Измена. Жизнь напополам

Щелкнул замок входной двери. Сердце встрепенулось, разгоняя кровь по венам, превращая ее в кипяток. Казалось, Яна уже взяла себя в руки, успокоилась, нашла нужные слова для предстоящего разговора, но сейчас, когда Сергей вошел в квартиру, вся выдержка разлетелась к чертям. Мысли вспорхнули потревоженными бабочками, закружились невесомыми тенями, путаясь между собой и разлетелись безвозвратно.
  
Девушка так и застыла с чашкой в руках, обнимая ее ладонями и глядя прямо перед собой. Она уже не видела ни воркующих голубей на подоконнике, ни распускающихся листочков на березе, ни забавных облаков, плывущих по темнеющему небу. Зато тошнотворный запах женских духов назойливо врезался в нос, снова вызывая тошноту.
– Привет, – муж появился в дверях кухни и с недоумением воззрился на супругу и пустующий стол.
– Привет, – ответила Яна, все еще не глядя на Сергея.
Она подняла чашку, сделала глоток ароматного напитка, почти не чувствуя вкуса, вернула чашку на блюдце. За этим пристально наблюдал Ермаков. Он не понимал, что происходит. Подошел к столу и сел на стул, ожидая, что жена теперь встанет и накроет ужин. Но жена не спешила приступать к своим прямым обязанностям. Она сидела и пила чай мелкими глотками.
– Где дети? – спросил Сергей.
– У мамы. – Холодный, отстраненный ответ и еще один глоток чая.
– А в честь чего? Не выходные же еще…
– Сергей, я все знаю… – голос Яны дрогнул, горло сдавило спазмом. Только бы не сорваться, не скатиться в истерику.
– Знаешь? – мужчина равнодушно посмотрел на супругу.
В его голубых глазах не было и намека на любовь, которая когда-то светилась в них, стоило ему посмотреть на свою милую девочку.
– Я про Лену.
Боль сжимала грудь, мешала дышать, биться ее сердцу, не давала жить дальше.
– А что ты хотела? – внезапно разозлился муж, – Ты посмотри на себя! На кого ты стала похожа? Тебя интересуют только детские пеленки и что приготовить на ужин. Яна, да ты уже, как твоя мать! Сколько в тебе, килограмм сто? Жена офицера не может быть такой!
Его лицо исказила злость. На миг ей показалось, что он сейчас ее ударит. Внутри все клокотало от обиды и разочарования.
– Отличное оправдание офицера своей подлости и предательству! – горько усмехнулась она.
Он ударил. Но не ее, а по столу кулаком. От громкого, неожиданного звука Яна вздрогнула.
– Ну ты и… – прошипел супруг.
– Кто? – крикнула Яна, – Ну же! Говори! Кто? Твоя жена? Та, что родила тебе двоих детей? Обслуживающий персонал? Сиделка, когда ты болел? Прачка? Уборщица? Домработница?
Сергей не отвечал. Он зло смотрел на свою жену исподлобья и не понимал, какой бес в нее вселился.
– А разве это не обязанности жены? – наконец, спросил мужчина.
– А какие обязанности у мужа? А у твоей Леночки?
От произнесенного имени любовницы мужа во рту стало противно. Похоже, теперь у Яны будет полное неприятие этого имени.
Глаза Сергея сузились. Он сжал губы и презрительно фыркнул.
– Ты забыла, на чьей шее сидишь? – выплюнул муженек.
– Только не надо сейчас вести себя, как мелочная сволочь! – Яна с грохотом поставила чашку на блюдце. С каким же удовольствием она бы швырнула ее сейчас в лицо мужу! – Я тоже работала, воспитываю детей, ухаживаю за ними. Да, сейчас я в декретном отпуске, но и деньги за декрет я получила.
– Ты еще про материнский капитал вспомни! – усмехнулся Сергей, – Воспитывать детей и сидеть в декрете – твоя прямая обязанность!
– Как и твоя – обеспечивать семью! Не надо попрекать меня детьми! Забота о них полностью на мне. Ты слишком занят на работе и… – сглотнула колючий комок в горле, – своей любовницей! Как ты мог?
На этих словах самообладание покинуло девушку. Слезы покатились из глаз непрошенным горохом. Капельки стекали по щекам, падая прямо стол. Яна всхлипнула и закрыла лицо ладонями. Это не вызвало никакого сочувствия у мужа – самого близкого, самого родного и дорого человека на свете. Он поморщился, почти брезгливо. Меньше всего ему сейчас хотелось в чем-то каяться перед женой. Он не чувствовал своей вины. Досада, раздражение, недовольство из-за того, что вместо ужина и отдыха ему приходится терпеть истерику, да, но никакого сожаления.
– Прекрати! – холодно произнес мужчина, – Я тебе уже сказал, что ты сильно изменилась. Стала похожа на курицу! С тобой стыдно выйти в люди. Мне хватает напряга на работе, еще и ты мозг выносишь. Так чего же ты хотела?
Яна оторопела. Она просто ушам своим не могла поверить. Медленно отняла руки от лица и посмотрела на мужа. Он на полном серьезе говорит сейчас, что любовница это нормально?
– Сережа, – судорожный вдох, – ты здоров? Я поверить не могу!
– Ой, только не строй из себя наивную идиотку! – губы мужа искривила злая усмешка, – Все так живут. Умные жены не лезут в дела мужчин, просто делают вид, что ничего не знают. Дети растут в полноценной семье, совместно нажитое имущество остается в семье. Или тебе пример твоих родителей ни о чем не говорит? – он сложил руки на столе и чуть подался вперед, насмешливо глядя на супругу, – Позволь напомнить, что когда твой отец глупо спалился со своей любовницей и был вынужден уйти из семьи, вы чуть не потеряли дом. Если бы не мой отец, выкупивший у банка ипотеку твоего отца, твоя мать вместе с бабушкой и младшей сестрой оказались бы на улице! Даже эта квартира, – он развел руки в стороны, – принадлежит моему папе!
Боже, какой же сволочью оказался ее муж! Как она раньше этого не замечала? Как могла полюбить эту бездушную скотину? Зачем родила ему детей? Впрочем, вот за детей Яна была благодарна Сергею. Это лучшее, что было в ее жизни! И ради них нужно бороться!
– Эту квартиру твой отец «купил» у моей бабушки, – напомнила Яна мужу, – пусть она по документам принадлежит твоему отцу, но она всегда была моей! Твой отец хотел получить гарантии, что мама отдаст ему долг за дом. Он их получил! Мама даже деньги ему уже вернула. Эта квартира принадлежит не только мне, но и твоим детям! Не смей претендовать на нее! Если ты думаешь, что сможешь выгнать от сюда меня, Илюшу и Маришку, и привести сюда свою потаскуху, то ты сильно ошибаешься! Я может быть, и толстая… но я далеко не дура! Я не просила тебя на мне жениться. Ты этого добивался. Раз я тебя больше не устраиваю, то так тому и быть. Так что я не буду тебя держать… Уходи! Но… Детям и родителям ты скажешь сам, что ты от меня уходишь и будешь жить с Леночкой!
На лице Сергея отразилось бешенство. Он с ненавистью смотрел на жену. Это немного развеселило Яну. Она торжественно сложила руки на груди и вздернула подбородок, с вызовом посмотрела на мужа. Ермакова отлично знала, что отец ему это не простит. Родители мужа просто обожали невестку, называли ее еще одной дочерью. Яна давно уже не разделяла родителей на «своих» и на «свекров». Называла их «мама» и «папа». Когда-то отец мужа – довольно успешный фермер и бизнесмен, суровый мужчина, скупой на эмоции, сказал Яне:
– Если этот балбес когда-нибудь тебя обидит, я сам ему оторву яйца.
Что-то подсказывало, что он имел в виду отнюдь не один из продуктов, производимых его же фермой.
– Ну? Что скажешь? – Яна со злорадством смотрела в глаза Сергею, – Мне ему позвонить?
Она протянула руку к телефону, лежавшему на столе перед ней.
– Нет…
Глухой голос мужа заставил остановиться.
– Я потом ему все скажу. Мне нужно время.
– Хорошо, – девушка кивнула, принимая его ответ.
– Я пойду спать.
– Иди. Твой чемодан с вещами стоит в комнате. Здесь ты спать не будешь! Не хочу тебя ни видеть, ни знать. Мне и так долго придется проветривать квартиру, чтобы избавиться от тошнотворного запаха духов твоей Леночки.
  
Известие о чемодане не вызвало в супруге никаких эмоций. Он только сжал зубы, что заставило желваки на скулах заходить ходуном.
Больше не тратя время на разговоры, мужчина встал и вышел из кухни. Только после этого Яна поняла, в каком сильном напряжении все это время находилась. Она сжала дрожащие руки в кулаки и спрятала их на коленях. В коридоре послышались шаги и шорох одежды. Девушка вышла из кухни, прислонилась плечом к стене, наблюдая, как муж обувается.