Маска Феба 2 (СИ)

Всё, я волнуюсь, но в пределах допустимого. Ну, как перед серьёзными соревнованиями. Нас развели на пятнадцать шагов, теперь мне остаётся только надеется на небеса и криворукость соперника.
Непозволительно долго секунданты возятся, наконец прозвучала команда. Теперь в любой момент прозвучит выстрел. Я постарался расслабиться. Максимально осложняю ему прицеливание, он видит мой правый бок и повёрнутую к нему голову. По правилам мы в белых рубашках. Ничего лишнего.
  
Вот его рука пошла вверх, вспышка выстрела и я почувствовал как меня чуть дёрнуло за заднюю поверхность трицепса. Зацепил рубашку гадёныш, видать очень хотел попасть и целился на поражение.
Ну, теперь мой черёд. Рука не дрожит, по крайней мере сегодня в меня больше стрелять не будут. Спокойно прицеливаюсь и поймав дыхание нажимаю спусковой крючок. Дымное облачко, в руку мягко толкает отдача и я жду, когда станет ясной картинка.
Неплохо, я попал. Не уверен, что ранение смертельное, но противник стоит на коленях, зажимая плечо рукой. И судя по обильно текущей крови там отнюдь не царапина.
Ну, им займётся врач. Секунданты обменялись любезностями, дуэль завершена и стороны удовлетворены. Я-то так однозначно. Мне не жалко его, он решил взять на себя функцию бога — решать с помощью опасной игры кому жить и любить, а кому потерять всё. Ну так урок тебе милейший, надеюсь тебе нескоро захочется это повторить.
Уже в карете понял, что меня тоже зацепило. В горячке даже больно не было, а сейчас стянул рубаху и виден рваный след от пули.
Чёрт, гвардейцы повезли лечить меня к своему полковому лекарю. А тот просто сунул мне в зубы стакан водки вместо обезболивающего и начал штопать меня как прохудившийся мешок. Но вскоре «наркоз» подействовал и мне захорошело. Проснулся я уже к вечеру, рука побаливает и затянута в тугую повязку. Не привык я к таким лошадиным дозам алкоголя, голова как колокол. Поэтому я попросил служанку заварить мне травяной сбор. Его мне презентовал Лу, сказал, что помогает от всяческих мигреней и прочей напасти.
Елы-палы, дайте же поболеть спокойно. Опять звонок в дверь, наверняка Гриша со товарищи припёрлись, отмечать удачное завершение дела. Неужели непонятно, что человеку надо отойти от стресса.
— Барин, там к Вам барыня, говорит Ваша знакомая.
— Зови, — и я попытался закутаться в халат. Из-за повязки сделать это быстро не получилось.
Перестук лёгких каблучков и дверь открылась. Я одновременно и ждал, и не хотел её прихода. Настя, как всегда хороша. Я с удовольствием смотрю на её стройную фигурку. Видимо это не осталось незамеченным:
— Ну вот, я бегу к нему, думаю больной при смерти. А он, как настоящий сластолюбец думает только об одном.
Нет, Настя для меня сейчас как глоток свежего воздуха. Но я не хочу выглядеть перед нею слабым, да и самочувствие не очень, если честно.
Настя не отказалась присоединиться ко мне, только ей служанка приготовила обычный чай. Но к нему нам подали свежую выпечку.
Чёрт его знает, что действительно подействовало? Чудодейственный сбор трав от китайского кудесника или присутствие Насти. Лично мне больше нравится второй вариант. И даже не так уж и плохо быть пострадавшим. За мною ухаживают и всячески заботятся. А я попытался понять, хотел бы я, чтобы эта женщина стала моей и каждый день мелькала у меня перед глазами? Не знаю, как и в прошлой жизни, у меня не было длительного опыта проживания с женщиной. Мне кажется, нам обоим быстро это надоест.
И ещё что показательно, Анастасия является пусть и не кровной, но родственницей дуэлянта, но про него мы дружно не говорим. Интересно, она его уже навестила? Вопрос принципиальный, если направилась сразу ко мне, значить выбор сделала.
— Как Валентин?
— Не знаю точно, тётушка послала лакея к нему разузнать, что да как. Но тот пока не вернулся.
— Не жалеешь его?
Покачивание головы я принял за отрицательный ответ, но тему девушка развивать не стала. А уж я тем более, просто воспользовался моментом и пересел на диван. Поближе к стулу, на котором сидит девушка. А её прохладную ладошку экспроприировал по праву болящего, положил на горящий лоб и прикрыл глаза. Я пострадавший в борьбе за свою честь и мне полагаются некоторые привилегии. Господи, как хорошо.
А вот утром понял, что не всё так замечательно. Рана вроде не глубокая и стянута несколькими швами. Воспаления нет, значить опытный лекарь заслужил своё немалое вознаграждение. Но заниматься любыми упражнениями совершенно невозможно. Чувствую себя сущим инвалидом. Пришлось переться в школу и активно мешать обоим тренерам.
И если Иван Николаевич был фанатиком классической борьбы, то из Рене вышел неплохой наставник-вольник. Разумеется, я сам его натаскивал и вся база приёмов для нашей школы в этом виде борьбы создана мною на основании прошлого опыта. Названия тоже дал я привычные по прошлой жизни– накат, суплекс, мельница, рычаг, обвив, вертушка, кочерга и прочие.Мне пришлось в своё время потратить немало времени на француза, зато сейчас у меня получился неплохой тренер. Он начал знакомство с вольной борьбой имея большой опыт французской борьбы, что позволило ему так быстро прогрессировать. У нас чёртова дюжина неплохих ребят, которые сразу начали заниматься именно «английской» борьбой.Но, так как правила у меня значительно отличаются от традиционных британских, то и саму борьбу планирую назвать русской. Я уже сейчас ввёл некоторые приёмы из самбо и дзюдо. Это — в первую очередь болевые и удушающие. В этом принципиальное отличие от классической английской школы. Не уверен, что спортивная общественность сразу примет подобные новшества. Но я буду очень стараться.
В середине июня открытие «Екатерининского» клуба. На это важнейшее мероприятие приедет не только она со своим дражайшим кронпринцем, но возможно и представители российской императорской династии. Я на связи не только с Гюставом, но и с другими европейскими коллегами, включая англичан. Праздник спорта запланирован грандиозный. И тут основная нагрузка в спортивном плане падает разумеется на меня. А вот организационная по-прежнему на графе Шереметьеве. Сильные мира сего клюнут на красивую обёртку, мы на это очень надеемся. Турнир будет проводиться по французской борьбе, но в конце его мы проведём несколько показательных боёв с англичанами и покажем также совсем новый вид спорта. Уже сейчас начата разъяснительная компания, а газетах. Прикормленные писаки описывают правила вольной борьбы с дополнительными элементами. Приводятся имена знаменитых борцов, которые посетят это мероприятие. Насколько я знаю, турниры такого уровня в Европе и США ещё не проводились. Я имею в виду не только большое количество участников, но и имена действующих знаменитых чемпионов. Кстати, американцы тоже отметятся у нас, есть положительные ответы на приглашения. Тут уж Гюстав постарался, его интерес отчётливо просматривается. Это и вывезти ребят своей школы и поднять на новую высоту интерес к борьбе. А если в Санкт-Петербурге турнир получит покровительство членов императорского дома, то он просто обречён на успех.
И вот, когда до запланированного грандиозного события остаётся всего два месяца, я выбываю из строя с досадной царапиной. Правда при этом у меня остаётся больше времени на организационные моменты.
— По-моему, Анастасия на тебя обижена, — это меня соизволила навестить сестрица. Она возобновила общение с княгиней, встречаются на нейтральной территории. Я не вдавался в подробности их встреч, но Мари заметила, что я не в настроении. Ну и использовала свои чары. Подсела ко мне, прижалась плечиком и быстренько выудила причину моей хандры.
  
Я сам не понял, как подсел на вполне невинные встречи с Настей на улице. Мы просто гуляли, частенько я использовал проверенный способ и интересовался её сынишкой. А ещё Настя оказалась неравнодушна к истории. Во все времена её пишет победитель и с этой точки зрения моё видение на исторические процессы в корне отличаются от её. К примеру, американцы для неё — пример для подражания. Отчаянные и предприимчивые люди смогли покорить целый континент. А вот о том, как они это делали, девушка никогда не слышала. И когда я рассказал ей несколько наиболее показательных примеров, типа покупки острова Манхэттен за сумму в 24 доллара в виде бусин и прочих безделушек. Или про заражённые оспой одеяла, подаренные колонистами наивным индейцам, приведшие к эпидемии этой ужасной болезни. То она чуть не плакала.