Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, очень сильно нервничает. Кивает, видя Вячеслава. Тот чуть улыбается в ответ. Седрик же ходит из угла в угол.
— Привет, Вячеслав! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входи, входи! Чувствуй себя как дома!
Бэгмен был одет в старую квиддичную мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками, которая сидела на нем как на мешке. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных чемпионов.
— Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил им всем Бэгмен. Все подошли поближе. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку… — он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. Там что-то гулко перекатилось. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый из вас по очереди опустит руку и достанет того, кого вам послала судьба. Ваша главная задача — завладеть золотым яйцом… Номер на бирке — это ваш порядковый номер очереди…
Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли на стадион шутя, смеясь, возбужденно переговариваясь… Тем временем Бэгмен развязывал шелковый мешочек. Время пришло.
— Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая первой тянуть из мешочка Флер.
Она опустила внутрь тонкую руку и вынула крошечную точную модель валлийского зеленого дракона с биркой номер два на шее. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обреченность. Значит, она вторая.
Вторым выбирал Виктор Крам. Ему выпал китайский «Огненный шар» с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел сам себе под ноги.
Седрик вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один. Молчаливо подошел к выходу, чтобы там встать, дожидаясь приглашения пройти к «своему» дракону.
Вячеслав сунул руку в мешочек — и перед его глазами предстала красивая венгерская хвосторога, номер четыре, едва ли не самый опасный дракон из всех… Если у предыдущих и были какие-то слабые места помимо глаз, то тут уж сомневаться не приходилось — перед ним была гора мышц, непробиваемой заклятиями кожи, шипов и клыков. Настоящая убийца, машина смерти, почти без слабых мест…
Рогозин унял судорожный вздох и испуг. Нашел в рукаве рацию (она теперь тут работала) и доложил:
— Прием-прием, я Черный феникс, у меня выпал номер четыре. Прием.
Звук помех, затем голос Невилла:
— Понял. Прием. Номер четыре… Номер четыре… Удачи, черный феникс…
— Спасибо, — заметил парень и моментально начал разминать мышцы и суставы.
Битва с драконом ожидала быть красочной.
— Галина Николаевна!
— О, господи, — вздрогнула от неожиданности женщина, прижав руку к груди, — Полумна! Как ты меня напугала! Больше так не делай!
— Не буду, — торопливо проговорила блондинка, — у него выпал номер четыре, то есть он будет выступать четвертым… И, как назло, ему выпала венгерская хвосторога!
— А что не с друзьями сидишь? — спросила полковник обреченно.
— Не могу… Страшновато… — очень честно сказала гриффиндорка.
— Ладно, садись сюда, — и Луна села на освобожденное от рогозинской сумочки место. — Не знаешь, что Вячеслав задумал?
— Не знаю. Но знаю одно — Грюм, вон он, абсолютно спокоен, и явно обо всем в курсе. Он верит в Вячеслава, и я верю, наши друзья тоже верят…, а вы?
— Разумеется, — Галина Николаевна судорожно сжала пальцы. В кулаке у нее был зажат ее собственный крестик. Она молила, чтобы Слава, ее дорогой и любимый сын, просто остался в живых и прошел этот… тур.
Прозвучал неестественно громкий свисток. Она поморщилась.
Дракона, точнее дракониху, большую, размером с многоэтажный дом, выводили не менее дюжины волшебников. Они держали ее под полным контролем, держа волшебные палочки наготове. У более крепких магов, были на руках цепи. Та, увидев «свое» гнездо с яйцами, издала протяжный рык, похожий на вопль, и даже быстрее, чем волшебники подвели ее, села в него, как огромная курица-наседка. Маги отпустили ее, но все равно, семеро остались сторожить, хоть и отойдя от нее на приличное расстояние.
На арену из черной как ночь палатки выходил красивый и статный юноша. Тут ей просто всучили в руки бинокль, она быстро оглянулась — это была Полумна, которая чуть склонила голову, в ответ на ее вопросительный взгляд. Трибуны шумно отреагировали: захлопали и заорали, приветствуя первого Чемпиона-участника.
— Это Седрик Диггори, наш первый Чемпион. — Сказала девушка.
Насколько могла видеть она в свой бинокль, и насколько показывал большой экран, ученик школы Хогвартс, колледжа Пуффендуй, воспользовался своей волшебной палочкой, превратив большой камень в крупную собаку. Дождался, пока самка шведского тупорылого обратит внимание на трансфигурированное из камня животное. Дракониха моментально забыла о волшебнике, подбирающемся все ближе и ближе к ее гнезду, и начала стрелять огнем по собаке. Диггори смог очень быстро добежать до гнезда, схватить нужное ему золотое яйцо, и очень шустро побежать обратно. Но тут дракониха заметила, как фигурка человека отдаляется от нее, и стрельнула огнем. Толпа дружно ахнула — огненный заряд пролетел, все-таки зацепив Чемпиона. Одежда вмиг обуглилась и даже частично загорелась. Рогозиной в бинокль было видно, что Сердик схватился за лицо, выронил золотое яйцо и рухнул на землю, чтобы сбить пламя.
Впрочем, тут к нему поспешили маги, погасили пламя, и увели в платку темного-зеленого цвета, палатку первой помощи, что стояла неподалеку от черной палатки с чемпионами.
— Итак, — объявил Бэгмэн, — первый Чемпион завладел яйцом… Похлопаем ему, он молодец. Сейчас судьями будут выставлены оценки… А следующей выступает мисс Делакур… Школа Шармбатон.
Оценки Рогозину не очень интересовали — она наблюдала, как волшебники уводят куда-то дракониху, а та, даже несмотря на чары, сопротивляется. Но ее увели, и вместо ее гнезда перенесли другое гнездо.
Изящная и безумно красивая девушка, вышла на арену и предстала перед красными драконьими глазами очередной драконихи — перед валлийской зеленой. Рогозина увидела, как та, почти не мигая, смотрит на дракона. Потом что-то говорит, из палочки вырывается сиреневатая дымка, устремляется к драконихе…и тут дракониха замирает. Потом ее веки начинают очень медленно смыкаться…
Рогозина с интересом наблюдала как француженка неспешно завладела яйцом, но тут дракон всхрапнул (по-видимому, глубоко погрузился в сон или транс), и пламя достигло участницы. Юбка на ней вспыхнула, но Флер смогла произвести фонтан воды и загасить огонь.
И быстро, стараясь не светить своими «прелестями» так неудачно обнаженными из-за сгоревшей ткани, она скрылась в палатке первой помощи. Кто-то все же успел свистнуть вслед…
— Итак, вторая участница прошла первое испытание! Оценки!
Одураманеную, не вполне очнувшуюся дракониху увели. На смену ей пришла яркая, красная и яростная, очередная дракониха-наседка, которая не смогла просто спокойно сидеть на гнезде. То и дело она вскидывала крылья, хлопала ими, стучала по земле хвостом с шишкой, оставляя глубокие выбоины. Ревела так, что трибуны иногда вздрагивали.
Навстречу ей вышел третий участник, Чемпион Виктор Крам.
Дракониха метнула в него огненный заряд, но промахнулась. Крам, подобравшись ближе, метнул в нее заклятием. Попал прямо в глаза, и на них словно бы возникла темная повязка. Китайская дракониха заметалась в своем гнезде и отчаянно полузавыла-полузарычала. И передавила почти все собственные яйца…
Крам, уклоняясь от ее хвоста, так как она вертелась словно юла, все-таки смог подобраться к гнезду, и схватить чудом сохранившееся золотое яйцо…
— Молодец! — голос Бэгмэна почти заглушил дикий драконий рык; драконологи с трудом уводили беснующееся чудовище, — а сейчас оценки судий!
— Итак, дамы и господа, настало время для нашего Четвертого Чемпиона! Итак, прошу.
Рогозина с трудом уняла свою внутреннюю дрожь: дракон, точнее дракониха, была страшнее и больше, чем у остальных Чемпионов. Крылья у нее полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на Рогозина-младшего. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы…