Индийский лекарь (СИ)

Я подошел ближе и встал между своим наставником и гуру. Со всех сторон мы были окружены учениками Маниша Ачария.
— Это излишне, ученик, — обратился ко мне гуру. — Думаешь я сам не разберусь с этим душевнобольным дедом?
— Аджай⁈ — удивился Чирандживи. — Что ты забыл на этой лекции?
— Думаю, что на этой ноте можно закончить! — холодно заявил я.
Гуру был предельно удивлен моей наглости. Ведь никто из его учеников даже не пытался с ним в чем-то спорить. А он уже успел меня заочно записать в своих.
  
— Предатель! — показал пальцем на меня Маниш Ачария. — Старик уже докатился до того, что подсылает ко мне своих людей!
— Я сам не знаю, как он оказался на твоей лекции, — усмехнулся Чирандживи. — Не надо так пытаться себе льстить, что за тобой кто-то следит.
А наставник в деле. Он давит на больное место своего оппонента. Пытается вывести его из себя.
— Ещё раз такое повторится и мы уже будем разговаривать совсем по другому, — бросил угрозу в адрес Чирандживи гуру. — Это моё последнее предупреждение тебе.
— Не надо здесь кому-то угрожать, — я впритык подошел к Манишу Ачарии.
Ученики гуру были готовы вмешаться в любой момент. Маниш пристально посмотрел мне в глаза, словно пытаясь понять, что я из себя представляю.
— Я человек мирный, — внезапно ответил гуру. — Просто этот старик поступает неправильно. Надеюсь, что у тебя получится его убедить не совать нос в мои дела?
Не знаю, что бы произошло, если бы я не вмешался. Хорошо, что оказался в нужном месте в нужный момент. А то пришлось бы положить своего наставника в отделение травматологии. А ведь больницы он не любит!
— А это я уже решу сам, — сухо ответил я.
Убедившись, что я не испытываю страх перед ним и его учениками, Ачария решил мирно разойтись.
— На следующую лекцию этого молодого человека не впускать, — решил поставить точку он. — Увидимся в пятницу, ученики.
— Я и сам не приду, — усмехнулся я.
Он бросил на меня злобный взгляд, но с ответом не нашёлся. Толпа постепенно начала рассасываться. Мы остались наедине с Чирандживи, недалеко от кинотеатра.
— А ты вовремя! — улыбнувшись в полный рот, сказал Чирандживи. — Не знаю, что бы произошло, если бы ты не оказался рядом.
— Сотрясение головного мозга и переломанные ребра? — предположил я. — Первый раз вижу таких размеров Манипуру.
— В этом Манишу стоит отдать должное, — с некоторой долей уважения подметил Чирандживи. — Не каждый человек способен развить её до такого уровня.
— Это как-то негативно сказывается на его здоровье? — поинтересовался я. — Остальные его чакры окрасились под влиянием Манипуры. Если бы ко мне пришел такой человек на прием, то я бы воспринял это как патологию.
— Непосредственно на здоровье — нет, — загадочно улыбнулся Чирандживи. — Из-за таких размеров чакры у гуру сильная воля к власти. А подобные желания толкают человека на необдуманные поступки, которые могут привести к проблемам со здоровьем. Представь, что с ним произойдет, если все ученики от него отвернутся.
— Сложно будет уважать самого себя, — подметил я. — Ведь люди с таким развитием Манипуры очень сильно зависимы от чужого одобрения. Но судя по всему, вы уже с ним ругаетесь не первый раз. Зачем вам это?
— Он обманывает людей, искажая их представление о чакрах, — с досадой сказал Чирандживи. — Молодежь сейчас пошла такая, что хочет всё и сразу. Поэтому легко ведется на слова таких мошенников.
— Поэтому вы решили отлавливать его учеников после лекции, чтобы переубедить их? — удивился я. — Не жаль вам тратить своё время на это?
— Стараюсь, в меру своих ограниченных по времени возможностях…– пожал он плечами. — Что ты заметил, сидя на этой лекции, помимо аномально крупной чакры у Маниша?
— У его успешных учеников она тоже очень сильно развита, — спокойно ответил я. — Но ведь это же не его заслуги?
— Всё верно. Это их личные заслуги. Я даже в какой-то степени рад, что ты побывал на этой лекции. Будем считать это нашим первым практическим занятием! — счастливо улыбаясь, произнёс Чирандживи. — Рад, что ты это смог заметить. Может, ещё что-то смог усвоить?
— Все чакры необходимо гармонично развивать, — подметил я.
— Маниш тоже об этом любит говорить, — закивал учитель. — Это правда. Только всё его учение заканчивается на развитии манипуры. А это всего лишь четвертая чакра по счету. А как же три остальных?
Неожиданно. Всего существует семь чакр, оказывается. А я всё время видел всего лишь шесть.
— Я ни разу не видел седьмую чакру у других людей, где она находится? — поинтересовался я.
— Ты её не видишь, потому что теряешь слишком много энергии, — серьёзно ответил Чирандживи. — А между тем, для тебя седьмая чакра предельно важна, потому что ты врач.
— Расскажете об этом поподробнее? — он сильно меня заинтриговал.
— Сейчас в этом нет смысла, — отрезал Чирандживи. — Для начала нужно привести в порядок все остальные. А ты до сих пор продолжаешь терять много энергии. Надеюсь, медитировал сегодня?
— Да, утром, — ответил я. — Только постоянно мысли лезут лишние в голову.
— Вот именно по этой причине ты и не видишь седьмую чакру, а она есть, — поучительно ответил он. — Не знаю, сколько тебе потребуется времени, но всё зависит исключительно от тебя, Аджай. Чем качественнее и усерднее ты будешь выполнять мои наставления, тем быстрее сможешь использовать её силы в своих целях.
— Интересно, а чем она мне поможет? — полюбопытствовал я. — Ведь я уже и так могу диагностировать и лечить различные заболевания благодаря видению…
— Это будет для тебя сюрпризом! — ехидно улыбнулся Чирандживи. — Я бы мог тебе всё рассказать, но так будет неинтересно. Поэтому трудись!
Мы ещё немного пообщались с наставником. Чирандживи предложил мне каждый день заниматься растяжкой своего тела, чтобы сесть в полную позу лотоса. Мотивируя это тем, что так я смогу извлечь больше пользы от медитаций. В скором времени мы с ним попрощались, договорившись, что увидимся на днях в парке.
На следующий день.
— Пожалуйста, подпишите направление на госпитализацию, — обратилась ко мне Сандхья.
А в этой больнице работать — одно удовольствие. Правда, пациентов на приём приходит намного больше, чем в прошлой клинике.Но для меня это тоже плюс.
Благодаря помощи медсестры, на плечи которой легла вся бумажная работа, я был полностью сосредоточен на лечении пациентов.
Не знаю, как с Сандхьей мог возникнуть конфликт у терапевта с другого участка. Она очень хорошо работает: внимательно слушает жалобы пациента и на основании этого уже выписывает анализы, быстро оформляет направления на госпитализацию. С ней работать одно удовольствие.
— Сейчас осмотр допишу, две минутки, — я дописывал рекомендации по лечению в электронной медицинской карте. — Теперь можно.
— Всё! Замечательно! Через две минутки буду, — вскочила медсестра. — Схожу поставлю подпись у заведующего отделения.
— Так его же ещё не будет два дня на работе, — удивился я.
— Совсем забыла сказать вчера, что у нас двое заведующих, — поспешно ответила Сандхья. — Один из них работает в терапевтическом стационаре. В связи с отсутствием Шармы сейчас у него всё подписываем.
— Буду иметь ввиду, — кивнул я. — У нас там ещё кто-то есть в очереди? Если есть, то позови.
— Хорошо, скоро буду!
Сандхья вышла из кабинета, держа в руках направление на госпитализацию. Через несколько секунд в моей кабинет постучались.
Обычно пациенты задают вопрос, можно им войти или нет. Но пожилая женщина, вошедшая в мой кабинет, не издала и звука.
  
Неспешным шагом она дошла до своего места и села напротив меня.
— Добрый день! — обратился я к пациентке. — По какому поводу к нам пришли сегодня?
— Не могу нормально говорить, — сиплым голосом ответила она. — Переболела недавно. Голос пропал.
— Как давно болеете? — одновременно загружая её карту в компьютере, спросил я.