Ультимат. Том 2 (СИ)

Говорят, время лечит… Но Лэм прекрасно понимала, что это всего лишь очередная отговорка. Костыль, который помогает израненной душе двигаться дальше.
* * *
Вечерние сумерки вновь опустились на город. А в свете фонарей можно было разглядеть плавно опускающиеся снежинки. Ещё немного, и в Перми начнётся настоящая зима.
Признаюсь, сугробы я видел нечасто. В большинстве своём, Мегард начинал нападение в конце лета и начале осени, чтобы не тратить энергию на обогрев дорогостоящего оборудования и дополнительную пищу для солдат.
  
Да и в целом, зима была далеко не самым удобным временем года для наступления.
Но Галактика — огромна! И среди великого множества экзопланет попадались уникальные экземпляры, где круглый год стояли жёсткие заморозки.
Чаще всего, такие миры появлялись после масштабного конца света. Или же, когда планета решала «спихнуть» мелких паразитов в лице гуминитов, поскольку те нещадно уничтожали природу, нагло вырывая из недр, воды и воздуха все возможные ресурсы.
В общем, мне было очень интересно посмотреть на настоящую… Я бы даже сказал — естественную зиму.
— Да уж… Холода близко. — поёжившись, сообщил Семён, глядя на проносящиеся мимо «Кабана» островки света: — Ещё немного, и стильное пальто придётся сменить на шубу.
— Ты же почти всегда ходишь в своём фраке дворецкого. К чему тебе переживать?
— Зимы в Перми бывают жёсткими… Температура может опускаться до минус сорока градусов. И уж, простите, но морозить свою жопку я не намерен.
— Минус сорок? — я попытался представить, насколько это холодно. Особенно, когда дует мощный порывистый ветер, а в лицо летит снег. Наверное, не самые приятные ощущения.
— О, брат… Вот зимой сгонять в русскую баню — самое оно! Это тебе не посиделки в термах с девочками! Это — настоящий мужицкий уровень. Когда наподдашь, как следует… Ногти плавятся и медленно стекают на пол, а волосы на голове вспыхивают олимпийским огнём! И потом… выбегаешь на улицу. От тела пар идёт. Шлёпки прилипают к снегу…
— А что потом?
— А потом, с разгона в сугроб.
— Зачем? — удивился я.
— Традиция! Такой кайф от перепада температуры… М-м-м! Сперва жарко до безобразия, а потом снег ледяной. И именно в этот момент душа приходит к истинному балансу.
— Какой-то… весьма странный способ для медитации.
— Ты мне тут эти словечки выбрось! Медитация… Это не нашинское! Чуждое. Медитируют только монахи, девчонки и те, кто заправляет джинсы в сапоги. А настоящие мужики — балансируются!
— О, как.
— О тож! Терминология, братец.
Освещая замерзающий лес, мы подкатили к развороченному входу в «Арес».
Теперь осталось выяснить, кто же туда залез. И самое главное — каким образом?
Рогатый спецназ, который преследовал нас на двух автобусах, тут же окружил территорию.
Вытащив фонарь, я осветил развороченный вход.
— Хм-м… Люк на месте.
— Так! — Семён в прыжке превратился в кота и начал всё обнюхивать: — Ощущение, будто здесь так, никого и не было с нашего переезда.
— Значит, аккуратно заходим.
Позади раздался треск веток, и подняв осыпавшиеся сосновые иголки, неподалёку от меня приземлилась Голубика:
— Ну, что? Есть, что-нибудь интересное?
— Пока непонятно. — спрыгнув к коту, я набрал цифровой пароль, и новенькая дверка люка вальяжно распахнулась.
— Захват-захват!!! — воскликнул Борис, и вооружившись АК-12, побежал со своей рогатой братией вперёд, освещая путь небольшими подствольными фонариками.
Иисак утверждал, что в комплексе точно нет никого, и ничего, кто мог бы отправить сигнал. Конечно, было у меня одно подозрение… Но если всё сбудется, то можно спокойно выдохнуть.
Комплекс без света превратился в настоящую локацию для компьютерной игры в жанре научный хоррор. Тени казались зловещими. А тишина, едва нарушаемая стуком берцовых ботинок, очень давила на уши.
— Жуть… — озвучил мои мысли кот: — Если бы не знал, что это «Арес», то ни за чтобы не сунулся сюда.
— Ой, да брось. Выглядит спокойно. И даже умиротворяюще! — очарованно произнесла Голубика, для которой всё происходящее вновь было, сродни киношному или книжному приключению.
Спустившись на центральный ярус, мы внимательно осмотрели пол и все углы на наличие свежих следов. Но нет. Всё так же пыльно, как и было в момент переезда.
— Что дальше? — тихо спросил Борис: — Может, стоит световую швырнуть?
— Для чего? Если тут реально, что-то есть — оно отлично ориентируется в темноте. А это значит, что и органов зрения у него нет. — пояснил я.
— Хм… Логично.
Наш разведывательный отряд направлялся дальше.
— Слушай! А если это оборудование, которое работает от аккумулятора? — от кота всё больше и больше несло страхом.
— Мы забрали все энергетические элементы с собой. Успокойся! Никто тебя не съест.
— Да чего мне успокаиваться? Я и так споко…
— Ух-х… — раздалось из мрака комплекса, отчего боевой отряд тут же перегруппировался в защиту, а кот молниеносно залез на плечо Голубики и распушился.
— Пхе… Вот мы идиоты. — усмехнулся я: — Вот, честно!
— В смысле⁈ — нахмурился сгусток меховой тьмы.
— Иди сюда. — я прошёл чуть в даль, пока не увидел тусклое зеленое свечение: — Леман! Добрейшего вечера тебе. Неужто, проснулся?
— Так точно. — ответил каменный друг: — И, честно говоря, был в небольшом замешательстве. Оказаться вновь во тьме… да ещё и без компании — было крайне неприятно. Пришлось сигнализировать, чтобы вы… Ну, или кто-нибудь меня нашёл. Посему, смею спросить — что тут произошло, пока я восстанавливал силы?
— Мы уничтожили Кракена. Сейчас готовим боевую вылазку в будущее на Мегарда.
— А ты сдюжишь? — поинтересовался Леман.
— Боюсь, у меня нет другого выбора.
— Рассчитываю на тебя. Что же касается обстановки… Я так понимаю, комплекс заброшен?
— Скорее — временно закрыт. Мы использовали местный энергетический элемент, чтобы уничтожить Кракена. И я всё ещё жду, когда КамГЭС начнёт прокладку силового кабеля в нашу сторону.
— Зная местный менталитет — это может занять месяцы… А-то и годы. Хотел спросить, а не будете ли вы так любезны поставить меня хотя бы снаружи? Я люблю смотреть на звёзды.
— Если ты не против, то можем отвести тебя на завод, который организовал мой дедушка.
— Твой дедушка… — в голосе каменного друга послышались едва заметные нотки ехидства: — Хорошо. Я был бы очень благодарен.
— Что ж, тогда придётся немного подождать. — я взглянул на часы: — Парни, а у нашего крановщика ещё не закончилась смена?
— Заканчивается через пятнадцать минут. — предупредил Борис.
— Срочно звоните ему! Придётся немного задержаться на работе…
* * *
Погрузка и транспортировка Лемана отняла у нас два часа. Всё же, лёгким тело представителя кремниевой жизни назвать нельзя, поэтому пришлось задействовать все свободные руки рогатого спецназа.
— Благодарю. — Леман трижды моргнул светом, когда мы пристроили его, словно монумент, в центре заводского дворика: — Здесь мне будет намного спокойнее… Знаете, после того, что случилось с моей планетой — я не сильно люблю темноту.
— Понимаю. — кот обтёрся об каменного друга мордой: — Но не переживай! Если начнёшь разговаривать — от тебя тут отбоя не будет. Ну, разве что, желейный шар малость приревнует…
Иисак, всё это время поглядывавший в нашу сторону из-за ангара, понял, что его спалили и поспешно ретировался.
— Иисак — хороший инструмент. Он не должен злиться.
— Нет. Не злится, а ревновать. Потому что, в последнее время — он тут главная звезда. — усмехнулся сгусток мохнатой тьмы: — Катается, мочит коры… В общем, веселит народ, как может.
  
— Я не умею веселить народ. Я могу лишь поведать о тайнах кремниевой жизни! А ещё дать несколько советов по улучшению вашего благосостояния. Всё же, я прожил очень длинную жизнь.