Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
— Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу.
Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.
Они шли по грубой каменной лестнице ведущей наверх. Еще один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью.
— Все здесь? — поинтересовался Хагрид.
Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка. Та почти сразу отворилась, и перед Славой предстала уже знакомая ему профессор МакГонагал.
— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид.
— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю.
Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — таком огромном, что там легко поместилась бы вся рогозинская дача. На каменных стенах — точно так же, как в «Гринготтс», — горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи.
Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Слава услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа.
Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.
— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета.
Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Райвенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи.
Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.
Она вышла. Все занервничали, пожалуй кроме меланхоличной Полумны и спокойного как танк Вячеслава.
— Куда ты поступишь, Луна? — спросил он тихо на русском.
— Не знаю. Мама училась на Райвенкло. Отчим — кажется, закончил Пуффендуй. — Шепнула ему в ответ на все том же языке Полумна.
— Давай попробуем вместе, а? Ну, в смысле, вместе поступить на один и тот же факультет? — подмигнул ей Слава.
— Тогда куда? — тихо проговорила девочка.
— Ты пойдешь раньше меня по списку. Ты решай.
— На Гриффиндор? — подняла она брови. — Пусть у нас будет тогда львиная команда, чем барсуковая или орлиная. К змеям мы точно не попадем…
— Договорились.
Вернулась МакГонагал. Они вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале.
Вячеслав даже представить себе не мог, что на свете существует такое красивое и такое… странное, по-настоящему магическое место. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам.
Перед Славой были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты реальных привидений. Чтобы избежать направленных на него взглядов, Слава посмотрел вверх и увидел над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами.
— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».
Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Славе казалось, что Большой зал находится под открытым небом.
Он услышал какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед их шеренгой самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная.
Слава взял себя в руки. Шляпа открыла свой зев, находящийся между тульей и верхом, и как раз запела о качествах отбора на каждый факультет и об основателях.
Песня вскоре кончилась, и профессор развернула длинный список с фамилиями. Она коротко объяснила — она читает фамилию, ученик или ученица выходит, и садится на табурет. Славе было интересно, кто куда попадет, и он начал внимательно все запоминать.
— Аббот, Ханна!
Девочка дрожала с ног до головы, но села на краюшек табурета. МакГонагал возложила на ее голову Шляпу. Через примерно полминуты, Шляпа вынесла вердикт:
— ПУФФЕНДУЙ!
Стол с желтыми нашивками, галстуками и желтым гербом с барсуком на флаге, захлопал. Девочка встала и направилась к своему факультету. МакГонагалл продиктовала новое имя…
Невилл был первым из их троицы, кто прошел Церемонию. Гермиона была распределена на Гриффиндор. Он тоже прошел на Гриффиндор, хоть Шляпа перед этим решением долго думала. Он по дороге от волнения забыл снять Шляпу, а еще и чуть не упал после, спеша сесть. Школа вся подняла его на смех (впрочем, и преподаватели тоже), и Невилл сел, едва сдерживая слезы. Славе было очень за него обидно. Невилл не виноват, что сам по себе такой неловкий, а еще, вдобавок, он сильно перенервничал.
Вот и очередь Полумны.
На голову девочке опустилась Шляпа; Слава молил Бога помочь. Шляпа изрекла, но не быстро, свое решение:
— Гриффиндор!
Слава с облегчением вздохнул. Луна, сняв Шляпу, соскочила с табурета и спокойно пошла на «огненный» факультет львов и там села рядом с Невиллом, явно его утешая.
Слава с нетерпением ждал свою свою букву, и вот наконец…
— Рогозин, Вячеслав!
Мальчик, сохраняя спокойствие, сел на табурет и МакГонагал опустила на его голову Шляпу. Шляпа была пыльной и большой ему — она чудом удерживалась на его голове.
— Как интересно, — шепнул ему тихий голос в ухо. — Какой своеобразный молодой человек… Много смелости и храбрости, это я вижу. И ум весьма… неплох, гибок. Четкость, аккуратность… И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, показать, это тоже любопытно… Ты — прирожденный лидер. Так куда мне тебя определить?
— К Полумне на Гриффиндор.
Тихий голос рассмеялся:
— Значит, к девушке? Хорошо! Гриффиндор!
Слава с облегчением вздохнул. Дело сделано — вся их троица миновала эту Церемонию без потерь…
====== Первые школьные дни. ======
Слава взглянул на погрустневшего Невилла. Положил ему руку на плечо:
— Нев, ты чего? Расстроился что ли? — заглянул с удивлением в глаза мальчишке Рогозин.
— Я так не хотел выставить себя дураком перед глазами всех… — мальчик всхлипнул. — А все произошло с точностью наоборот!
— Да ладно тебе, Невилл! — ободряюще шепнула ему Полумна. — Думаешь, мы тоже не нервничали как ты? Ошибаешься… Вот, лучше, поешь! Смотри какой вкусный стол!
Оказывается, пока они оба успокаивали расклеившегося Невилла, Распределение кончилось, и директор объявил о начале пира. Слава посмотрел на стол и замер от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Чего там только не было: ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и соусы…