Эсминцы и коса смерти (СИ)
Да и в Ленинграде принято решение обкома делать стратегические продовольственные запасы, рассредоточив их в различных местах, а не храня большими партиями в каких-нибудь отдельно взятых Бадаевских складах. А с десятого июня уже начнут возводить Лужский рубеж обороны, создание которого поддержал Жуков и убедил Сталина. А еще Жуков дал указания Новгород укрепить и поставить укрепрайон на реке Мста. На всякий случай, начальник Генштаба готовил сразу не только второй, а и третий эшелон обороны. Так что, для достойной встречи немцев делается все, что возможно.
А с неизбежностью предстоящей войны глава семейства уже смирился, как, впрочем, и остальные члены семьи, посвященные в тайну. Только Леша, пожалуй, знал меньше всех. Про предстоящую войну ему сказали, но про перерождение Саши из старика снова в молодого, инженер пока не был в курсе.
Все остальные присутствующие знали и эту тайну перерождения, но тоже смирились с ней. Ну, раз такое природное явление, как попаданчество, появится в двадцать первом веке, то никуда от этого и не деться. Зато теперь каждый тайно надеялся, что после смерти не умрет окончательно, а тоже куда-нибудь попадет и продолжит жить дальше. Впрочем, ничего удивительного, ведь столько есть разных теорий на эту тему в религиях о жизни после смерти. И, хоть в бога верить среди коммунистов не принято, но, как видно, дыма без огня не бывает, раз вот он Саша, перед ними. Прожил почти сто лет и по второму кругу живет. Так что и умирать теперь совсем не страшно. Что, конечно, само по себе вселяло оптимизм.
Семейное торжество началось, как обычно, с поздравлений имениннику и выдачи ему подарков. Наташа с Сашей, хотя сказали, что отправляются за подарками, ничего отцу не купили, потому что в воскресный день большинство магазинов не работали. Впрочем, это не помешало подарок выдать. Просто Саша заранее приготовил его и сейчас от себя и Наташи поздравил родителя, вручив ему новенький фотоаппарат «ФЭД», купленный по случаю пару месяцев назад. Игорь и Нина подарили отличный цейсовский бинокль, а Леша принес великолепную модель парусника-клиппера «Катти Сарк». Ну и, конечно, подняли тосты за именинника. Тут уж Александр не сдержался и пил алкоголь вместе со всеми. Мужчинам разлили армянский коньяк, а женщины пили вино из Грузии с названием «Хванчкара». Говорили, что именно такое предпочитает товарищ Сталин. И, разумеется, за здоровье товарища Сталина тоже подняли тост.
Когда все немного захмелели, то начали петь песни. В гостиной стояло пианино марки «Красный октябрь», и дядя Игорь играл на нем мелодии романсов, а Нина пела приятным сильным голосом, почти как настоящая певица. Понемногу стол опустел и перешли к чаю с большим тортом. Когда его открывали, все увидели на картонной крышке белых медведей, эмблему знаменитой кондитерской «Север», которая перед войной называлась на английский манер «Норд».
Алкоголь ударил в голову и Александру и, выпив чай из серебряного подстаканника с барельефом в виде серпа и молота на фоне восходящего солнца, он закусил куском вкуснейшего торта, потом снял со стены гитару и начал петь песни Высоцкого. Когда-то, еще не будучи старым, он этими песнями очень увлекался. И начал про корабли:
— Корабли постоят и ложатся на курс,
Но они возвращаются сквозь непогоды.
Не пройдет и полгода — и я появлюсь,
Чтобы снова уйти, чтобы снова уйти на полгода…
Все родственники застыли и слушали неизвестные песни, буквально, открыв рты, так слова подействовали на них. Просили спеть еще. И Саша спел про пиратов:
— Четыре года рыскал в море наш корсар,
В боях и штормах не поблекло наше знамя,
Мы научились штопать паруса
И затыкать пробоины телами.
За нами гонится эскадра по пятам,
На море штиль и не избегнуть встречи!
Но нам сказал спокойно капитан:
«Еще не вечер, еще не вечер...»
А потом спел про самолет:
— Я «Як», истребитель,
Мотор мой звенит,
Небо — моя обитель,
Но тот, который во мне сидит,
Считает, что он истребитель.
В этом бою мною «Юнкерс» сбит,
Я сделал с ним, что хотел.
А тот, который во мне сидит,
Изрядно мне надоел…
Спел Александр и про подводную лодку:
— Уходим под воду
В нейтральной воде.
Мы можем по году
Плевать на погоду,
А если накроют —
Локаторы взвоют
О нашей беде...
После каждой песни все аплодировали. А захмелевший отец даже сказал, что надо бы изучить какие там песни Сашка еще знает и выбрать из них репертуар для передач по радио с целью поднятия боевого духа краснофлотцев и красноармейцев, и что он, как комиссар, об этом обязательно позаботится.
А Леша подсел поближе, положил руку Саше на плечо и проговорил немного заплетающимся языком, выпившего с непривычки человека:
— Кстати, про локаторы. Я вот, тут сегодня утром с ребятами поговорил. Так обещают сделать образец новой радиолокационной станции на «Светлане» и экспериментальную радиолабораторию помогут мне создать на «Арсенале». Тогда и у меня эти ребята-электронщики смогут устроиться и делать электронную технику. А вот, на «Путиловском» уже по моим чертежам самоходки начали изготавливать. Да, еще новость есть, на моем заводе в экспериментальном цехе попробовали многозарядное противотанковое ружье тоже смастерить. И оно стреляет! Назвал его «Противотанковая автоматическая винтовка Добрынина», сокращенно ПТАВД. Так что, давайте, ребята, мне еще информацию. Все техническое пригодится в моей работе.
Услышав, что Леша, обычно непьющий, выпив на семейном празднике несколько стопок коньяка, начал уже разбалтывать военные тайны, дядя Игорь стал прощаться. А именинник отошел ненадолго, потом вернулся в гостиную и сказал, что вызвал по телефону своего шофера, который на служебной машине развезет гостей по домам. Условились, что сначала поедут отвезут Лешу, который сегодня, предвидя, что от выпивки отвертеться будет невозможно, явился в гости не за рулем, а пешком, и Игорь поможет подняться двоюродному брату на его третий этаж и заберет из его квартиры своего ребенка. Так семейное торжество и закончилось, а, вместе с ним заканчивался и воскресный день. До начала войны оставалось две недели.
Глава 30
За две недели Александром Лебедевым на всех эсминцах были подготовлены группы диверсантов-корректировщиков, которые после интенсивных тренировок к двадцатым числам июня уже могли справляться с задачей скрытной высадки на берег и корректировки корабельной артиллерии с помощью рации. С нужными инструкторами помог отец. Его знакомые, опытные ветераны Первой мировой и Гражданской, которые все еще находились в строю, учили начинающих диверсантов навыкам стрелкового и рукопашного боя, а также минно-взрывному делу.
Бумагу, составленную Трибуцем и Пантелеевым о преобразованиях на Балтийском флоте, задуманную ими первоначально, как отписка, Евгений Лебедев воспринял всерьез. И сразу начал принимать меры по реализации всего перечисленного. Трибуц зря надеялся, что наверху, получив обширный список требуемого для активизации флота, бумагу завернут и оставят все, как есть. Произошло обратное. Поскольку Жуков всерьез намеревался использовать флоты в предстоящей войне активно, в качестве полноценного прикрытия флангов сухопутных войск, едва получив бумагу с Балтфлота, он разослал директивы о немедленной модернизации кораблей всем наркоматам и управлениям, от кого она зависела.
При заводе вооружений номер семь за неделю создали не просто радиолабораторию, а опытный радиоцех особого назначения, в который собрали лучших специалистов в области электроники, тех, кого порекомендовал директор завода Алексей Добрынин, получив информацию от Александра. И результат не заставил себя ждать. Буквально за три дня была немного переделана и доработана конструкция старой радиолокационной станции РУС-1, которая, после модернизации, стала способна обнаруживать самолеты за две сотни километров. Мало того, приняли решение поднять ее на дирижабле, что сразу дало увеличение радиуса обнаружения еще в полтора раза.