Владимир, сын Волка (СИ)
Дедовщины, как таковой, он там не встретил, потому что ГСВГ была под пристальным контролем командования, хотя элементы её были — пусть и не употреблялись такие слова как «дед» и «дух», но было разделение на «старослужащих» и «молодых».
Впрочем, Директор ощущал на себе воздействие этой неуставной иерархии лишь первые полгода, а затем его повысили до звания младшего сержанта, в чём немалую роль сыграло то, что он очень быстро освоил необходимые навыки и стал считаться очень хорошим механиком-водителем.
К концу срочной службы он дослужился до старшего сержанта, но сама служба ему очень не понравилась. Да, она дала ему очень ценные навыки обращения с людьми, которые помогали успешно руководить школой даже в самые тяжёлые периоды 90-х, но все два года он был в постоянном физическом и психическом напряжении, потому что полк находился в первом стратегическом эшелоне. Перспектива войны против НАТО его тогда не особо волновала, потому что он считал, что это крайне маловероятное событие, ввиду существования десятков тысяч ядерных ракет, но из-за этой перспективы полк дрючили практически непрерывно, ради достижения высшего уровня боеготовности…
— Здравия желаю, — приветствовал Директора какой-то капитан. — Игорь Аблесимов.
На вид ему лет тридцать, сложен крепко, даже несколько приземисто, на голове чёрные волосы, с уверенно штурмующей рубеж лысиной, над серыми глазами густые брови, лицо почти прямоугольное, с выраженными скулами и широким подбородком.
Одет он в хорошо подогнанную «х/б», уже слегка потёртую от ношения.
— Здравия желаю, товарищ капитан, — козырнул Директор. — Владимир Жириновский.
— Рад знакомству, — кивнул Аблесимов. — Тоже доброволец?
— Так точно, — подтвердил Директор.
— Прямо по уставу отвечать не надо, — попросил его Аблесимов. — Игорем меня зови.
— Тогда — Володя, — кивнул Директор.
— Откуда будешь? — спросил улыбнувшийся капитан.
— Из Москвы приехал, — ответил Директор. — Но родом из Алма-Аты.
— О, Алма-Ата… — ещё шире заулыбался капитан. — Бывал там в командировке. А кем работал в Москве?
— Юристом в Инюрколлегии, — ответил Директор.
— Никогда не слышал о такой, — покачал головой Аблесимов. — А я в ГСВГ служил — в 506-м гвардейском мотострелковом полку. Слышал о таком?
По нему сразу было видно, что он кадровый военный, окончивший военное училище.
— Слышал, когда служил, — сказал абсолютную правду Директор.
506-й полк дислоцировался в Наумбурге, ГДР, относительно недалеко от Ордруфа, где находился полк Директора — когда-то, в прошлой жизни.
— ВУС? — поинтересовался Игорь.
— Офицер-пропагандист, — ответил Директор.
— Хм… — хмыкнул капитан с сомнением.
— Но подался я переводчиком с фарси, — добавил Директор.
— А вот это ценно, — покивал Игорь. — Говорят, переводчиков остро не хватает. Хорошо владеешь фарси?
— На неплохом уровне, — подтвердил Директор. — Но есть куда расти.
— А я — разведчик, — сообщил Игорь. — Мне две недели осталось и «за речку».
В казарму вошёл десяток потных и уставших офицеров, видимо, вернувшихся с ФИЗО.
— Товарищи офицеры, — вошёл вслед за ними прапорщик Артюхов. — Командир роты приказал строиться на плацу.
Директор последовал за остальными офицерами и встал в быстро образовавшийся строй.
— Здравия желаю, товарищи офицеры! — приветствовал их командир роты, майор. — Времени мало, поэтому не будем тратить его на этикет. У нас есть новоприбывшие. Для новоприбывших: я — майор Булатов, Мэлс Борисович, и я командую 3-й учебной ротой, в которой вы будете состоять следующие два месяца. Товарищ прапорщик, список!
Прапорщик передал ему планшет со списком.
— Старший лейтенант Астафьев! — прочитал майор Булатов.
— Я! — откликнулся офицер.
— Капитан Баюк! — продолжил Булатов.
— Я! — откликнулся офицер справа от Директора.
Майор продолжил перечислять звания и фамилии из списка.
— Старший лейтенант Жириновский! — наконец, назвал он.
— Я! — ответил Директор.
Булатов рассмотрел его пристальным взглядом. В его глазах виделось, что он знает, что Жириновский — «пиджак», (1), но «пиджак» не совсем пропащий, потому что служил офицером по призыву полтора года…
Всего было озвучено двадцать три звания и фамилии — как понял Директор, это и есть новый учебный взвод.
— Все упомянутые входят в состав 3-го учебного взвода, командиром которого я назначаю капитана Скорнякова! — уведомил всех майор Булатов. — На этом всё. Разойтись.
Директор последовал за остальными новоприбывшими, в казарму. Там он достал из тумбочки швейный набор и начал задумываться о том, что нужно приготовить свою форму.
— Здравия желаю, — козырнул подошедший к нему лейтенант. — Лейтенант Макаров, Леонид Кириллович.
— Здравия желаю, — козырнул ему Директор. — Старший лейтенант Жириновский, Владимир Вольфович.
— Вы лично знакомы с товарищем майором? — поинтересовался лейтенант.
— Нет, — покачал головой Директор. — К чему этот вопрос?
— Он очень долго смотрел на вас, — объяснил свой интерес Макаров.
— А, это потому, что я — «пиджак», — ответил Директор. — Курсантом не был, плац кирзой не топтал, школу не прошёл и так далее.
— А-а-а, тогда понятно, — кивнул Макаров. — Разрешите идти?
— Идите, — отпустил его Директор.
Большой дружбы с офицерами учебки у него точно не получится — он уловил, как резко похолодел взгляд этого летёхи.
*СССР, Узбекская ССР, посёлок Азадбаш, в/ч 64411, 10 июня 1983 года*
Директора вызвали к командиру роты, по неизвестной причине.
Он уже начал привыкать к казарме и сегодня, прямо с утра, не оправдал ожиданий коллектива — пробежал три километра не хуже остальных.
— Здравия желаю, товарищ майор! — образцово выполнил Директор воинское приветствие, когда его позвали. — Старший лейтенант Жириновский по вашему приказанию прибыл!
В кабинете комроты майор Булатов находился не один — присутствуют ещё два офицера, майор и капитан. Директор обозначил приветствие им, коротким кивком из стойки «смирно». Те кивнули в ответ.
— Вольно, — разрешил майор Булатов.
Директор расслабился.
— Почему не сказал, что ты переводчик? — спросил комроты.
— Виноват, товарищ майор, — ответил Директор.
Вероятно, что-то пошло не так и он начал подозревать это сегодня за завтраком — ему удалось пообщаться с несколькими офицерами за столом и выяснить, что один из них из пехоты, а другой из десанта. Вкупе с лейтенантом Макаровым, который из гвардейских мотострелков, судя по знакам различия, а также с капитаном Аблесимовым, который из полевой разведки, складывается картина, что Директор попал куда-то не туда.
Должны быть курсы переводчиков, которые длятся не 3–4 недели, как для обычных офицеров, а 2–3 месяца минимум.
— Виноват… — пробурчал майор Булатов, а затем указал в сторону майора. — Вот твой настоящий командир — майор Камышов. Всё, забирайте его.
— Старший лейтенант Жириновский — на выход, — приказал майор Камышов. — А ты, товарищ майор, внимательнее смотри, кого забираешь из автобуса, ха-ха-ха! Так глазами моргнуть не успеваешь, а ценный кадр уже у тебя в казарме кукует!
— Капитан Петров, — представился капитан, вышедший вслед за Директором. — Следуй за мной.
Они вышли из казармы и капитан пошёл в одному ему известном направлении.
— Товарищ капитан, разрешите спросить, — обратился к нему Директор.
— Разрешаю, — кивнул тот.
— А что случилось? — спросил Директор.
— Бардак случился, — ответил капитан. — Куришь?
— Никак нет, — покачал головой Директор.
— А я курю, — улыбнулся Петров. — Айда в курилку.
Они свернули с дорожки и сели в пустой курилке.
— У тебя ВУС — замполит, так? — спросил капитан, достав пачку «Явы».
— Так точно, — подтвердил Директор.
— В учебной части не стали читать предписание, — продолжил Петров. — Или жопой прочитали — не знаю. Но вот ВУС твой они прочитали и решили, что им на голову уронили очередного замполита, поэтому отправили тебя в общую учебную роту, чтобы потом определиться, куда тебя приткнуть.