Подкидыш

Мне была показана вся пещера, с двумя небольшими комнатами-отнорками, в одной из которых находился довольно мягкий топчан, небольшой столик, чуть в глубине, за очередной ширмой, был установлен вполне современный унитаз, с мойкой поверх бачка, пополняемый водой из родника, находящегося где-то за стеной, а вдоль стены громоздились деревянные ящики, почти до самого свода пещеры.
  
— Это неприкосновенный запас, на тот случай, если тебе по каким-то причинам, придется отсиживаться здесь, достаточно долгое время. Говорят, зимой здесь случаются затяжные метели, на несколько суток. Чтобы не рисковать, проще пересидеть здесь, чем пытаться вернуться обратно в монастырь.
Вторая комната, была отдана под стеллажи, на которых ровными рядами покоились огромные фолианты. Книг было по меньшей мере около полусотни. Одного взгляда на которые хватило, что понять их древность. Огромные в более полуметра размером тома, в кожаных переплетах украшенные замысловатым тиснением, и бронзовыми застежками.
— Далай-лама, запретил выносить отсюда эти книги, вплоть до разрыва всяческих отношений. Поэтому удалось лишь сделать фотокопии содержимого. И честно говоря, оно несколько расстроило исследователей. По большей части, здесь собраны сведения о поставках продовольствия и каких-то иных материалов для строительства дворца Далай-Ламы — Потала, в Лхасе. Хотя встречается и пара интересных историй. Записи начинаются где-то от 1350 годов. То есть времени первого Далай-ламы Тибета. Времени у тебя будет предостаточно, тибетский язык ты вроде бы знаешь, так что, библиотека в твоем распоряжении. Ограничение, тоже самое, книги из этой комнаты выносить запрещено, а так можешь читать что угодно. Это даже приветствуется, как бы приобщает к вере.
Уже прощаясь, Шеффер, словно вспомнив о чем-то важном, добавил, что на мой расчетный счет в том банке, куда перечислялось мое денежное содержание, как представителя Абвера и работника компании «Agfa», будет ежемесячно переводиться определенная сумма, равная должностному окладу оберлейтенанта, с соответствующими доплатами за условия службы. Сам я, в силу специфики службы лишен возможности покинуть это место, но при необходимости смогу заказать, все, что необходимо через монаха.
— Выпишешь ему чек, он купит и доставит все что угодно в пределах суммы. Разве что кроме женщины. Проституция здесь не в чести.
На этом мы и распрощались. Эрнст Шеффер вместе со своей экспедицией отправился на Тибет, а я остался куковать горах на границе между Тибетом и Непалом. Единственное, что вселяло надежду, так это то, что пять лет должны закончиться в 1944 году, а скорее гораздо раньше, потому что очень скоро Гитлеру, будет просто не до меня. С одной стороны, все это очень похоже на ссылку, и думаю, если бы обстоятельства сложились несколько иначе, то есть Великая Отечественная война завершилась как-то по-другому, то могло все закончится печально. Но я-то знаю историю, и думаю, что смогу выбраться из этой ситуации без особенных потерь для себя.
Оказалось, что при монастыре, как и здесь, имеется довольно большая библиотека, а находящиеся там монахи, весьма образованы. То есть, довольно скоро, я начал вполне адекватно понимать то, что читаю, не особенно прибегая к разъяснениям тех или иных слов и выражений. Словарей здесь увы не было. Кроме того, монах, без каких-либо вопросов, добрался до ближайшего индийского городка, и закупил все, что я у него потребовал, и с этого момента, у меня появилась возможность фотосъемки. Я исходил все окрестные горы, снимал природу, животных, людей. Одним словом, нашел для себя занятие, и был в общем то вполне удовлетворен своей собственной жизнью. Единственное чего мне не хватало, так это женщины. Но связывать себя узами с представительницами местного населения, было выше моих сил, горная стужа и ветер не красят никого, а уж как уродует лица женщин, это надо видеть, а никого другого здесь не имелось.
Благодаря аппаратуре, установленной в пещере и на горе, я имел возможность слушать весь мир. Уж если ретрансляторы дотягивались до Берлина, то с тем же успехом, я мог поймать практически любую радиостанцию в Европе, Японии, на севере Австралии, или на востоке Африки, и все, что находится между ними. Одним словом, здесь было не так уж и скучно. Не меньшее удивление вызывали переговоры между Далай-ламой, Гитлером, или рейхсфюрером. И ладно бы эти переговоры действительно несли бы под собой, какую-то реальную пользу. Но по сути, эта была пустая болтовня, о «Мировом льде», Ариях, мировом господстве, и миссионерской деятельности. И неизвестно еще, кто держал верх в этих беседах. Порой казалось, что Далай-лама, откровенно смеется над вопросами Гитлера, и несет такую ахинею, от которой уши сворачиваются в трубочку, но Гитлер, воспринимает все это как божественное откровение. С другой стороны, я послушав эти беседы пару раз, больше не стал тратить на это время. Может после характер этих разговоров и изменился, не знаю, но вникать в них, уже не было желания.
В какой-то момент, мне удалось связаться со своим банком, и после некоторых переговоров, организовать перевод части денежных средств на счет в Гонконге. Тот счет был номерным, и потому, я мог получить с него средства, даже при отсутствии документов. Достаточно было назвать номер счета и двенадцатизначный пароль, мне так было удобнее, кто знает, как придется срываться со своего места, далеко не факт, что я смогу добраться до тайника в Китае, где у меня лежат Китайские документы. А получив доступ к счету, в том же Гонконге, сделать документы, проще простого.
В феврале 1942 года, мне чудом удалось зафиксировать радиопереговоры командира британского отряда разведки, с неким центром, предположительно находящимся в Калькутте, или где-то в другом месте Индии. Он докладывал о том, что отряд под его предводительством, подобрался почти вплотную к цели, и до горы Канченджанга осталось не больше двадцати километров. В данный момент, его отряд остановили погодные условия, и сошедшая с одной из гор, по пути к цели лавина. Как только погода наладится, он будет готов двигаться дальше. В ответ, на него обрушился гнев начальства, больше упирающий не на то, что произошла задержка, а скорее за открытый текст связи. Тот в ответ попытался, что-то сказать в свое оправдание, но похоже это мало помогло.
На всякий случай, связался с Берлином и доложил о том, что какой-то вооруженный отряд англичан, двигается в сторону горы, на которой находится ретранслятор. Кто его знает, идут ли они по мою душу, или же просто прорываются в сторону Тибета, или куда-то еще, но решил на всякий случай подстраховаться. В ответ, тут же получил приказ, на ближайшие дни, передислоцироваться в «Пещерный храм», и разрешение вскрыть ящик с неприкосновенным запасом на время моего там нахождения. В случае, попытки взлома входа, или какого-то иного недружественного хода со стороны противника активировать протокол: «Tibet000» набрав соответствующую команду на блоке управления. На время осады, любые радиопереговоры прекратить,но по возможности попытаться зафиксировать и записать радиообмен противника.
И вот теперь находясь в пещере, раздумывал о том, к чему приведет, активация этого протокола. Хотя по большому счету, все было понятно и так. Наверняка, по мимо заминированного ретранслятора на вершине горы, тоже самое сделано и здесь в Пещерном Храме. И стоит мне только нажать эти восемь кнопочек, как половина Канченджанга, взлетит на воздух, разумеется вместе со мною. Хотя если подумать, такой выход будет наилучшим, ведь если я попаду в шаловливые ручонки британских вояк, меня ждут веселые денечки, с моим потрошением и выпытыванием всего что я знаю, и о чем только догадываюсь. Вряд-ли, здесь будет кто-то заморачиваться какими-то там конвенциями о запрете пыток военнопленных. Да и откуда их взять-то. Даже сейчас я в гражданском, войны в этих местах нет, так что пытать меня никто не запрещает.
  
Свободного времени, было хоть отбавляй, поэтому вновь взялся за чтение одного из фолиантов, в котором описывалась история Тибета. Повествование было хоть и несколько нудноватым, потому что описывались, никому казалось, ненужные подробности. Но если не обращать внимания на эту шелуху, довольно интересным. Читал я все это уже достаточно свободно, если вначале и приходилось спотыкаться, из-за плохого знания языка, то почти два года практики, дало о себе знать, и я воспринимал написанное достаточно легко. Закончив с очередной главой, отметил страницу закладкой, и закрыл книгу, задержав свой взгляд на орнаменте покрывающим ее обложку. Чисто автоматически, снял с пояса свой фонарик, и прислонил его к какому-то углублению, дав направленный луч света. Тут же произошло тоже самое, что и на входной двери. Выпуклости барельефа тут же сложились в какую-то дорожку, а у меня в сознании мгновенно вспыхнуло понимание того, куда именно указывает этот путь, и что я должен сделать, чтобы пройти его до конца. Но стоило мне только вскочить со своего места, как в тот же момент, я услышал громкий взрыв, из-за которого гора, в которой я находился, будто подпрыгнула на своем основании, и грузно осела обратно. Меня как будто ударили одновременно по обеим ушам, и я потерял сознание…