Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
Следить за главой Федеральной Экспертной Службы было достаточно просто. Одна сплошная дом-работа-дом, изредка в цепочку вставал магазин и дача Рогозина-старшего. Иногда она возвращалась со своим замом, и до утра у них в квартире не гас свет и никто не выходил, намекая на то, что все-таки кое-какая личная жизнь у полковника полиции есть. Более ничего не было.
Снег за окном перестал падать. Обзор выдался едва ли не идеальным.
Неожиданно у обоих разулись ноздри, словно бы они что-то одновременно почуяли.
— Она идет, — хрипло проговорила девушка, прекращая беседу одним махом, — внимание, Макс!
— Сам знаю… — проворчал с рычанием в голосе юноша. Но фар пока не зажигал и двигатель не включал. Неожиданно у дальней, вишневой тачки-восьмерки зажглись фары. Девица моментально опустила вниз стекло с левой стороны от себя. Втянула воздух и ловила знакомые ароматы чужой крови, пота и страха, до ужаса знакомые всем, кто носит метку проклятого — «оборотень».
Полковник шла к своей машине, одна. Вскоре она закрепила ремень безопасности, и завела двигатель на своей тачке. Вот-вот она тронется с места.
— Внимание, Макс, кажется, за Галиной Николаевной будет сегодня хвост. Повышенное внимание на вишневую восьмерку… Я чую убийцу многих людей… Кровью чужой пахнет, и ее проливали совсем недавно… Аккуратнее, она мент опытный, может почуять след…
Парень кивнул, и завел двигатель машины ключом. Они плавно начали следовать за едущей за Рогозиной восьмеркой…
Девушка снова моментально залезла в телефон и уже смотрела свежие криминальные сводки…
— Массовый побег из психлечебницы, — заметила она вскоре. — Подъедь поближе чуть-чуть, я сейчас определю, кто это… Наверняка, это какой-то маньяк из них… Двенадцать сбежало… Особо опасные. Та-а-ак, где у нас оптика?
В рюкзаке нашелся бинокль. Подъезжая ближе, Олекса осмотрела объект в бинокль.
— Ну точно, это Прудов… Самый опасный из них. Так, сейчас запрос по всем сводкам сделаю еще раз…
— Кончай, Лекс! Мы почти во дворе Галины Николаевны! — парень крутил руль и чуть притормозил, включая поворотники. — Ты пойдешь за ней?
— Угу. Что-то мне говорит, что этот псих недаром выследил ее прямо от ФЭС… Тормози! Дальше я сама…
Парень не успел даже обернуться: девица как змея выскользнула из машины, и растворилась в ночной тьме… Только автомобильная дверь едва слышно хлопнула.
Рогозина спокойно повернулась к лифту, и хотела было нажать кнопку, как неожиданно ее резко развернули, с силой прижали спиной к лифту и приставили к горлу скальпель. Она действительно испугалась — больно неожиданно все произошло…
Но она не успела его даже как следует рассмотреть — к затылку неизвестного приставили ствол и громко сказали:
— Тихо, мразь. Немедленно брось скальпель! Иначе твой мозг красиво украсит эту стену! Быстро!
Рогозина непроизвольно дернулась — холод скальпеля у горла мешал ей трезво соображать в этот момент. Но неизвестный, после минутных колебаний, бросил скальпель, а неизвестная ей брюнетка с красными локонами и форме охранника ловко скрутила угрожавшего ей скальпелем что-то бормотавшего мужика.
Приковав его наручникам к ближайшей батарее для надежности, девица обернулась к все еще стоявшей у лифта Рогозиной. Тот плотоядно облизался на девицу.
— Спасибо вам, — полковник перевела дух, — вы спасли мне жизнь…
— Не за что. Это моя работа.
Только сейчас Рогозина рассмотрела гостью повнимательнее. Пронзительный, даже бы она сказала, звериный взгляд. Брюнетка была не старше ее Вячеслава… Порывистые движения, короткие взгляды и раздувавшиеся время от времени ноздри, будто бы девушка нюхала воздух… Странно.
— Работа? — переспросила женщина, доставая мобильный — нужно же было сообщить о нападении на себя.
— Меня наняли, чтобы вас охранять, — коротко проговорила она, пока Рогозина говорила по мобильнику о том, что на нее напали.
Женщина опустила телефон. Девушка неожиданно переместилась с такой быстрой скоростью — села на перила, что полковник вздрогнула.
— Я не буду встречаться с вашими коллегами. Ловите своих психов сами. — Она очаровательно улыбнулась. — Я отвечаю лишь за вашу безопасность. Мы можем поговорить после того, как вы будете дома… Желательно одна. До свидания!
— Но… — заикнулась было Галина Николаевна, но входная, железная, кодовая дверь уже хлопнула, оставляя ее наедине с прикованным наручниками безумцем.
Она выбежала из подъезда, но вдалеке увидела только свет от фар. Темнота надежно скрыла все мелкие детали…
====== Цикл «Темные воды». Престон. ======
— Галина Николаевна, — обратился к ней новый программист, Холодов, — на наручниках, которыми сковали Прудова, есть отпечатки пальцев. Они занесены в базу — из-за того, что она пересекала границу не так давно… Кстати она из Англии прилетела…
— У нас же граница на замке… — слегка удивилась Амелина. — У них же повышенный уровень террористической угрозы!
— Но редко-редко все же летают оттуда к ним самолеты. Она прилетела сюда, и указала в анкете, что… «является волонтером благотворительного фонда Черный Феникс».
— Вот, как… Мне бы с этой Олексой пообщаться…
— У нее нет мобильного, и она нигде не зарегистрирована… В качестве контактов указан адрес благотворительного фонда…
— Спасибо, Андрей. Все, я все поняла…
— А ваша девица молодец, — заметила Амелина, — этот мужик — закоренелый псих…
Рогозина в этот раз не стала рисковать, и пригласила Круглова переночевать вместе с ней. Усталость от двух дней, проведенных на ногах и только на любимой работе, брала свое. Ловля психов по всей Москве и закоулкам, да еще и совершенные ими убийства, плюс расследование побега, выбило из сил и обычных оперов. Они, твердо решив закончить все за сегодня, остались в ФЭС дописывать отчеты и собирать доказательную базу.
— Галь, пошли, — зам, не спрашивая у женщины разрешения, подцепил рукой ее сумочку и обхватил ее за талию. В движениях заместителя сейчас угадывались только забота о ней и участие. — За руль ты сегодня не сядешь… Я не пущу, ты слишком устала… Двое суток на ногах! Ты себя в гроб вгонишь раньше срока!
— Но Коля… — было начала спорить она.
— Галя, не спорь. Давай ключи…
Начальнице ФЭС ничего не оставалось делать как покориться мужчине. Протянув ему связку ключей, она уселась на заднее сиденье. Мужчина сел за руль, нацепил ремень безопасности, завел двигатель, и они отъехали от здания, и выехали на дорогу.
— Галь, — проговорил Николай Петрович, — ты думаешь, что охрану приставил к тебе твой сын?
— Я не думаю, Коль. Я знаю. Эта девушка, Олекса, сказала что ее наняли, чтобы охранять меня… — Рогозина уставилась в окно на проезжающие мимо машины. — А кто, кроме Славы, способен на это? Еще и то, что она приехала из Англии… Это все не просто так. Она явно прошла военную подготовку… Теперь-то до нас не все доходит, только лишь информация с сайта, да официальные объявления по телевизору… Не больше.
— Может, ты и права… Но как же нам на нее выйти?
— Я думаю, это не понадобится. Она сама на меня вышла и наверняка расскажет все сама…
Дома Рогозина перво-наперво приняла душ, смывая с себя всю накопившуюся за дни усталость и нервозность. Есть даже особо не хотелось, но Круглов едва ли не силой запихнул в нее теплый суп и пару бутербродов, понимая ее состояние. Сам от тоже вымылся и поел, и сейчас терпеливо ждал, когда женщина «отойдет» от тяжелых двух рабочих суток подряд. Более-менее Галина Николаевна ощутила себя дома после второй чашки ароматного чая, сидя за столом на кухне.
— Тяжелые рабочие дни выдались, — вздохнула женщина, обеими руками обхватив свою чашку. — Я только сейчас чувствую, как я на самом деле устала…
Она сделала глоток горячей жидкости.
— Да… Нормальные люди… Ну, ты поняла, продыху не дают, а тут настоящие психи, да еще особо опасные… — сказал Круглов и тоже глотнул из своей чашки. — Ты, как я заметил, теперь дома нечасто бываешь…