Вивиан (СИ)

— Я понимаю, почему и для чего вы требуете от своих подчинённых дисциплины, исполнительности и полной самоотдачи, но это нужно делать только в рабочее время, — последнее альфа подчёркивает особенно выразительно. — Да, бывают ситуации, когда нужно задержаться и что-то доработать, но это единичные моменты, а не каждодневный порядок вещей. Поймите, Вивиан, у этих людей есть семьи, которым они должны уделять внимание. Не побоюсь сказать вам это обвинение в лицо, однако из-за вашей неоправданной жесткости по отношению к сотрудникам наш филиал теряет свою репутацию, более того, может потерять квалифицированных работников.
  
— Хорошо, мистер Хэйс, — подымаясь с места, отвечает Вивиан. — Я принял к сведению ваши замечания и приложу все усилия, чтобы исправить сложившуюся ситуацию.
На этом Тайтус покидает кабинет руководителя, не споря, не пререкаясь, не пытаясь отстоять свою позицию. Пусть он и не видит ошибки в собственных методах руководства, однако только что с ним говорили исключительно как с подчинённым, дав понять, что данное указание не обсуждается.
Да, возможно, в чём-то он перегнул палку, но лишь самую малость. И его подчинённые, и Хэйс сильно ошибаются, если думают, что он, одинокий омега, эксплуатирует бухгалтерию, не понимая, что у них семьи и просто личная жизнь. Будто он мстит тем, у кого есть к кому спешить домой, за своё одиночество. Это далеко не так: просто Вивиан видит как цель, так и способы её достижения. Повкалывают пару месяцев сверх нормы, зато потом смогут не просто получать зарплату в срок, но ещё и премиальные, а там, гляди, и до повышения окладов доберутся. Да, он думает и действует на перспективу, а эти беты живут только сегодняшним днём. Правда, непонятно, как на это смотрит сам Хэйс. Не только как руководитель, но и как альфа.
То, что у Хэйса никого нет, знает весь офис. По крайней мере, нет официально, а уж как там альфа проводит своё свободное время, кто знает. Он знает, Вивиан Тайтус, который не единожды выходил на работу в выходной, дабы с Хэйсом и Мелоди обсудить те вопросы, на которые не хватает рабочего времени. От Хэйса ещё ни разу не пахло омегой — Вивиан учуял бы это, — однако это ещё не означает, что у альфы нет, например, партнёра-женщины. По большому счёту, личная жизнь руководителя должна волновать его меньше всего, однако за эти пару месяцев Вивиану так и не удалось обуздать свои омежьи инстинкты, а Хэйс по-прежнему, пусть и не так остро, осязается как идеально подходящий ему самец.
Вернувшись в свой кабинет, Вивиан устало плюхается в кресло, переводя взгляд на календарь. Октябрь. Уже. А ведь вроде только вчера приехал в Ричестер-Холл. Впрочем, за эти два месяца город Вивиан так лучше и не узнал, не бывая нигде больше, кроме работы, парка и магазинов в его жилом районе. Нет у омеги времени на развлечения, погода вот тоже, зарядившая моросящими дождями, не способствует, да и компаньона у него даже для вечерних посиделок нет. Приходили, правда, пару раз соседи в гости — супружеская чета бет с квартиры напротив и гамма, живущий этажом ниже, — но общих тем для разговоров у них как-то не нашлось.
— Мистер Тайтус? — Тори осторожно заглядывает к нему в кабинет, чему Вивиан уже и не удивляется. Этот омега вообще сам по себе какой-то робкий, стеснительный, исполнительный, но безынициативный, явно не любящий выделяться и оттого тщательно маскирующий свой естественный запах искусственными ароматами. В общем, полная ему противоположность.
— Да, Тори, входи.
Омега только порог его кабинета переступает, ногами отчего-то трясущимися, как Вивиана сразу же окутывает запах свежего меда. Мальчишка мнётся у двери, на его щеках лихорадочный румянец, тонкие пальчики нервно теребят край рубашки, а голубые глаза бросают на него такие виноватые взгляды, что проняло бы даже самого чёрствого и бессердечного.
— Мне бы в отпуск… — шепчет тот, облизывая алые, припухшие губы. — Омежий…
— Господи, Тори! — Вивиан, поддаваясь тому самому инстинкту, который больше материнский, нежели омежий, моментально подрывается с места. — Ты что, идиот?! Зачем на работу вообще вышел?!
— Простите, мистер Тайтус… — пятясь, зашуганно бормочет омега. — Я не думал… Я просто не ожидал, что меня так… — и омега прижимает руки к животу, явно испытывая болезненные ощущения. — Я помню… правила, поэтому сейчас же уеду домой. Ещё раз простите.
— Нет, ты непроходимый идиот, Тори, — вздыхает Вивиан, тотчас же беря ситуацию в свои руки.
У него нет родных братьев, так что опыту заботы о ближнем взяться неоткуда. Зато у него есть Чарли, который вроде как неплохо себя чувствует рядом с ним вот уже три года, так что Тайтус с чистой совестью может сказать, что в состоянии оказать хоть какую-то помощь, тем более омеге, оказавшейся в столь смущающей и опасной ситуации.
— Сиди здесь, Тори, — Вивиан едва ли не насильно усаживает омегу в кресло, хотя тот не особо и сопротивляется. Его взгляд словно остекленел, дыхание глубокое и тяжёлое, на лице выступили капли пота, а аромат настолько густой, притягательный и сладкий, что сейчас к двери кабинета главбуха сбегутся все альфы и гаммы округи. Такого на улицу выпускать — то же самое, что лично подложить омегу под толпу слетевших с катушек самцов.
— Макс, ситуация «S.O.S», — чеканит в трубку Тайтус.
— Это как? — по голосу понятно, что альфа напрягается. Оно-то и немудрено, учитывая то, что за эти два месяца они пережили две попытки взлома баз данных и вовремя предотвратили поджог в доках.
— Машину к чёрному ходу, Макс, — волевым голосом командует Вивиан, — и… — он запинается, переводя взгляд на едва ли не скулящего Тори. — Заткни чем-нибудь свой породистый нос.
Он мог бы попросить водителя-бету, но, поразмыслив, приходит к выводу, что более надёжного человека, чем Невский, не найти. К тому же альфа уже не раз доказывал, что в состоянии полностью контролировать свои инстинкты. Только бы это сработало и в ситуации с течной омегой.
— Тори, — он встряхивает омегу за плечи, и тот, слава богу, подымает на него более-менее осмысленный взгляд, — говори адрес. Сейчас я отвезу тебя домой.
Когда омега хрипло и путано всё-таки называет ему адрес, Вивиан, наплевав на собственный статус надменной и хладнокровной сучки, как и на недоумённые взгляды бухгалтеров, споро собирает вещи Тори. Живёт мальчишка действительно далеко, даже на машине минут сорок ехать, это если без пробок, но на то, чтобы менять план действий, времени у него уже нет.
Он предупреждает Хэйса, правда, по телефону, зная, что в его одежду уже вцепился запах свежего мёда, а после, поддерживая едва перебирающего ноги омегу, спускается по лестнице к запасному выходу.
— Простите меня, мистер Тайтус… — даже в течном бреду омега не перестаёт перед ним извиняться. — Я доставил вам столько проблем.
— Заткнись, Тори, и топай! — пыхтит Вивиан, ведь пусть омега и выглядит пушинкой, а тащить его на себе оказывается не такой уж и простой задачей. — За потраченные на тебя нервы и силы будешь должен мне шоколадный торт.
— Вивиан! — Тайтус понимает, что ситуация — дерьмо, когда встревоженный Макс выскакивает ему навстречу из машины и тут же, глубоко вдохнув, замирает. О, Вивиан знает этот острый, целенаправленный взгляд, взгляд самца, каждой клеточкой тела и разума которого движут инстинкты. Может, он как омега Невского и не привлекает, а вот Тори…
Омега в его руках подбирается, словно к старту готовится. Ещё не вырывается, но уже шумно дышит и подаётся вперёд, едва слышно поскуливая в перерывах между глубокими вдохами. Если сейчас же ничего не предпринять, его сметут, а малыша Тори оприходуют прямо на заднем сидении серого Седана, чему омега, к слову, даже сопротивляться не будет.
  
Вивиан чертыхается и переходит к радикальным методам. Было время, увлекался единоборствами. Главное, чтобы не подвели подзабытые навыки и не дрогнула рука.
Рука не дрогнула, а вот омега, обезвреженный точным ударом по затылку, плюхается прямо на землю. Подумаешь, пару синяков набил, зато жопа цела и честь незапятнанна. А после Вивиан реагирует мгновенно, когда взбешённый альфа оказывается прямо перед ним, явно желая защитить выбранную им омегу. Вивиан не силён, но удар у него хорошо поставлен. Невский отступает на пару шагов, озадаченно мотая головой. Вивиан решает, что мало, и с размаху влепляет альфе ещё и пощёчину, для симметрии, а то негоже как-то щеголять с синяком только под одним глазом.