Мушкетёр (СИ)

Андрей мысленно поморщился и уже хотел оборвать сплетника, такие подробности личной жизни из категории «грязное белье» ему были не сильно интересны, и никогда не понимал любителей ток-шоу вроде «Пущай треплются», где обсасывалось кто кому дал или кто кого бросил, но тут в голове словно щелкнуло.
Во-первых, подспудно ему не сильно нравилась собственная идея внедрения колпачковой пули, потому как это внедрение будет иметь еще и обратный эффект – враги тоже внедрят эту новацию. Не сохранить сей секрет долго. Да и никто не станет его хранить – продадут в один момент, причем не за дорого.
  
«И еще неизвестно, кто внедрит эту пулю быстрее, – подумал он. – У нас в отечестве с этим всегда беда, пока рак на горе не свистнет, никто не почешется. А в данном случае свист может оказаться такой, что Соловей-Разбойник разрыдается горючими слезами от зависти».
В общем не хотелось ему, чтобы те же лягушатники обзавелись пулей раньше России, а они могут. Новации они всегда внедряли быстро, это у них не отнять. Тогда Поход Суворова мог обернуться еще большей катастрофой. Его армию просто уничтожат еще в Италии.
Во-вторых, офицер к которому Андрей обратится с этой идей мог решить, что он за эту идею требует слишком много. А Градов действительно мелочиться в своих просьбах не собирался. Он хотел ни много ни мало собрать всю свою банду в отдельный плутонг и стать в нем как минимум рядовым старшего оклада. Это, говоря, по совести, даже ему самому казалось несколько перебором, а уж местные так и вовсе могли возмутиться сей наглости.
«И даже если вдруг все получится, удастся создать свой плутонг и даже стать его командиром, этого все равно мало, – размышлял Андрей. – Мне нужно стать как минимум младшим унтер-офицером и тут уже пули точно не хватит. Потребуется что-то еще, более значимое. Но чего нет, того нет».
И тут, спустя мгновение после того, как он услышал скабрезную сплетню про комбата третьего батальона, в голове появилась новая идея. Довольно дерзкая и опасная, но если все получится так как он задумал, то очень выгодная.
– Стой Силуан…
– Что?
– Напомни имя комбата третьего батальона.
– Майор Гордеев, Афанасий Демидович…
– Он женат?
– Э-э… не знаю…
– Надо узнать.
Силуан кивнул.
– Легко.
– И еще один момент…
– Да?
– Надо узнать, какие у него отношения с денщиками.
– В смысле?
– Ну, чисто деловые, они просто бессловесные слуги, что только выполняют приказы, либо же есть среди них тот, кто имеет более доверительные отношение. Что-то вроде дядьки, что может присоветовать… То есть такой денщик, с которым он уже много лет, прошли вместе кучу испытаний и этот слуга уже стал этаким… членом семьи, или что-то в этом роде.
– Понял. Узнаю.
– Давай… И еще, узнай, девица та замужем или еще нет.
Силуан на это только кивнул.
Сам Андрей невольно скрестил пальцы на удачу.
***
Всю недостающую информацию Силуан знал уже к вечеру следующего дня. Даже удивительно.
– Вызнал я все, что ты хотел Град! – нетерпеливо заговорил он.
– Что там майор, женат?
– Нет… Сговорен вроде, но пока свадьбы не было.
Андрей понятливо кивнул. Он еще в своем времени слышал про то, что офицеры из тех что попроще в плане знатности женились поздно, когда им было уже лет под сорок.
– А девица та?
– Замужем за каким-то стариком. Ей двадцать, а ее мужу больше пятидесяти!
Тут тоже ничего удивительно, девушек как раз выдавали замуж рано ибо женская красота штука весьма недолговечна. Ну и неравный брак дело в эти времена тоже явление обычное.
– Еще что-то про нее известно?
– Ага!
– И?
– Про такую бабу в деревне сказали бы – блядь!
– Даже так?..
– Ага! С мужиками спит… и вроде муж ее об этом знает и… не препятствует! Но у господ свои причуды.
– Ну да…
– И как только майора угораздило на такую запасть? – удивлялся Силуан.
– Любовь зла… полюбишь и вот такое… галантный век, епта…
«Но для меня так даже лучше!» – подумал Градов.
– Тут у мужей есть официальные любовницы, а у жен – любовники. А ревность считается чувством недостойным…
– Вот дела… – только покачал головой сплетник.
– Давай дальше. Что по денщикам? Есть там среди них у майора Гордеева в статусе «как бы член семьи»?
– Есть…
Андрей едва не закричал от радости. Если бы такого денщика не имелось его задумка если и не теряла смысл, то очень сильно осложнялась.
– Зашибись! Покажи его мне!
– Идем!
В данном случае оставалось радоваться, что Павел Первый повелел находиться командирам при своих полках неотлучно ограничив отпуск одним месяцем. К лову сказать, солдатам тоже стал полагаться отпуск в 28 дней. А то в прежние времена командный состав мог не появляться при своих подразделениях месяцами.
Жили офицеры в небольших домиках, по два-три человека, а начиная с комбатов – по одному.
В своеобразную офицерскую деревушку они вошли строевым шагом словно идут по делу, так что никто не обращал на них внимание.
– Вон тот… – еще шагая отметил нужного человека сплетник.
Силуан показал на старого мужика лет пятидесяти пяти, а то и все шестидесяти в солдатской форме. Такой действительно подходил под категорию «дядька», что мог знать своего подопечного с детских пеленок.
Сейчас денщик с крылечка выплескивал мутную воду из большой чаши. Видимо брил своего господина.
– Вижу. Как его зовут?
– Данила Захарьев.
– Понял. И за мной должок Силуан и я его отдам сторицей, – пожал руку сплетнику Александр.
– Да чего уж там…
Градов поспешил к домику в котором обитал майор Гордеев, а Силуан болванчиком, развернувшись на месте пошел обратно. Денщик уже открыл дверь, чтобы скрыться внутри.
– Данила!
Денщик обернулся с удивленно-хмурым видом.
– Ты кто таков?
– Рядовой Градов.
– И чего тебе надобно, рядовой? Ты ведь не из батальона Афанасия Демидовича.
– А ты что, знаешь всех солдат батальона своего хозяина? – в свою очередь удивился Градов.
– Не твое дело солдат… да и недосуг мне с тобой болтать…
– Постой! Дело есть!
– Какое еще дело?
– Твоего хозяина касаемое!
– Что за дело?
– Ну не будем же мы на пороге во всеуслышание трендеть? Но поверь, дело важное и… где-то даже деликатное.
Денщик нахмурился еще сильнее. Ситуация ему явно не нравилась.
– Твоя правда… Погодь маленько, я сейчас узнаю, насколько могу освободиться и тогда поговорим.
Градов только кивнул.
Денщик скрылся в домике, но пробыл там не слишком долго. Старый слуга явно знал немало способов, как пользуясь полным доверием хозяина, выбить для себя некоторое время, чтобы отлучиться по своим делам. Ну и если что, так у майора под рукой имеется еще два денщика ибо майорам их согласно Устава полагалось по трое.
– Идем…
Денщик отвел Андрея на задний дворик. Там находилась конюшня и сортир. В конюшню они и зашли.
– Говори, чего хотел.
– Слышал я, что твой хозяин страдает от неразделенной любви к одной барышне, да так что теперь пытается смыть свое горе вином…
– То не твоего ума дела, солдат! – вспылил денщик.
– Не пыли Данила, – жестко ответил Градов. – Так-то мне плевать с высокой колокольни на страдания твоего хозяина пусть хоть сопьется в пень, но так уж вышло, что мы можем друг другу помочь.
– Чем это ты помочь можешь?
– Сделать эту девицу более благосклонной к твоему хозяину. Даст ему после такого разок или два, глядишь майор пить перестанет.
– Как это?! – явно удивился денщик. – Чем это ты помочь можешь?!
– Искусством. Девушки создания чувственные, эмоциональные и если воздействовать на эти их душевные струны, то глядишь станет к майору та девица более внимательна.
  
– Что ты имеешь ввиду?
– Песни. Майор споет несколько песен для своей возлюбленной, таких песен, что даже самое холодное женское сердце растает, потечет слезами, а потом и вовсе загорится ответной страстью.