"Фантастика 2025-69". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— И где же они все?
— С того холма, на котором мы оказались в этом мире, ты видел то же, что и я. Леса просто огромны и поэтому их могло закинуть в любой уголок, или вовсе в другую точку этого мира. Мы ведь понятия не имеем, как портал перемещает людей.
— Может у нас получится заново открыть портал с этой стороны? — Несмело предположила Жизель.
— Идея была бы не плоха, если бы не одно «но». — Встрял я. — Как мы откроем этот самый портал! Что-то я не вижу среди нас магов. И к тому же, мы понятия не имеем, куда он нас приведет. Хотя, логично предположить, что направит он нас обратно в тот самый некрополь, из которого мы по, счастливой случайности, сделали ноги.
  
— Это не одно «но». — Усмехнулся здоровяк Калаврат. — Но ты прав — возвращаться обратно в тот зал сильно не хочется.
— Вам нужно хотя бы попытаться что-то сделать. Мы не можем застрять в мире, где полно сексистов и женоненависников. Эти омерзительные гоблины, которых стоит истребить вместе с их детьми и домами, слишком тупы, чтобы осознать даже такие базовые вещи, как «толерантность» и «человеколюбие». — Аган вновь влезла на свою любимую кобылку, рассказывая всем и каждому о «великих», с ее точки зрения, вещах. И слушать этот бред, который она могла нести часами, конечно же, никто не хотел, поэтому спутники постарались как можно дальше отойти от склочной и не совсем адекватной женщины.
Я с презрением посмотрел на нее, отходя в самый конец колоны, где слюни, которые она периодически выбрасывала в окружающее пространство, не могли меня достать. «Вам нужно…», «гениально» — будто она тут королевишна, которую эксплуатируют и заставляют работать за десятерых, пока остальные нагло филонят. За последние дни женщина умудрилась испортить жизнь всем спутникам, к каждому приставая с обвинениями в сексизме и сексуальных домогательствах. В отряде даже стали ходить разговоры, о том, чтобы отправить «борца за права всех меньшинств» своей дорогой, которая с дальнейшим маршрутом отряда не пересекается.
— Китан. — Подошел ко мне Маркиз. Филиппинец — еще один из той тройки, что мы спасли на берегу, потеряв Арчибальда. — Сколько у нас осталось провизии?
— Пара банок консервов. Но по поводу еды особо не переживай, поскольку в реке полно рыбы, а Жизель оказалась отличным рыбаком. Так что с голоду, в любом случае, не помрем.
— Только если нам не придется уходить глубже в лес. И не помешало бы сделать запас вяленой рыбы на такой случай.
— Филиппинец прав. За эти дни мы видели десятки отрядов гоблинов на той стороне реки. — Вмешался Дарвиш. — Не знаю, почему коротышки так неохотно пересекают реку, высаживаясь на этом берегу, но совершенно ясно, что тот берег принадлежит им. А значит, в любой момент, они могут перебраться на эту стороны реки, заставив нас отступить в глубь леса.
Дальше начался спор о том, какие запасы и как их необходимо готовить в срочном порядке. Я, к счастью, не принимал в них участия, предпочитая помалкивать, лишь кивая, как мне казалось, в нужных местах. Все мое внимание поглотил мой магический источник и изучение магии. С каждым днем у меня получалось все лучше и лучше понимать самые основы принципа ее действия. Конечно, мне приходилось работать со своим источником методом проб и ошибок, иногда тыкаясь, словно слепой котенок, не понимая как правильно это должно работать. К счастью, с каждым днем получалось все лучше и лучше. Да, безусловно, прогресс был не ахти какой, но тем не менее, он был.
Вчера, после бессонной ночи, провозившись с изучением потоков манны, идущих от моего источника и распространяясь по всему телу, мне, наконец, удалось правильным образом перенаправить энергию, активируя магическое зрение. Проделанная манипуляция — минимальное достижение, учитывая, что у меня уже получалось проделать такой фокус в некрополе, пусть и неосознанно. Зато это помогло мне решить еще одну проблему, а именно — затраты моих магических резервов на поддержание вокруг источника магического щита. Каждый день мне приходилось вливать манну в постепенно гаснущее заклинание из своего, итак не огромного запаса. В итоге, вся манна, собираемая источником за сутки, уходила на поддержание этого самого щита, что не добавляло позитива, не позволяя активно заниматься магией.
В результате получения мной возможности видеть в магическом зрении нити и структуру творимой волошбы, не входя при этом в транс, мне удалось создать вокруг источника тонкий, словно бумага, барьер. В отличие от прошлого щита, он не отражал нападавшие на мой источник нити, преграждая им путь, а банально скрывал его от них. И на его поддержание уходили совсем уж крупицы магической силы, что плодотворно сказывалось на интенсивности тренировок. Во время активного использования магии, проблема была лишь одна — скрывать источник «маскировочное поле», как я его прозвал, не могло. Так что приходилось в такие периоды вновь использовать старый щит.
Сумерки наша группа встретила на относительно небольшом клочке суши с одним единственным кривым деревом на нем растущим. В последние часы перед закатом наш американский следопыт заметил группу гоблинов, рыскающую вдоль речного берега. Так что нам пришлось углубиться в лес, сунувшись буквально в распростертые объятия болот и смердящей тиной воды, уходя глубже в лес.
— Китан, есть минутка? — Подошел ко мне Калаврат. И после моего утвердительного кивка продолжил. — Я вот чего предложить тебе хотел. Ты, стало быть, эти сумки таскаешь с собой уже который день. Нет, дело хорошее — провиант, палатка, другие, стало быть, принадлежности. Но ведь тяжело нести все эти вещи одному — могу помочь. Ну, если ты, конечно, непротив.
Я посмотрел на здоровяка и тот потупился — его лицо залилось краской, что было видно даже сквозь густую бороду в сгущающихся тенях сумерек. Калаврат был моим соотечественником: жил в крошечной деревеньке в глухой тайге. Был он, как сам выразился, кузнечных дел мастером. Глядя на его телосложение и многочисленные ожоги, покрывающие кисти рук, в это очень даже верилось. Он сразу пришелся мне по душе, влившись в нашу компанию, будто с первого дня был общим товарищем. Этот бесхитростный и немного наивный человек вызвал во мне симпатию. Он, пожалуй, единственный, за исключением Дарвиша, кому я мог, пусть и с оглядкой, но доверять.
Помимо Калаврата было еще двое спасенных на том берегу — филиппинец, назвавшийся Маркизом, и молодая девушка со смуглой кожей и странным именем Карида. Если первый крутился вокруг Дарвиша и Клайва, стараясь им угодить, считая лидерами нашей группы, то девушка была совершенно замкнутая и необщительная. Жизель пыталась завести с ней беседу, но убив на бессмысленный монолог час, отстала.
— Без проблем, Калаврат. Возьми завтра с утра сумку с оружием. — Ответил я, довольно кивнувшему кузнецу.
Я был благодарен ему за мою спасенную жизнь, там, на берегу реки, где он прикрыл меня от удара пятикантропа. С первых часов общения у нас наладились дружеские отношения, я даже на ближайшем привале поделился с ним оружием из своей славной сумки. Чем несказанно удивил Дарвиша, наблюдавшего как кузнец выбирает здоровенный топор, засовывая его за пояс.
— Я вот еще что хотел сказать. Ты как переживаешь расставание с родными? — Спросил Калаврат.
— Эм? — Вот уж какой темы я точно не ожидал от этого гиганта, так это общение по теме личных переживаний.
— В нашем мире у меня осталась женка и трое дитят. На душе камень тяжелый лежит. Я тут — в полной неизвестности, а они там — бесконечно далеко от меня. А больше всего меня пугает, что проклятый портал мог и их с собой зацепить. Вдруг они сейчас где-то бродят по этим лесам?
  
— Постой. Давай-ка разберемся. Когда тебя подхватил портал, ты был рядом со своей семьей?
— Во дворе. Семья была в доме.
— А когда тебя перенесло в тот некрополь, вокруг тебя были знакомые лица? Твоя жена, дети?
— Нет.
— В таком случае, не думаю, что их захватило порталом. Все, с кем я говорил, утверждали, что в том зале люди висели группами, как их перенес туда портал. Я сам видел людей, с которыми меня переместило — они были рядом со мной в зале.