Осколки счастья

Тогда он просто спустился вниз и махнул Любе, приглашая её к столу:
– Ты котлету будешь или бутерброд с колбасой?
Люба только округлила глаза, а Григорий уже уселся рядом с Софией, притиснув её тучное тело к столику и весело потёр ладони:
– Так, с чего бы начать?!
– Нелли! – воскликнула София, хватаясь за недоеденные котлеты и призывая на помощь свою спутницу.
Та быстро принялась заворачивать в бумагу остатки еды и прятать их в клетчатую сумку. Дон Кихот, не желая быть вовлечённым в скандал, занял своё боковое место и уткнулся в газету.
  
– Ладно, живите… – Григорий толкнул локтем в бок охнувшую Софию, вышел в коридор, но скоро вернулся с чаем для себя и Любы, кивнув ей:
– Давай-давай, спускайся, пока бегемоты снова не проголодались. Видела, какие у них запасы? Весь вагон накормить можно…
И, не обращая внимания на возмущённые взгляды Софии и Нелли, выложил на стол несколько пирожков и пару румяных яблок, весь свой запас еды. Люба достала из своей сумки бутылку молока, пачку печенья, батон и четыре сосиски.
– Угощайтесь, дядя Гриша, – сказала она Григорию.
– Ну и ты налетай, – подмигнул он ей. – Как говорится, чем богаты, тем и рады. Сейчас мы с тобой со всем этим управимся, а вечерком, может быть, в вагон-ресторан сходим. Фарт – дело такое…
Сразу после обеда Люба вернулась на своё место, а Григорий куда-то ушёл, весело насвистывая какую-то песенку.
Чтобы хоть чем-то занять себя, Люба принялась листать журнал, купленный на вокзале, когда она ещё ехала к Шуре. Но второй раз перечитывать статьи не хотелось, и Люба принялась отгадывать кроссворд, радуясь, что Софу и Нелли свалил послеобеденный сон и они перестали перемывать кости всем своим знакомым.
– Хр-р-р… Хр-р-р… – словно насмехаясь над Любой, захрапела Софа, широко открыв рот, и Нелли тут же ответила ей громким протяжным свистом. Обе женщины крепко спали, не замечая привычного размеренного шума плацкартного вагона, но Люба, почувствовав внезапный приступ тошноты, решила выйти в тамбур и там подышать свежим воздухом у открытого окна.
Она спустилась со своей полки и прошла в ту сторону, куда уже около часа назад ушёл Григорий. Может быть, она встретит его там, и они спокойно поболтают вдали от своих неприятных попутчиц. В первом тамбуре курили двое мужчин и женщина, и Люба направилась дальше, переходя из одного плацкартного вагона в другой.
Остановилась она только в пустом коридоре купе и, приоткрыв окно, с наслаждением вдохнула прохладный воздух, ударивший ей в лицо. Наконец-то можно снова спокойно подумать о своём, не слушая чужие разговоры и храп…
Люба попыталась вспомнить, о чём она думала, но собрать мысли воедино не смогла, её отвлёк шум в купе за спиной. Там разговаривали мужчины, и ей показалось, что она слышит голос Григория:
– Ребят, ну не повезло. Не пошла карта и всё тут. Вот часы… И цепочка серебряная с крестом. Больше у меня ничего нет…
 
Глава 4
 
Люба шагнула к двери и прислушалась.
– Тц, тц, тц, – пощёлкал языком невидимый ей собеседник Григория с явным акцентом. – Как нехорошо ты говоришь. Ты в Бога веришь, а крестом торгуешь. Зачем нам твой крест? Часы ещё… Ты деньги давай… Деньги – хорошо, остальное не надо.
– Так нет уже денег, братва, – взмолился Григорий. – Я же говорю…
– И я говорю, – отвечал ему всё тот же голос. – Нет у тебя денег, у другого возьми.
– У кого? – не понял Григорий. И вдруг заупрямился: – Воровать не буду, хоть убейте. Я никогда ничего ни у кого не крал.
– Ай-ай-ай, – насмешливо ответил ему кто-то другой. – Кто ж просит тебя воровать? И убивать тебя никто не собирается. Пока… Зачем так плохо о нас думать? Скучно нам, вот и хотим развлечься. Иди и приведи нам того, у кого есть деньги. Скажи, время провести хочешь. В картишки с друзьями перекинуться. С ним в паре играй. А мы с Арсеном вам компанию составим… Ставки сделаем, всё как полагается. Отыгрывайся…
– Да кто же у вас выиграет? – Григорий не скрывал своего сомнения. – Хотите, чтобы я подставил кого-нибудь?
– Ай, как нехорошо, – масленый голос Арсена стал вдруг злобным и тяжёлым. – Шутники мы тебе, что ли, тут? Клоуны? Ты нам деньги должен! Отдавай сейчас. Не хотим ждать. Эльдар, позови парней, пусть они сами разговаривают с ним. Сколько можно? Ничего не понимает человек…
– Не надо, – попросил Григорий. – Я всё понял. Сейчас кого-нибудь найду.
– Иди, Эльдар, с ним, – сказал Арсен всё тем же недовольным тоном. – Проследи за всем сам…
– Тогда со мной никто не пойдёт, – с уверенностью в голосе произнёс Григорий. – Увидят, что я не один, испугаются, всё поймут…
В купе ненадолго повисло молчание, и Люба поспешила уйти, чтобы не попасться на глаза шулерам, обыгравшим её соседа. Она спокойно дождалась его в тамбуре своего вагона и по растерянному лицу Григория поняла, что дело плохо.
– Где вы были, дядя Гриша? – спросила она его, впрочем, не ожидая, что он скажет ей правду.
Так и вышло. Григорий покачал головой, явно о чём-то раздумывая.
– Знакомых встретил, – сказал он, отводя взгляд в сторону. – Посидели, пообщались. Люба, а ты не знаешь, когда ближайшая остановка? Я хочу сойти. Не поеду до Вознесенска. Дела, понимаешь ли, появились.
Люба невесело усмехнулась:
– Слышала я, какие у вас дела. Ну что ж, дядя Гриша? Зачем сели играть с ними в карты? Вы ведь знаете, что в поездах всегда можно нарваться на какого-нибудь шулера.
Григорий с удивлением посмотрел на неё:
– А ты-то откуда это знаешь? Девчонка ведь ещё совсем.
– Ну и что, что девчонка, – пожала Люба плечами. – Жизнь-то бывает всякая, даже у детей.
– Хлебнула, значит, горюшка, – с сочувствием произнёс Григорий. – Ладно, пойдём. Не надо, чтобы тебя со мной видели. Какая у нас там следующая станция? Сосновская? Надо мне соскочить быстро, пока они не опомнились. А если тебя спросят обо мне, скажи, что не видела.
– Пойдём, – согласилась Люба, но в ту же секунду дверь в тамбур из соседнего вагона открылась и на пороге появился высокий худощавый мужчина со смуглой кожей и аккуратной бородкой, закрывавшей половину его лица. Только его большие чёрные глаза лихорадочно блестели, напомнив Любе уголь-антрацит, которым они когда-то с бабушкой Анфисой топили печь.
– Э-э-э, брат, – проговорил он, обращаясь к Григорию. – Кто это?!
– Никто, – ответил тот. – Просто девчонка. Стояла тут в тамбуре, я с ней парой слов и перекинулся. Иди, Эльдар, к себе в купе. Я сейчас тоже приду. С другом, как и обещал.
Но Эльдар уже схватил Любу за руку:
– Что за газель тут у нас? Как тебя зовут, красивая?
– Люба, Любовь… – слегка запнувшись, проговорила Любаша.
– Давно у меня не было никакой Любви! – воскликнул Эльдар, заставляя кожу Григория, прекрасно понявшего его двусмысленность, покрыться крупными мурашками. – Пойдём к нам в гости, Любовь моя. Я тебя кое с кем познакомлю, и мы очень хорошо проведём время. Чем ты любишь заниматься?
– Читать, кроссворды отгадываю, в карты немного играю, – Люба старательно изображала из себя наивную дурочку. – Мне вот как раз дядя Гриша предложил сыграть с ним в «Дурака» или «Козла».
– Вай-вай-вай! – запричитал Эльдар. – Зачем в «Козла»? Какой такой козёл-мозёл?! Пойдём, научим тебя играть в «Преферанс», «Покер», «Очко»…
– А как это, в «Очко»? – приподняла брови Люба и прыснула в кулачок.
– Всё покажем, всё расскажем и попробовать дадим, – рассмеялся Эльдар, обнимая её за плечи и подталкивая к двери. Он не заметил, как девушка, обернувшись к Григорию, подмигнула ему, словно желая сказать:
  
– Не бойся, дядя Гриша. Я знаю, что делаю. Ты только помоги мне, вовремя подыграй…
Сглотнув тяжёлый комок, подступивший к горлу, Григорий поплёлся за ними следом.
– А-ба! – хлопнул несколько раз длинными густыми ресницами Арсен. – Что за птичку ты поймал, Эльдар?
– Это Люба, Любовь, – повторил тот слова Любаши.
– Ну и куда ты едешь, Люба? – Арсен голосом намеренно выделил имя девушки, и облизнулся, как будто пробуя его на вкус. Толстые губы его дрогнули и заблестели от предвкушения приятного времяпрепровождения.