По ту сторону Рая (СИ)
Глеб
Я думал, что взял себя в руки, мне казалось, так и есть. Все вернулось в привычный ритм. Работа, поездки, сделки. Дом, сын, Оксана… Да кому я лгу? Как раньше уже никогда не будет. Где-то там есть женщина, которую я не могу забыть. Она словно стала частью меня, неизлечимой болезнью, от которой не умирают, но мучаются пожизненно.
С Оксаной сложнее… Наша «идеальная» жизнь дала сбой. Она гостила несколько недель у родителей, потом я отправлял ее с Димкой отдыхать в Европу. А после того как они вернулись, Оксана стала похожа на живую куклу. Она не пытается со мной заговорить, не задаёт вопросов и ничего не просит. Просто живёт, выполняя функции матери и примерной жены. Близости и любви не требует, в глаза смотрит редко, больше летает где-то в своем хрустальном мире. Иногда мне хочется встряхнуть или отхлестать ее по щекам, чтобы пришла в себя и прекратила строить песочные замки.
И ведь я могу остановить ее очередную затяжную депрессию. Все просто, надо прийти домой приласкать, налить в уши сиропа, и Оксана расцветёт. Все встанет на свои места, примерная жена будет вновь на коротком поводке. Но у меня нет желания ничего реанимировать. Пусть наши отношения остаются образцовыми только для общества и сына.
Весна выдалась дождливой, едва растаял снег, начались проливные дожди. Выхожу из здания компании, поднимаю ворот пальто, вынимаю сигареты, достаю одну зубами, прикуриваю и смотрю на дождь. Мимо меня пробегают подчинённые, торопясь домой, а я никуда не тороплюсь. На крыльцо выходит девушка лет двадцати пяти. Я точно знаю, что она работает на меня, но кем не знаю, да и не интересно. Миленькая шатенка с косой, перекинутой на плечо. Девушка останавливается рядом со мной и хмурится, смотря на огромную лужу.
— Ой, добрый вечер, — произносит она, замечая меня, и немного морщится от дыма.
— Добрый, — отвечаю я и выпускаю облако дыма. Осматриваю девушку — красивая фигура, тонкая талия, подчеркнутая ремнем бежевого плаща. Отворачиваюсь, продолжая курить. Все, вроде, на своих местах, а удовлетворения от жизни нет.
— Я зонт не взяла, а до метро далеко, поэтому вызвала такси, — вдруг произносит девушка, словно оправдываясь.
— Что? — перевожу на нее взгляд и цепляюсь за выразительные бордовые губы. Нет, я не хочу эти губы. В памяти вспыхивают другие губы, с такой же помадой. Она всегда красила губы в яркие кричащие цвета. А я, словно сумасшедший, слизывал помаду, мне всегда было мало этой женщины. Всегда! Особенно сейчас… Сука! И так, мать ее, каждый грёбаный день, любая деталь напоминает о той, имя которой я хочу забыть. Иногда мне хочется убить ее, пустить пулю в лоб. Чтобы этой женщины не существовало…
— Говорю, зонт… — мнется девушка.
— Это я понял, — прерываю ее. — Зачем мне эта информация?
— Ммм, просто… Извините, — краснеет, хлопая ресницами.
Самое интересное, что я так и не нашел себе любовницу, наверное, потому что и не искал… Шлюхи не в счёт, это просто удовлетворение животной потребности, чтобы не взорваться, больше для разрядки. Чисто механические движения, не несущие за собой удовлетворения… после такого секса хочется отмыться с хлоркой.
Я опустошён, меня никто не питает. Хочется определенной женщины и в сотнях лиц я ищу Стефанию и хотя бы долю той энергии. Но все бесполезно, она уникальна. И от этого понимания, вновь начинает ломать. Когда это прекратится?! Сколько, мать ее, ещё нужно времени?! Всегда считал, что все в наших руках, стоит лишь захотеть и можно получить все. Но мне нужна полностью моя женщина — и душой, и телом. Принимающая меня без условностей, а не та, которая залезла на другого мужика, даже не удосужившись надеть презерватив. Меня тошнит от этой информации и одновременно тянет к ней как заколдованного. Но чужая беременная женщина мне ни к чему. Иногда ненавижу себя за принципы. Хочется выкрасть ее, запереть где-нибудь вдали от города и принудить быть со мной. Нет, поставить перед фактом и держать как рабыню… Больные фантазии берут верх. Кажется, я схожу с ума. Сегодня особенно. Видимо, весеннее обострение.
— А вот и мое такси, — девушка продолжает со мной беседу. — Доброй ночи, — и убегает, скрываясь в жёлтой машине. Вряд ли моя ночь будет доброй, сегодня нужно попытаться отключить мозг и расслабиться, иначе и правда поедет крыша. Хотя мне все чаще кажется, что я давно помешан.
Сажусь в машину и прошу водителя отвезти меня в клуб. Это не простое место, где дрыгается молодёжь под действием наркотиков. Это специальное место для таких, как я. Вход только по карте гостя.
Прохожу внутрь, смахивая с волос капли дождя. Меня как всегда встречает администратор, радушно улыбаясь.
— Отдельная комната? — спрашивает она.
— Нет, пока основной зал и коньяк.
— У нас сегодня новые девочки, — сообщает она, забирая пальто.
— Хорошо, посмотрим, — отвечаю я, хотя мне плевать, новые там девочки или старые, все шлюхи на одно лицо. Почти никогда не пользовался их услугами, у меня всегда были любовницы. А сейчас опустился до хоть и элитных, но шлюх, потому что не могу найти замену Стефании. Никто больше не цепляет.
Юлия провожает меня в небольшой полумрачный зал с круглой сценой, на которой танцует молодая девочка в образе восточной принцессы. Сажусь за столик в удобное кожаное кресло и вновь закуриваю в ожидании спиртного. В принципе, здесь можно все, за ваши деньги. Если я захочу трахнуть девку в этом кресле или на сцене на публике, никто мне не запретит. На отдаленных местах обычно сидят те, кто любит наблюдать. А на втором этаже — комнаты на любой вкус для приватов. Вот такое развратное место, красиво замаскированное под элитный клуб, идеально для снятия стресса, напряжения и удовлетворения любых извращённых желаний.
Мне приносят коньяк, сыр и оливки, но я только пью, лениво рассматривая девушку на сцене. Трахнуть что ли сегодня эту восточную принцессу. Вот так, не снимая костюма, поставить на колени и заставить сосать, лишая дыхания. Представляю себе эту картину и не заводит. Последнее время вообще чувствую себя импотентом. Все настолько приелось… Да кого я обманываю?! Дело совершенно не в этом…
Выпиваю пару бокалов спиртного, рассматривая уже девочку в виде японской школьницы, она заканчивает танец, спрыгивает со сцены и идёт в зал, виляя бедрами из-под ультракороткой юбки. Девушка подходит к одному из столиков и сразу залазит на колени к клиенту, который хватается за упругую задницу. Отворачиваюсь к сцене, а потом опять резко поворачиваюсь, поскольку узнаю мужика. Это Демченко!
Смеюсь, запрокидывая голову на спинку кресла. Он явно здесь частый гость и вот эта «школьница» — его заказ. Он внаглую снимает с девки короткий топ, оголяя грудь, тут же щипая за соски. Мм, какие грязные открытия. Демченко у нас любитель трахаться на публике. Во мне нарастает злость и агрессия к этому человеку. Я забыл о его существовании, только потому что меня просила Стефания. Потому что она молила о нем, как об отце ребенка. И я наступил себе на горло, позволяя ей жить с тем, кого она любит! И вот на это она меня променяла?
Смотрю, как он жадно лапает шлюшку, залезая ей в трусы, и накатывает тошнота. А потом эти грязные руки трогают Стефанию.
А самое смешное, что я уже понимаю, что сегодня урою этого мужика и уже никто меня не остановит. Да, я тоже не идеален, но меня просто выворачивает от понимания, что где-то там Демченко ждёт беременная женщина, а он грязно лапает шлюху, а потом ляжет к ней в кровать. И ведь я тоже так делал и в период беременности Оксаны и после… и становится тошно уже от себя.
Матерюсь сквозь зубы, допивая порцию коньяка, и жду, когда эта мразь удовлетворит свои потребности. Откидываюсь на кресло, закрываю глаза, слыша, как девка начинает громко стонать, перекрикивая музыку. Давай, мразь, трахнись напоследок и я оторву тебе яйца. А пока это происходит и во мне все больше и больше закипает адская ярость, я прихожу к выводу, что мне нужно отпустить Оксану. Хочет она этого или нет. Чтобы дать шанс исполнить свою мечту о любви. Все, игра закончена, я сдаюсь и признаю, что моя модель жизни дала трещину.