Штормовая волна (ЛП)

К будущему, которое он уже не увидит, мистер Чайновет относился недоверчиво.
Элизабет жестом велела дворецкому принести следующее блюдо для остальных. Это были вишневые пирожки, булочки, пирожные с яблоками и пудинг с изюмом, а также взбитые сливки, заварной крем и желе. Некоторое время обед сопровождался лишь завыванием ветра. Джордж разрушил тихую домашнюю атмосферу и выглядел королем, только что прибывшим к своим подданным. Все пытались вести себя как ни в чем не бывало, но никому это не удавалось.
  
Морвенна посмотрела на Элизабет, перехватила ее взгляд и сделала ей знак, что хочет уйти. Элизабет едва заметно покачала головой.
— Насколько я заметил, — сказал Джордж, — сад в запущенном состоянии. Чем занимаются слуги?
— Трудно поддерживать сад аккуратным в это время года. Да еще на таком ветру. Рядом с воротами отломилась еловая ветка.
— Нужно спилить всё дерево. Подмастерья прибыли?
— Вчера днем.
— Они обошлись мне в пятнадцать фунтов за каждого. Я подумал, что это слишком, ведь они из работного дома, но мастер сказал, что они способные.
— Похоже на то. Но одного из них, Уилкинса, я не приму в дом, потому что он не перенес оспу. Пусть ночует в деревне.
— Кстати, Джордж, — вставила миссис Чайновет, покопавшись в глубинах памяти и справившись с вышедшим из повиновения языком. — Ты знал, что малыч-шка Морвенна снова выходит замуж?
Морвенна в ужасе уставилась на старушку: до сих пор об этом даже не упоминали. Ей и в голову не приходило, что миссис Чайновет знает.
— Нет, — сказал Джордж, положил нож и глотнул вина. — Это может быть выходом из твоего затруднительного положения. И кто же он?
— Папа, — обратился к нему Валентин, — я кое-что нарисовал в альбоме, который ты купил мне в Лондоне. Нужно раскладывать бумагу ровно, а не то вся краска стечет. Я покажу тебе после обеда. Мама, можно мне выйти из-за стола?
— Нет, милый, не сейчас.
— Соединенные Штаты, — брякнул мистер Чайновет, очнувшись из полудремы. — Так они себя называют. Демократия. Ха! Но что об этом говорит их президент, а? А? Я вам скажу. Он говорит: «Помните, не существует демократии, которая не покончила бы самоубийством». Так он говорит. Как там его зовут? Забыл. Адамсон или Адамс, как-то так.
Буря набросилась на дом, словно грозя его опрокинуть. Вошел лакей и унес тарелки.
— Мне кажется, — сказала Элизабет, — тот серебряный кофейник, что мы купили в Лондоне, оказался с дефектом на крышке. Думаю, следует его вернуть.
— Я заплатил за него двадцать шесть фунтов, — заметил Джордж.
— Твой старый конь, Родственник, охромел на задние ноги, — продолжила Элизабет. — Бутылка микстуры Даффи ему немного помогла. Наверное, это частично от старости.
— Нужно от него избавиться, — ответил Джордж.
— Папа, — сказал Валентин, — когда мы приехали, было так весело! Не успели мы войти в дом, как ястреб погнался за воробьем, а воробей влетел через открытую дверь в большой зал и спрятался за стенной панелью, а ястреб последовал за ним в дом. Тут такое началось! Все слуги засуетились! А под конец воробей вылетел обратно, а ястреб за ним!
Все замолчали, слушая ветер.
— Вчера заходил Фармер Хэнкок, — сообщила Элизабет. — Он хочет возобновить аренду тех тридцати акров, которые ты ему отдал. Говорит, что сейчас платит тридцать пять фунтов в год.
— Хэнкоку стоило бы лучше подумать, прежде чем беспокоить тебя своими проблемами. На следующей неделе здесь будет Танкард.
— Я этого не знала. Как и не знала, конечно же, что приедешь ты.
Снова воцарилась тишина.
— Так кто же он? — спросил Джордж Морвенну.
Морвенна посмотрела на него невидящим взглядом.
— Вш-чера Люси Пайп принесла новости из ч-церкви, — объявила миссис Чайновет. — Как там его зовут? Плотник или кузнец, кто-то в этом роде. Не ош-чень подходящая партия, должна заметить. И что подумает ее мать?
— Это Карн? — спросил Джордж, не сводя взгляда с Морвенны.
— Папа, — встрял Валентин, — пойдем со мной после обеда, я покажу тебе...
— Стивенс, — обратился Джордж к дворецкому, — пожалуйста, уведите ребенка.
Последовала короткая, но бурная сцена, и едва не плачущего Валентина увели из столовой. Когда суматоха улеглась, Джордж повторил:
— Это Карн?
Морвенна не отвела от него взгляд.
— Да, — ответила она.
II
У ворот Тренвита порыв ветра чуть не сбил лошадь и седока, так что Дрейк спрыгнул и побежал рядом с Джудит по гравийной дорожке. Путь был неблизким, но нетерпение пересилило страх наткнуться на егерей. Дрейк оказался у главного входа. Он привязал Джудит к коновязи и постучал. На любезности не было времени.
Через некоторое время слуга приоткрыл дверь на узкую щель, чтобы не впустить ветер.
— Да?
— Мор... Миссис... Я пришел за миссис Уитворт.
Лакей посветил на одежду Дрейка.
— Войди через заднюю дверь.
Дверь стала закрываться, но Дрейк сунул в щель ногу.
— Я пришел к миссис Уитворт! Раньше она была мисс Чайновет! Около полудня она сказала, что зайдет сюда. — Он задумался. — А миссис Уорлегган здесь?
— Ступай к задней двери, парень, где тебе и место, а не то...
— Могу я видеть миссис Уорлегган?
В коридоре началась какая-то возня. Открылась внутренняя дверь, оттуда упал свет.
— Что такое, Моррисон?
— Тут человек, сэр.
Дверь хлопнула, ветер влетел в зал и завизжал, как безумный ребенок.
— Прошу прощения, мистер Уорлегган, — сказал Дрейк, стиснув зубы. — Я не хотел вам мешать, но мне сказали, что Морвенна здесь, вот я и пришел за ней.
— Карн, — отозвался Джордж. — Ты вторгся в чужие владения. Закон на этот счет строг, а я судья. Даю тебе три минуты, чтобы убраться с моей земли. — Джордж вытащил часы. — А потом я позову егерей.
Из комнаты за его спиной появилась Элизабет. Ее лицо было напряжено от сдерживаемых эмоций.
— Ах, так это Дрейк? — сказала она. — Ты, должно быть...
— Мэм, я разыскиваю Морвенну. Если...
— Она ушла. Всего минут десять назад.
Наверху закричал ребенок, и с силой хлопнула дверь.
— Ушла? Куда? Куда, мэм?
— Она ушла. Я думала, она...
— Ушла пешком?
— Да, она не захотела остаться.
— Я только что из мастерской, — сказал Дрейк. — Но не видел ее по пути.
— У тебя две минуты, — сказал Джордж. — А если ты сомневаешься в словах моей жены, то я и их тебе не дам, наглый щенок. Что до этой... потаскушки с мутным взглядом, на которой ты намерен жениться, то я позабочусь о том, чтобы она никогда больше не переступила порог этого дома. И чтобы ни с кем из этого дома не встречалась! Ты понял?! Если она переступит границы моих владений, я выгоню ее, как попрошайку!
— Дрейк, — сказала Элизабет. — Если ты прибыл по подъездной дорожке... Возможно, она срезала путь.
— Всего десять минут назад? — Дрейк заколебался. — Спасибо, мэм. Спасибо, мэм.
Дрожа от ярости и возбуждения, Дрейк развернулся, и дверь тут же захлопнулась за его спиной, сбив его с ног. Он схватил поводья Джудит, вскочил в седло и направился прямо в сердце бури.
Элизабет наверняка сказала правду. Но даже если Морвенна покинула Тренвит, пошла ли она домой? Она может где-то бродить. Даже пойти к утесам. Если Джордж обращался с ней так же, как и с Дрейком, она может быть в ужасном состоянии. Да еще в темноте, под низкими тучами и на таком жутком ветру...
Колотя пятками по бокам лошади, Дрейк добрался до ворот и поскакал к дому. Уже начался отлив, и стало меньше пены, но все равно в воздухе летали веточки, пыль и мелкий мусор, попадая в глаза Джудит, и лошадь беспокоилась. На улице почти никого не было, хотя вечер только начался. В такую погоду никто и носа из дому не высунет. То тут, то там в коттеджах мелькали огоньки. За бухтой Тревонанс ветер слегка ослаб.
  
Джудит встала на дыбы и чуть его не сбросила — дорогу, словно злой дух, перебежал барсук. А если Морвенна упала и заблудилась в темноте? Из суеверия Дрейк не решился позвать ее по имени. А вдруг это только ее оттолкнет? Вдруг она не узнает его голос и спрячется в канаве, пока он будет проезжать мимо? Или еще чего похуже, в расстройстве от разговора в Тренвите у нее снова возникнет то невротическое состояние, в котором она отвергла Дрейка в апреле, и она не откликнется. Сначала нужно ее увидеть и понять, как она. Он молча молился, даже без слов.