, когда Терри, выдержав очередной удар, жестом велел Керстин бежать и скользнул за ней следом, закрыв за собой дверь.
На небольшой железной площадки лежали чьи-то зубы, окруженные темной почти иссохшей лужицей, а на пятачке асфальта внизу покоились тела. Много, на глаз и не скажешь, сколько точно.
Они сбежали вниз и побежали по уже знакомому пустырю, но в другую сторону, к спасительному парку, то и дело оглядываясь. Как ни странно, оставшиеся в помещении зомби не преследовали их, они даже не вышли на улицу. Неужели не научились еще открывать дверь на себя?
Проносясь мимо приснопамятного окна в туалет, Терри на секунду повернулся туда и глухо ругнулся — даже отсюда было видно, что помещение было завалено трупами, а еще один лежал рядом, лицом вниз. Выглядело так, как будто парень выбрался-таки из объятий зомби через то самое оконце и сразу же умер. Черт, да откуда же здесь столько мертвых! Говорила мама — не ходи по клубам…
Дальше Терри и Керстин шли парком, затем — по улицам, все так же стараясь выбирать самые тихие и глухие. Здесь, в центре, все-таки шла война, участвовать в которой ребятам совсем не хотелось.
Изо всех скромных сил полиция носилась по городу, стреляя на ходу, в воздухе стрекотали вертолеты, время от времени зачем-то включали сирену, как будто кому-то еще непонятно, что в Дюссельдорфе происходит нечто из ряда вон выходящее.
Терри до крови кусал губы от досады, когда зомби толпой наваливались на полицейские машины и автобусы, игнорируя вылетающие им навстречу пули. Эти твари готовы были полечь десятками, чтобы только добраться до сверкающих мигалок — те манили их, как огонек свечи манит мотылька. Как насекомое, обжигаясь, прет напролом к сердцу убивающей его силы, так и зомби ломились вперед.
Они нередко опрокидывали микроавтобусы и выковыривали копов из машин. Те пытались уходить, петлять, лавировать, однако им приходилось постоянно наталкиваться на серьезные заторы, порой напрочь перегораживающие путь целиком и отрезающие путь к спасению.
Один раз зомби удалось нанести полиции поистине мастерский удар. Случилось это в глухом, казалось бы, переулке. Заслышав завывания полицейской сирены, Терри и Керстин спешно укрылись за оградой летнего кафе. Они знали, что там, где копы — там зомби, и шанс попасть под раздачу слишком велик. Терри еще думал, наивный, что после отстрела бешеных полицаи спасут их, помогут, но все сложилось иначе.
Микроавтобус Мерседес уверенно и лихо вошел в поворот и пошел вверх по улице. Водитель с суровым, будто высеченным из камня лицом с кем-то говорил по рации — наверное, принимал вызов. И тут из того самого кафе, рядом с котором залегли Терри и Керстин, вырвалась бешеная стихия в виде двух десятков зомби, сплошь крепких, как на подбор, мужиков. Только потом Терри прочитал название заведения и понял, что это какой-то фанатский бар, сплошь украшенный символикой местного футбольного клуба.
Зомби ловко врезались в бок автобусу, замолотили по нему кулаками. Водитель с перепугу выронил рацию и даже выпустил на миг руль, а когда схватил заплясавшую в свободном танце «баранку», оказалось слишком поздно. Левый бок машины приподнялся, она на долю секунды зависла в этом положении и, наконец, с металлическим лязгом и звоном стекло завалилась на бок. Зомби мигом затопали по целым окнам, начали колотить по нему ногами, стремясь добраться до сидящих внутри полицейских.
Охваченные ужасом Терри и Керстин пустились бежать, низко пригибаясь и совершая рискованные рывки от машины к машине, от дерева к дереву. Но зря они так переживали, у зомби нашлось занятие и поинтереснее, и в сторону беглецов не повернулось ни одной головы.
— Пришли.
Это было первое слово, сказанное Керстин за всю дорогу от клуба, занявшую без малого час. Терри с облегчением выдохнул.
Они стояли на ровной зеленой лужайке напротив симпатичного небольшого дома, окруженные безмолвной улицей. Слева от дома на асфальтовом пятачке был джип мерседес, взирая на происходящее вокруг задумчивыми круглыми фарами.
Входная дверь оказалась незаперта. Точнее, она была заперта, но ее выбили — Терри понял это по вырванному куску деревянного косяка как раз в месте замка. Он оттеснил Керстин и с клюшкой наготове приготовился шагнуть внутрь, но девушка оттащила его назад.
— Убери, — кивнула она на клюшку. — Это мои родители.
— Может, уже нет, — возразил Терри и получил быструю, беззлобную пощечину.
Пока он озадаченно тер обожженную ударом щеку, девушка уже скрылась в полутьме дома. Терри покачал головой и, гася волну обиды и возмущения, пошел следом.
Они обошли гостиную, обе спальни, кухню, ванную и даже подвал. Кроме вышибленной двери и опрокинутого на покрытый кремовым ковролином пол плазменного телевизора никаких следов родителей Керстин или их обидчиков найти не удалось. Ни крови, ни тел.
— Как сквозь землю провалились, — прошептала Керстин и понурила голову. Сил не осталось, даже чтобы заплакать. Терри обнял ее, погладил по голове.
Они просидели в доме пару часов, а потом Керстин наудачу набрала номер матери. Телефон зазвонил стандартной мелодией совсем рядом. Терри перегнулся через диван и вытащил устройство, зажатое между спинкой и стеной.
Смартфон отца также остался дома, на комоде в родительской спальне. Он был цел, невредим, и полностью заряжен. Терри уже начал догадываться, что случилось. Керстин же безмолвно опустилась на пол, уронила лицо на ладони и заплакала с горькой досадой. Они проделали весь этот опасный путь зря.
Глава 10. Третий день войны
Утро двенадцатого мая выдалось на редкость оживленным. Если вчера в Дюссельдорфе было относительно спокойно, потому как большинство жертв пришлось на первый день заразы, то сейчас вдалеке гремели выстрелы, совсем рядом кто-то за кем-то гнался, и, судя по раздирающим уши воплям, не без успеха. Слишком рано те, кто прятался позавчера, решили высунуть нос на улицу. Нет, друзья, ничего еще не кончилось, скорее напротив. Еще не время начинать мародерствовать и бесчинствовать. О том, что у стреляющих вполне могут быть добрые, гуманистические намерения, Хельмут и не думал.