Владимир, сын Волка (СИ)

— И как это применимо к нам? — сразу же спросил подполковник Тюкавкин. — То есть, к учебному центру.
— Идеально было бы выявлять лучших и готовить их по специальному курсу, — ответил Директор. — Но вряд ли это возможно — есть утверждённые программы…
— Это дело десятое, — перебил его Тюкавкин. — Лучше скажи, каким образом ты предлагаешь проводить отбор. У людей на лбу не написано, сколько в них ума.
  
— И на это у меня есть ответ — тестирование, — улыбнулся Директор. — Я давно уже изучаю различные методики, применяемые психологами, армией и учёными. Например, я считаю хорошей методику «Кубики Коса» — с её помощью можно довольно точно определить такие характеристики, как пространственное воображение, логическое мышление, точность моторики, а также умение работать под давлением времени. Измеряемые характеристики звучат как полезные для разведчика, не находите?
— «Кубики Коса» — звучит, как что-то несерьёзное, — произнёс подполковник.
— Тем не менее, эффективность этой методики научно подтверждена, — покачал головой Директор. — Также есть корректурная проба, позволяющая установить у испытуемого устойчивость к утомляемости, общую работоспособность и устойчивость к рутине. Если речь идёт о группе, то существует «Социометрия» Морено, с помощью которой можно выявлять лидеров и ведомых…
— Но это, наверное, занимает прорву времени? — уточнил подполковник.
— На самом деле, это не так уж и долго, — ответил Директор. — Но, да, придётся организовывать специальные условия, чтобы добиться необходимой точности исследования. Если устроить всё правильно, то это займёт пару часов, которые потом сэкономят сотни часов, ведь они не будут потрачены зря. К тому же, без этой методики, страдает точность — люди не одинаковые и под одну гребёнку их грести не стоит. Нужен индивидуальный подход. Как токарю нужно знать точные размеры заготовки, так и педагогу нужно знать точные способности обучаемого. Конечно же, токарь может изготовить что-то «на глаз», но результат будет, мягко говоря, не тот. Аналогично, не зная способностей обучаемого, педагог работает «на глаз», с соответствующим результатом…
— Хочешь сказать, что советская педагогика ошибается? — нахмурил брови Тюкавкин.
— Нет, — покачал головой Директор. — Все эти методы, так или иначе, применяются в советской педагогике. Но многие из них можно объединить в универсальный тест, над которым я, кстати, уже давно работаю.
Он ни над чем не работает — у него есть комплексный тест, «тест Орехова», разработан им в прошлой жизни, специально для раннего определения когнитивных способностей у детей начальной школы. Их путь в его «систему» начинался очень рано — с этого самого теста.
Тест не требует никакой эрудиции, потому что у ребёнка такого возраста её просто не может быть, затрагивает почти все аспекты когнитивных способностей, а также определяет личностные качества.
Большая часть детей безнадёжно проваливает его, но меньшая часть, та, с которой он и работает, успешно сдаёт и входит в «систему»…
Директор никогда не применял его на взрослых людях, как максимум — на детях 14–15 лет, поэтому нужны исследования. Но особых проблем это вызвать не должно, потому что люди продолжают оставаться людьми, даже если вырастают.
— Вот как, — задумчиво произнёс подполковник. — А зачем?
— Мне хочется принести пользу Отечеству, — честно ответил Директор. — И я вижу моё тестирование очень полезным для советской системы образования и не только…
Примечания:
1 — «Пиджак» или «штафирка» — это презрительное название офицеров, получивших звание в результате обучения на военной кафедре ВУЗ. Кадровые офицеры склонны считать, что «пиджаки» — это не настоящие военные, а их гражданская имитация, видимо, по чьей-то халатности, равноправная с выпускниками военных училищ. И этот статус, как показывает биография ныне покойного генерала армии Квашнина, остаётся навсегда — ему так и не забыли в офицерской среде, что он пришёл в войска с военной кафедры института.
 Глава седьмая 
 Хемотаксис 
*СССР, Узбекская ССР, посёлок Азадбаш, в/ч 64411 , 21 июля 1983 года*
— … и, исходя из этого, мы натыкаемся на главную цель блока НАТО: уничтожение СССР невоенными методами, — продолжал вещать Директор. — С нашей армией, будем объективны, им не тягаться, с военной экономикой — тут бабка надвое сказала, а вот по линии подрыва изнутри — тут они и сильнее, и изобретательнее. Внешне это выглядит как гуманитарная помощь, культурные обмены, «борьба за права человека». А по сути — целенаправленная работа по деморализации общества!
Он этого не планировал, но его нагрузили работой — подполковник Тюкавкин побеседовал с замполитом, то есть, заместителем командира 15-й бригады СпН по политико-воспитательной работе, полковником Федосеевым, и тот вызвал Директора к себе.
В ходе короткого разговора по политической части, полковник Федосеев решил, что теперь можно не работать, но работа будет делаться.
Директор вынужден тратить по два часа в сутки, чтобы читать проходящим обучение офицерам лекции на заданные темы — и по марксизму-ленинизму, и по истории партии, и, разумеется, по западной агрессии.
Естественно, он начал злоупотреблять врождённым ораторским даром Жириновского, поэтому на каждой лекции он безальтернативно владеет вниманием аудитории.
— Несмотря на, выражаясь буржуазным термином, рецессию, не так давно прошедшую в США и в странах коллективной Европы… — продолжил он.
Один из офицеров, лейтенант, поднял руку.
— Да? — посмотрел на него Директор.
— А что такое рецессия? — спросил лейтенант.
— Хорошо, что ты спросил! — улыбнулся Директор. — Рецессия — это свойственное буржуазным экономикам явление, характеризующееся общим снижением экономической активности в стране, выраженным в падении потребительского спроса и инвестиций, и, следственно, сокращением производства. Сокращается производство не просто так — это тот самый кризис перепроизводства, описанный ещё самими Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом, и чреватый, как известно, ростом безработицы. И вот последнее — это очень важно! В США, по самым свежим данным, 15,3% бедных! Это 35,3 миллиона людей, зарабатывающих гораздо ниже необходимого для достойной жизни! Вот такая вот у них американская мечта! Но как они показывают нам свою страну⁈ Вылизанные газоновые лужайки, одноэтажные белые дома, по несколько машин в семье — это лишь одна сторона медали! Почему?
Он сделал паузу.
— Да потому, что это не для всех! — воскликнул он. — Тридцать пять миллионов нищих, недоедающих, уже оставивших надежду на достойную человеческую жизнь! Вдумайтесь, товарищи офицеры — тридцать пять миллионов человек! Это как всё население Польши! И все эти американцы не «вписались» в рынок! У них нет доступа к качественной медицине, и к качественному образованию! Все эти факты легко проверяются — я оперирую данными статистики!
Вновь сделав паузу, он отпил воды из гранёного стакана.
— Все вы видели голливудские фильмы… — заговорил Директор.
Он внимательно рассмотрел сидящих за партами офицеров.
— Что вы могли там видеть? — спросил он. — Красивая жизнь богачей, достойная жизнь среднего класса — а остальным как⁈ А никак, потому что эти продажные мерзавцы и подонки о них не думают! Нет, товарищи офицеры, настоящую жизнь неимущих американцев вам в голливудских фильмах покажут только так, чтобы это выглядело как несчастное исключение или временное недоразумение!
  
Его слова произвели на офицеров неизгладимое впечатление — те, кто поначалу засыпал, сидят подобравшись, чтобы не упустить ни слова. С такой манерой подачи они ещё не сталкивались…
Директор уже отметил для себя, что ораторский талант Жириновского, его харизма — это врождённые качества, которых у самого Директора не было никогда. И этим нужно пользоваться, чтобы получить то, что нужно им обоим — продвижение дальше.