Сладострастие. Книга 2 (ЛП)

Я пью бокал вина, поправляя прическу перед зеркалом.
Несколько дней назад я был готов сделать первый шаг и попытаться поговорить с моей девушкой. Но я не смог, воспоминания о том роковом дне, ярость и ревность лишили меня дара речи и желания высказать все, что накопилось. Это как глубокая рана, которая болит, жжет и никогда не перестанет кровоточить.
Я выхожу, уже в коридорах видны знакомые лица. Саймон — капитан, уважаемый всеми своими солдатами, поэтому никто не сомневался, принимая приглашение.
  
Ирина, Лоуренс и Алан — вот некоторые из тех, кого я вижу.
- Готов к гильотине? — шучу я, заглядывая в комнату моего друга.
Он стоит перед зеркалом, пытаясь завязать галстук, а стилист гладит спинку смокинга.
—Если будешь еще шевелиться, — ругает он моего друга, — то закончишь с больше складками, чем шотландская юбка.
— Не выношу эту горячую штуку. — Он отталкивает ее. — Оставь нас, ты уже выполнил свою работу.
Мужчина уходит, не забыв забрать все, что принес.
—Через сорок пять минут я буду женатым человеком, — дрожит его голос. — Женатым... Черт, я так боюсь.
—Расслабься. —Я помогаю ему с галстуком.
—А что, если я буду плохим отцом? Или плохим мужем?
—Такие вопросы задают до предложения. Баннер убьет тебя, если ты начнешь нести такую чушь на таком этапе отношений.
Патрик входит с бутылкой шампанского, и мое настроение портится, когда я вижу, что с ним пришел Кристофер. Моя кровь закипает, я не могу на него смотреть, желание броситься на него и убить пробуждает в мне инстинкт убийцы.
— Боже, ты самый ужасный жених, которого я видел в жизни! — восклицает Патрик, направляясь к мини-бару.
—Что он здесь делает? —сдерживая гнев, спрашиваю я.
—Ответ очевиден, Льюис, —высокомерно отрезает он. —Я был приглашен, как и ты.
Я смотрю на Саймона, он знает, что я его ненавижу. Это неуважение, слишком подлый ход.
—Он тоже мой друг, —тихо отвечает он. —Я хочу, чтобы все были здесь.
—На меня не рассчитывай.
— Эй, — прервал Патрик. — Сегодня день Симона, давайте не будем его портить. — Он предложил бокалы с шампанским. — Давайте успокоимся и выпьем за нашего идиота.
Он и Саймон первыми подняли бокалы.
— За Саймона и его новую жизнь! — воскликнул Патрик.
Я выпиваю все одним глотком, но гнев не сдерживается, когда он стоит передо мной с маской спокойствия, и мне все равно на все. Я бросаю бокал, прежде чем посмотреть на него...
—Убирайся! —требую я.
—Нет! —выпаливает он.
—Зачем ты пришел? Чтобы снова испортить мне жизнь?
—Ха! Ты себя таким важным возомнил?
—Хватит! —вмешивается Патрик—. Сейчас не время для ссор.
—Ты хочешь испортить нам всю жизнь! Сделай нам одолжение и свали отсюда.
—Братт, хватит! —перебивает его Саймон.
—Дай ему выпустить пар, —говорит Кристофер, опуская стакан. — Иначе он не перестанет капризничать, как сучка.
—Ты пришел за ней, да? —Я накидываюсь на него. —Несмотря на предупреждения, ты осмелился прийти.
—Мне плевать на твои предупреждения! —Он толкает меня. —И не смей меня трогать, или я размозжу тебе башку!
Я не знаю, что в нем изменилось, но он уже не тот Кристофер, которого я знаю, и это меня пугает.
В моей голове крутится один и тот же вопрос. Вопрос, который не дает мне спать ночами, потому что если когда-нибудь ответ будет утвердительным, я потеряю все.
—Я подожду снаружи. —Он поправляет костюм.
—Ты ее любишь? —спрашиваю я, прежде чем он уходит.
Он поворачивается ко мне и смотрит на меня с яростью.
Старый Кристофер не любит даже себя, и на этой теории основаны все мои надежды.
—Нет, я не знаю... —он замялся. —Надеюсь, что нет.
Он уходит, оставив меня с сжатыми в кулаки руками.
—Он говорит это только чтобы тебя раздражать, —вмешивается Патрик. —Мы все знаем, что ему плевать на Рэйчел, просто продолжай свои попытки завоевать ее и все.
—Ты не мог бы успокоиться и не создавать проблем? —раздраженно спрашивает Саймон. —Или мне отложить все, чтобы спокойно жениться?
Я прижимаюсь к окну, не отвечая ему, глотаю воздух и пытаюсь успокоиться. Возможно, Патрик прав, и он просто хочет подставить меня.
—Кто, черт возьми, тебя стриг? —Патрик шутит с Саймоном.
Твоя бабушка? Мой свадебный подарок будет в том, чтобы привести тебя в приличный вид, потому что ты похож на одного из трех дураков.
Гости рассаживаются на белых стульях перед алтарем. Наступил вечер, и ветер поднимает золотые занавески алтаря. Путь, по которому пройдет Луиза, украшен красными лепестками.
Священник готовит отрывки из Библии, музыканты проводят репетицию.
В первом ряду сидят ближайшие родственники жениха и невесты: родители, бабушки и дедушки, братья и сестры и другие. Патрик сидит в третьем ряду рядом с Лулу, Кристофером и Анджелой. Я не вижу родителей Рэйчел, наверное, они все еще скорбят о смерти Гарри.
Анджела встает, чтобы поздороваться, на ней фиолетовое платье с очень смелым вырезом для свадьбы. Чернила татуировок выделяются на фоне ткани. В последние дни она старалась меня утешить, так как ей тяжело спать с мужем моей сестры.
Саймон стоит перед алтарем, он потеет еще больше, чем раньше, и не перестает причесывать волосы руками.
—Успокойся, —шепчу я ему.
—Не могу. —Вдохни. —Я чувствую, что сейчас обмочу штаны.
Священник встает перед амвоном.
—Дамы и господа, давайте приготовимся встретить невесту, —просит ведущий церемонии.
Все занимают свои места, музыка начинает играть, наполняя помещение звуками скрипки. Затем гости встают, и мой друг краснеет как рак.
Рэйчел первая появляется, элегантно шагая по красным лепесткам, а Бренда, Лайла и Алекса следуют за ней в нескольких шагах. Она прекрасна, всегда была и будет прекрасна, всегда и везде. Даже когда она не старается, ведь невозможно пройти мимо нее и не полюбоваться ее сапфировыми глазами. Она естественно растапливает любого, но в такие моменты, когда ее красота особенно ярко проявляется, она способна положить весь мир к своим ногам. Розовое платье облегает ее фигуру, подчеркивая ее чувственность, волосы ниспадают на плечи каскадом черных локонов. Она улыбается, идя с небольшим букетом в руках.
Глаза Кристофера прикованы к ней, он нескрываемо разглядывает ее, заставляя мою кровь застыть, потому что он смотрит на нее не равнодушно: он смотрит на нее так, как я хотел бы, чтобы он смотрел на Сабрину.
Страх возвращается. Я реалист: если он подойдет, я проиграю, а я не готов к этому.
Рэйчел
Оранжевое солнце начинает опускаться, скрываясь за океаном, а музыкальные ноты щекочут мою кожу. Я пропускаю вперед свою подругу с самой широкой улыбкой, ведь сегодня ее день.
Саймон и Братт стоят у алтаря, второй смотрит на меня так же, как в день, когда мы познакомились, а первый выглядит так, будто сейчас упадет в обморок. Луиза идет сзади, держась за руку отца, я занимаю свое место, и мое сердце наполняется радостью, когда я вижу, как моя подруга идет к алтарю, а вокруг ее глаз появляются морщинки от улыбки.
Они останавливаются перед Саймоном, Братт толкает его локтем, пытаясь вывести из шока. Тот не реагирует, и отец Луизы кладет руку на талию, показывая револьвер, который носит за поясом.
Саймон наконец реагирует и берет руку своей невесты, но тесть не дает ему.
— Я еще не сказал своих слов, — бормочет он. — Я отдаю тебе одно из самых ценных сокровищ семьи Баннер, — начинает он, — береги ее, уважай и люби.
Саймон нервно кивает. Маркус отпускает дочь и пытается уйти, но в конце концов возвращается.
—Я знаю, как пользоваться оружием, —добавляет он. —Я был снайпером.
  
—Папа! —сжимая зубы, ругает его Луиза.
Саймон тянет ее к себе и ставит перед собой. Она счастлива до немочи, а он выглядит так, будто его пронзили копьем. Я оглядываю всех гостей, жаль, что моя семья не приехала.
Скотт, Лоренс, Ирина и Алан улыбаются, я останавливаю взгляд на Кристофере и Анджеле. Она выглядит сексуально в фиолетовом платье, а он, как всегда, безупречен в черном костюме, сшитом на заказ. У меня сжимается желудок, поэтому я предпочитаю отвести взгляд.