Владимир, сын Волка (СИ)

 Глава двадцатая 
 Анис 
* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, 1-й микрорайон, квартира Жириновского, 3 августа 198 4 года*
В гостиной воняет сигаретным дымом, который не успевает выходить из настежь открытого окна.
На улице стоит жара, но она уже привычна для Директора — он почти не обращает на неё внимания. Просто очередной раздражающий фактор, с которым остаётся только смириться.
  
— С женой завтра буду созваниваться, — произнёс он. — А так — ничего, кроме посиделок. А что?
— Есть возможность съездить в кишлак Босайдыр, в воскресенье, — ответил Орлов. — Тамошние старейшины не уверены, что хотят присоединяться к правительству, но всё можно изменить, по старой схеме.
— Я свободен, — кивнул Директор. — Саида берём?
— Обязательно, — улыбнулся Геннадий и потушил бычок в пепельнице.
Лейтенант Сафар участвует почти в каждом их выезде и вылете в кишлаки, в качестве представителя от ХАД — Наджибулла уже наводит о нём справки, потому что Саид стал непонятной переменной, которая может внести разлад в и без того не очень стабильное положение дел у руководителя ХАД.
— Нужно прогуляться, — произнёс Директор. — Кислородом подышать.
— Идём, — взял со стола сигареты и зажигалку Орлов.
Они вышли из квартиры и направились в сторону парка.
Квартиру проверяли не один раз — вроде бы, прослушки нет, но всегда лучше перестраховаться.
— Что хочешь обсудить? — спросил Геннадий, закуривая очередную сигарету.
— Меня не оставляет в покое вопрос, — произнёс Директор. — Зачем Эдуардычу такие деньги? Почему он требует увеличивать объёмы каждой поставки?
— А ты ещё не понял? — усмехнулся Орлов. — Всё, что мы сейчас делаем получило санкцию заместителя председателя. Генерал-полковник Крючков знает о тебе и о том, что происходит.
— А зачем? — напрягся Директор.
— Этого я не знаю, — пожал плечами Геннадий. — Но догадываюсь — Владимир Александрович был очень хорошим другом отца Эдуардыча. Возможно, Эдуардыч как-то убедил его, что это на пользу делу. Думаю, у него всё схвачено. Самое главное, мы показываем результат — за какие-то малые деньги щемим Масуда в ущелье. До этого провели столько операций: самолёты, вертолёты, танки и тысячи бойцов — суеты на ураган, а результат — куча мёртвых душманов, но Панджшер всё ещё не наш.
— Я правильно понимаю, что нам будут «прощать» эту деятельность, пока мы показываем результат? — уточнил Директор.
— Да, — кивнул Орлов. — Ты не переживай понапрасну — у Гаськова всё под контролем. Его будут продвигать дальше — вопрос с руководителем Представительства движется в правильном направлении и возможно… но не будем загадывать.
— Но кого-то ведь волнует, куда мы деваем деньги? — спросил Директор.
— Наверху точно знают, сколько у нас сейчас денег, — вздохнул Геннадий. — Нам, кстати, надо уже начинать тратить их на всякую ерунду. Телевизор себе купи, новый видик, а я попробую как-нибудь приобрести машину…
— Зачем? — нахмурил брови Директор.
— Чтобы на нас вышли кое-какие люди, — усмехнулся Орлов. — Ахмед уже посылал сигнал — в Пакистане знают, кто стоит за этим трафиком. Его людей допросили и выведали всё, что нужно. Надо показать, что мы почувствовали себя мажорами и хотим устроить себе жизнь, как в Америке, но в Кабуле.
— Шпионские игры? — вновь напрягся Директор.
— А как ты хотел? — спросил Орлов. — Это всё Эдуардыч — нужно было как-то обосновать перед руководством задуманное. Так что мы не законы нарушаем, а проводим специальную разведывательную операцию. На меня они вряд ли выйдут, а вот на тебя — просто обязательно. Пугайся, переживай, напоказ, и всё запоминай. Будут угрожать раскрытием схемы и прочим, поэтому соглашайся на все условия.
— Это понятно, — поморщился Директор. — А деньги?
— Посмотрим, — пожал плечами Геннадий. — Скорее всего, потребуют сдать, но если Эдуардыч подсуетится, то найдёт обоснование, что они очень нужны для укрупнения масштаба работы с кишлаками в Панджшере. Насчёт этого тоже не переживай — если честно, наверху видят эти деньги, но им гораздо важнее чтобы работа была результативной. Мы уже, получается, сэкономили миллионы рублей, когда ты нашёл подход к старейшинам и выработал способы мирного присоединения.
— Очень важно сохранить деньги, — сказал Директор. — У меня нет шкурных интересов, кроме одного — помочь своим. Ты и сам это понимаешь.
— Да не переживай ты, — попросил Орлов. — Эдуардыч метит наверх — он уже проявил себя, поэтому перешёл в категорию перспективных. Если его переведут в Москву, он и меня за собой потянет. А там уже появятся возможности. Даже если эти деньги отберут, можно заработать ещё, ведь ты, как мы видим, это хорошо умеешь. И то, это если ты прав в своих прогнозах. А если неправ, то оно и не нужно.
— Я уверен почти на 100%, — ответил на это Директор. — Но, ладно. Ситуация выглядит так, будто ничего уже не поделать…
Он рассчитывал на коррупцию, которая, по его мнению, уже просто должна была проникнуть в КГБ — возможно, он сильно ошибается и, как минимум, в этом направлении у комитета всё работает исправно.
Во всяком случае, он наивно полагал, что в схеме удастся ограничиться личными связями Гаськова, но он, доказав, что не является дураком, выработал обоснование действиям и прикрыл их всех, превратив преступление в разведывательную операцию.
И, несомненно, во всём этом задействовано Первое главное управление КГБ, конкретно Служба «А». Сам генерал-майор Гаськов такое провернуть не может, потому что это не по его профилю.
Но в итоге, если у Службы «А» всё получится, Гаськову внесут сразу несколько позитивных отметок в личное дело, что точно не пройдёт бесследно. Руководство, как правило, любит полезных людей, которые действуют исключительно с санкции, а не самодеятельно. Получается, генерал-майор Гаськов, как раз, из этой категории…
— Почему это? — спросил Геннадий. — Если сумеешь придумать веское обоснование, то никто их забирать не будет.
— Это нужно посидеть и поразмышлять, — сказал Директор.
— Так посиди и поразмышляй в эти выходные, — улыбнулся Орлов.
— Возможно, поможет расширение сети торговцев… — задумчиво произнёс Директор. — Ладно, время есть — обмозгую всё это. Кстати, а почему ты мне всё это рассказал?
— Просто время пришло, — ответил Геннадий. — Никто не знает, когда ISI пришлёт к тебе своих агентов. На следующей неделе у тебя инструктаж со специалистами — они объяснят тебе, что надо, а чего не надо делать, подробно. Меня тоже, кстати, ведь есть шанс, что выйдут и на меня. И как вернёмся из Босайдыра, прямо с понедельника начинаем сорить деньгами. Но осторожно и постепенно, чтобы не вызвать подозрений. У пакистанцев не дураки работают…
* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, район Шашдарак, здание ХАД, 9 августа 198 4 года*
Директор покинул аудиторию и направился в свой кабинет, чтобы собраться.
Инструктаж проводил майор Елыкомов, который разговаривал с ним, как с умственно отсталым. Он разжевал всё в мельчайших подробностях, с очевидными деталями, но Директор выслушал всё предельно внимательно.
Самое главное, что от него требуется — вести себя естественно, как должен вести себя коррупционер, застигнутый с поличным.
Задача ему ясна, поэтому скоро он обсудит всё с Жириновским, чтобы тот посодействовал «со своей стороны». Нужны настоящие эмоции, которые он может вызвать, когда потребуется.
  
Несмотря на то, что прямой угрозы его планам нет, ему не нравится то, как всё складывается. Накопленные деньги посчитаны КГБ и могут быть реквизированы, если ему не удастся выработать веское обоснование.
Идей, пока что, нет, поэтому он начинает нервничать — часть его планов безнадёжно сорвётся, если у него не будет нужного объёма денег к нужному времени.