Сухой закон 4 (СИ)

— Это он! Это Соколов! Я уверен! А строил из себя такого моралиста! Теперь барыги толкают «порошок» в Бронксе и на МОИХ улицах! Это точно русские! По-другому быть и не может! Ротштейн не полез бы в это дело и не сунулся бы на мою территорию. А этот выскочка обнаглел настолько, что за несколько месяцев прибрал к своим рукам Бронкс, а теперь ещё и это! Ты слышал про ограбление сухогруза из Макао?
  
Лучано старался изо всех сил делать вид, что он абсолютно не в курсе — из-за чего началась такая шумиха. Он лишь покачал головой и задумчиво протянул:
— Слышал краем уха.
— Это же не Ротштейн? — вдруг остановился Джо и пристально поглядел на Чарли, сузив глаза, — Я должен знать точно! Ты работаешь с ним. Отвечай!
— Нет, Арнольд не имеет дел с «грязным» бизнесом, — Чарли сделал жест, мол «зуб даю» на итальянский лад.
— Хорошо… Хорошо… — Массерия остановился и сжал здоровенными ладонями спинку стула, — Значит, остаётся Соколов. Когда в доках отжимали «порошок» из Макао, то сработали чисто. Такое в стиле людей этого Алекса. Кстати, убитых никто здесь, в Нью-Йорке, не знает. По ним вообще — полная тишина. Значит, в город пытались пролезть новички. И это тоже плохо!
Джо сел за столик и сложил руки, доверительно обращаясь к Лучано:
— Мне уже позвонили. Из Чикаго, и из Атлантик-Сити… Интересовались — что происходит в моих районах? И Арнольд, кстати, тоже трезвонил! Ты знал, что он будет это делать?
— Нет, мы с Мейером пробыли весь день на поставках виски. Пришла новая партия из Европы для Ротштейна. Нужно было организовать развоз.
— А я тебе говорил! Если бы ты сразу начал работать на меня, то тебе не пришлось бы выполнять подобные поручения, Чарли. Ты ведь умный парень и далеко пойдешь.
Лучано осторожно ответил:
— Я всё же пришёл несколько месяцев назад к вам, босс! И показал, что готов работать на вас…
— … после передела Нью-Йорка, — понимающе кивнул Массерия, — Это правильно. Продолжай работать на Арнольда. И не забывай приносить сюда вести: чем он занимается и чем дышит?
— Что будем делать с этим русским? — спросил молодой гангстер.
— Мои люди сообщили, что «порошок» толкал ДиДарио. Я слышал об этом ублюдке раньше. Но немного. Так что надо разыскать его. Первыми! Поэтому я пошлю на это дело Анастасио[1]. Я тебе уже рассказывал про этого калабрийца! Альберто, зайди!
В зале кафе появился крепыш в неплохом костюме. Он буквально пронзил Лучано взглядом тёмных глаз. От Анастасио так и веяло угрозой.
— Да, босс… — глухо промолвил калабриец.
— Познакомьтесь. Я хотел вас свести раньше, но всё не было времени… Это Чарли Лучано. Чарли — это Альберто. Альберто — учти, ты никому не должен говорить, что вы будете работать вместе. До поры до времени.
Анастасио лишь молча кивнул. Массерия продолжил:
— Нужно найти продавца порошка. ДиДарио. И привести ко мне. Пусть он запоёт. Альберто, это — твоя задача! Лучано. Для тебя у меня кое-что другое! Я соберу сходку «больших боссов». Как младшие, вы с Мейером тоже там будете. И мне нужны ваши голоса против Соколова. Ты должен убедить в этом же Ротштейна. Что русский нам здесь ни к чему и он вредит и моему бизнесу, и делам Арнольда. Ты понял?
— Да, — ответил Лучано.
Всё это время он делал вид, что не замечает, как Анастасио пристально изучает его.
— Если всё пройдёт гладко, то мы первыми перехватим Бронкс. В ближайшее время я соберу всех здесь, в Нью-Йорке. Или в Атлантик-Сити у Наки Джонсона. И мы «приговорим» этого русского. Он слишком много на себя берёт.
— А если Алекс вытащит свой «козырь»? — спросил Лучано, — В виде Паоло Колетти. И раскроет, что мы работали с полицией?
— Я сумею убедить остальных, что это было необходимостью, чтобы убрать Соколова. И теперь у нас будет аргумент…
— В виде «порошка»? — усмехнулся Чарли.
— Именно так… Иди, мальчик мой. Не подведи меня, — Массерия взмахнул рукой с перстнями, уже придя в более или менее спокойное настроение.
Через несколько кварталов Лучано уже привычно остановил автомобиль, и к нему сел его бессменный напарник.
Мейер одним взглядом спросил друга об итоге встречи. Чарли заговорил:
— Массерия в бешенстве. Уверен, что «порошок» — дело рук Соколова. Будет собирать «боссов», чтобы приговорить русского.
— Это хорошо… — ухмыльнулся Лански, — Главное, что на нас никто не подумал! Пока что всё идёт по плану… По крайней мере, на этом фронте, — недовольно нахмурился Мейер.
— В смысле? — удивился Лучано, — Что-то не так?
— Какие-то очень странные парни искали барыг в Бруклине. И даже на территории Бронкса и в землях Массерии. Действуют жёстко. Они куда-то увезли несколько мелких продавцов. И это явно не «соколовцы». И не люди Джо «Босса»…
Лански многозначительно поглядел на Чарли.
Итальянец округлил глаза и спросил:
— Думаешь, это хозяева «порошка»?
— Думаю да. Они объявились. И явно очень жаждут крови. А также хотят найти свой товар. Точнее, его остатки. Если они выйдут на ДиДарио — нам крышка. Неважно — они пойдут за нашими головами, или Массерия, если узнает про всё. Или Соколов. Уверен, что и Ротштейн не станет нас защищать в таком случае.
Лучано встревоженно добавил:
— Массерия тоже хочет достать ДаДарио. Познакомил меня с каким-то Анастасио…
— Альберто? Калабриец? — тут же перебил его Лански.
— Да. Ты его знаешь?
— Слышал. Редкий головорез. И всегда выполняет то, что ему поручили.
Чарли остановил машину около небольшого ресторанчика и задумчиво побарабанил по рулю:
— Альберто будет искать ДиДарио. Соколов тоже ищет нашего барыгу. Думаю, продавать «порошок» через него и дальше — слишком рискованно.
— Согласен, — кивнул Мейер, — Оставим товар на будущее, а пока придержим[2]. А вот ДиДарио…
Он посмотрел на своего компаньона. Лучано вопросительно поднял бровь и молча провёл ладонью по горлу.
Лански хмыкнул:
— Да… Надо его убирать из этого уравнения, пока все не вышли на нас!
* * *
Вечером того же дня. Бруклин. Нью-Йорк.
Вечерний туман стелился по улицам, будто едкий дым. В промозглом воздухе смешивался запах угольной гари и болотно-мазутного дыхания Ист-Ривер.
«Форд» катил по тёмным улочкам Бруклина. За рулём сидел Фёдор. Молодой парень, что, несмотря на свои годы, уже успел повидать многое на войне. На пассажирском устроился коренастый Артём. А на заднем сидении, рядом с Ильёй Дмитриевичем, согнувшись в три погибели, ютился «человек-медведь» — Иван Плетнёв.
После того как он вместе с Волковым провернул «фотосессию» для компромата на агентов Бюро расследований — шулер часто брал Ивана на свои аферы в Нью-Йорке. Капитан Синицын дал остальных двух парней, позаботившись о том, чтобы на сегодняшнее дело пошла надёжная и проверенная команда.
Илья Дмитриевич чувствовал тяжесть своего Кольта под пальто. Это придавало немного уверенности. В этих районах никто не мог чувствовать себя в полной мере «своим». Даже отпетые гангстеры. Самое дно Нью-Йорка, где балом правила «белая смерть», калечило души людей быстрее и вернее, чем пули — тела. Если «порошок» будет и дальше попадать отсюда в Бронкс и доходить до эмигрантов, то они начнут находить в этой стране не спасение, а медленную погибель.
Машина свернула в узкий переулок, застроенный облупленными трехэтажками, и замерла у тротуара. Мотор смолк.
— Если что, жди сигнала, — тихо бросил Волков Феде.
Водитель молча кивнул.
Цель была перед ними — старый, полузаброшенный дом. Несколько окон зияли пустотой, другие были заколочены гнилой фанерой. Всё строение напоминало какое-то квадратное облезлое чудовище. Казалось, сама смерть поселилась здесь, вытеснив последних жильцов.
  
Наводку на этот притон дали нищие с набережной. Они пришли час назад на задний двор «суповой кухни» и выдали нужную информацию, накопав её по просьбе Гарри. Глаза и уши социального дна Нью-Йорка оказались весьма кстати.