Вивиан (СИ)

— Могу я кое-что уточнить? — выдержав для приличия паузу, словно он обдумывал только что услышанное, спрашивает Вивиан, в ответ на что альфа благосклонно кивает. — Почему именно Ричестер-Холл? Чем этот мелкий филиал столь неугоден вашей царственной персоне?
— Тем, что он сдерживает теневой бизнес «Декстер & Групп» в этом регионе, — без заминки отвечает Декстер. — Раньше, до того, как мой отец решил выкупить бизнес на озёрах, все доки и станции грузоперевозок принадлежали делкам, которые ворочали во стократ более крупными суммами, нежели у них получается отмыть сейчас.
  
— Я так понимаю, речь идёт не только о потере клиентуры, предпочитающей надёжную и заслуживающую доверия компанию, но и о влиянии на экономику в принципе, — делает не слишком уж и неожиданный для него вывод Тайтус. — Как и о том, что теперь намного геморрнее использовать, например, тот же копеечный труд потерявших надежду омег, женщин и просто отчаявшихся людей.
— Именно, — Декстер жестом отзывает официанта, очевидно решившего, что пришло время смены блюд. — К тому же сейчас все эти мелкие сошки вот у меня где, — альфа сжимает ладонь в крепкий кулак, — а филиал в Ричестер-Холл мешает мне развернуть теневой бизнес в тех масштабах, которые может дать эта золотая жила.
Вивиан кивает. У него пересохло в горле, но за неимением ничего иного омеге снова приходится приложиться к бокалу с вином. Не то чтобы Вивиан быстро пьянеет, но в такой ситуации нужен полностью трезвый ум и максимальная собранность, которых, похоже, его пытаются лишить.
И, к слову, Декстер прав, говоря о том, что система Великих озёр — это золотая жила, ведь именно неподалёку от Ричестер-Холл пересекаются железнодорожные, сухопутные и морские пути. Такой себе транспортный узел, завладев которым, можно сколотить целое состояние. Вивиан тоже об этом думал, когда планировал реорганизацию филиала, так что Декстер ему ни Америку не открыл, ни врасплох не застал.
— А Хэйс? — прищуриваясь, задаёт второй, возможно, даже более волнующий его, нежели предыдущий, вопрос Тайтус. — Неужели он настолько опасен, что необходимы столь радикальные меры?
— Дело даже не в опасности, — задумчиво, для пущей убедительности ещё и подбородок поглаживая, отвечает Декстер, — хотя не стану отрицать, что Семюэль Хэйс представляет довольно серьёзную угрозу моим планам. Можно сказать, это личное, — альфа переводит на него взгляд свысока. — Кровная вражда, вендетта, генетически заложенное в нас с ним противостояние — можно называть по-разному, но суть от этого не меняется. Наши с Хэйсом семьи давно враждуют, в последнее время скрыто, конечно же, и почти без крови, но не успокоятся, пока кто-то один из нас не возвысится, а второй не падёт.
— Я так понимаю, что это не просто деловое противостояние? — уточняет Вивиан, мысленно складывая все осколки в единое полотно. — Что-то из глубокого прошлого?
— Признаться, я опечален вашей неосведомлённостью, Вивиан, — качает головой Декстер. — Неужто имя сенатора Эдварда Хэйса ни о чём вам не говорит?
— Значит… — многозначительно тянет Тайтус.
— Семюэль Хэйс — его сын и прямой наследник, а в «Декстер & Групп», — мужчина опережает его вопрос, едва заметно приподняв ладонь, — он оказался только потому, что некоторые члены правления не разделяют моё виденье дальнейшего развития корпорации.
— Проще говоря, они продались Хэйсу в надежде, что он позволить им отхватить больший куш, нежели они могут урвать при вашем правлении.
— Именно, — альфа только и того что пальцами не прищёлкивает. — И меня радует, Вивиан, что вы не только понимаете мотивы, которыми я руководствуюсь, но и разделяете мои идеалы, ведь так?
Вивиан кивает. У него просто нет выбора, хотя, признаться, танец под дудку этого фавна угарно-опасный: одно неправильное па — и он больше никогда не взойдёт на помост. Даже несмотря на его породу и связи, Декстер способен втоптать его в грязь по самую макушку, да так плотно, что не выбраться и не отмыться.
— В таком случае когда мне ждать от вас ответа, Вивиан?
— Завтра, — обещает Тайтус, кивая для убедительности. — Согласитесь, мистер Декстер, мне есть над чем подумать.
— Хорошо, — покладисто соглашается альфа, а после подаётся вперёд. Вивиан снова млеет, понимая, что он банально не в состоянии оторвать задницу от стула. Он в коконе, словно ореол альфы обвился вокруг него, сжимая сильно, до боли и хрипа, но и не позволяя задохнуться. — Но, думая, имейте в виду, Вивиан, что я твёрдо намерен потопить корабль под названием «Ричестер-Холл», и если вы будете в числе его пассажиров, то захлебнётесь вместе со всеми.
— Вызвать для вас машину? — пару секунд тяжёлого взгляда, и альфа отстраняется. Вивиан судорожно выдыхает, его трясёт, причём не только от отходняка, но и от мощнейшей дозы выброшенного в кровь адреналина. Да, Декстер — опасный противник, но и Вивиан Тайтус не вечно будет притворяться покладистой овечкой.
— Нет, спасибо, — Тайтус поднимается. У него ни руки не дрожат, ни ноги не подкашиваются, просто лицо пышет румянцем, наличие которого омега списывает на вино. — Как я могу с вами завтра связаться?
— Просто позвоните на ресепшен и попросите оператора соединить со мной, — отвечает Декстер, принимаясь за до этого так и не тронутый им ужин.
— Всего доброго, — Вивиан кивает, игнорируя то, что Декстер пренебрёг правилами, не поднявшись и не поблагодарив его за беседу. К чёрту все эти манеры. Поскорей бы сбежать из этого душного ресторана, в котором, кажется, каждая собака пялится только на них двоих, нервируя его. Сейчас у Вивиана только одно желание: добраться до отеля и запереться в своём номере. Только бы Хэйсу не вздумалось припереться к нему на ночь глядя, иначе, почуяв рядом надёжного самца, его омежья душонка даст слабину и попросит помощи. Он собирается предать Хэйса, а не сплотиться с ним, и этот момент нужно продумать очень тщательно, дабы не оказаться между двух устремлённых друг на друга огней.
— В отель «Library», — распоряжается Вивиан, поймав первое же подкатившее к ресторану такси.
Водитель кивает и плавно трогает с места, а Тайтус просит его открыть окно, ослабляя галстук. Как-то ему нехорошо. Душно, шумит в ушах и дискомфортно в животе. Обычно его только в самолётах укачивает, поэтому у Вивиана сразу же закрадываются не самые радужные подозрения.
Он шарит по карманам, находит телефон и даже пытается ткнуть пальцем в тёмный экран. Перед глазами всё расползается, вспыхивает разноцветными кругами, переворачивается с ног на голову. Ему жарко. Тело буквально горит, а оттого не слушается. Телефон выпадает из рук, но Тайтус не находит в себе сил, чтобы его поднять. Он просто приваливается к дверце, хрипя о том, чтобы водитель остановился и вызвал скорую, но тот, словно и не видя своего пассажира, мерно крутит себе баранку дальше. Тонированные стёкла подымаются, перекрывая обзор и доступ свежего воздуха. Вивиан задыхается и проваливается во тьму с отвратительным привкусом цитрусовой горчинки на кончике языка.
В себя Вивиан приходит тяжело. Голова раскалывается, словно после сильнейшего перепоя, во рту сухо, всё тело онемело. Последнее его воспоминание — это невозмутимый водитель такси, который вроде как должен был отвезти его в гостиницу.
Ага, счас. Вивиан слабо дёргает руками, понимая, что они скованы у него над головой. Ноги, дело понятное, тоже не согнуть. Прям пример жертвы, учитывая то, что лежит он на узкой твёрдой поверхности, чем-то напоминающую койку в операционной.
  
По телу проходит волна дрожи, но Вивиан, собрав все свои скудные силы в кулак, не поддаётся панике. Тайтус разлепляет тяжёлые веки, оценивая обстановку, хотя лучше он бы и дальше валялся без сознания. Всё как в штамповом фильме ужасов с участием маньяка-потрошителя. Нет, это не бункер, а скорее и правда то ли палата, то ли камера без окон, и под самым потолком лампа одиноко не качается, а вполне так себе прилично свисает люстра, из-за своего обширного абажура и дающая приглушённый свет. Обстановка дорогая, но мрачная. То же огромное кресло напротив словно из чёрной кожи рабов, да и громадные двустворчатые шкафы доверия не внушают. Как знать, может, за их дверьми всевозможные орудия пыток.