Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
Вся четверка наслаждалась последними деньками перед отбытием их по домам, и сейчас между ним шли разговоры о том, где кто проведет это лето.
Чемоданы были собраны; после был прощальный банкет и объявление факультета-победителя. Гриффиндор занял почетное второе место, а на первом были умники из Райвенкло. Слизерин шел следом за Гриффиндором, с минимальным отставанием в десять баллов, что вызвало у львов большое количество шуток.
Рогозин с Полумной собирались в аэропорт — сейчас Рогозин был с полным пакетом документов и паспортами на руках. Их вез и контролировал через границу Дмитрий Юрьевич, что прилетел за Полумной, заодно, по личной просьбе Рогозиной, забирал и Славу, так как та находилась в служебной командировке. Но зато она обещала его встретить в аэропорту…
Они расстались с Гермионой и Невиллом на перроне платформы девять и три четверти. Дмитрий Юрьевич их уже ждал — объявили регистрацию на их рейс, и они, не задерживаясь, поспешили прибыть в аэропорт.
Полет в самолете прошел без всяких эксцессов; после того, как они сошли с трапа самолета, прошли все досмотры, и вышли на улицу, Полумна и Дмитрий Юрьевич попрощались с Рогозиным и отбыли по своим делам. Мамы все еще не было, и Рогозин, усевшись на свой чемодан, принялся терпеливо ее ждать.
Через два часа он понял, что что-то не так, и позвонил на ее мобильный. Трубку мама не взяла…
Предчувствие стало совсем плохим. Мама никогда бы не задержалась более чем на два часа, и сейчас Рогозин-младший уже звонил своему деду, чтобы узнать, где сейчас мама. Но и старик не взял трубку — он был вне зоны доступа сети…
Потом вспомнил, что дедушка проходит госпитализацию, и точно не сможет в ближайшие дни выйти с им на связь. В итоге он не выдержал и, поймав такси, поехал прямо в ФЭС.
Он звонил на мобильник матери и в дороге, засыпал ее смс-ками. Без толку. Она не отвечала.
Спустя еще час езды по всем пробкам, он стоял на крыльце здания Федеральной Экспертной Службы…
====== Где она? ======
Рогозин-младший с трудом вытащил чемодан из такси, заплатил таксисту, и направился к двери ФЭС. Каникулы, похоже, будут весьма «веселыми»…
Он тут был один раз, но хорошо запомнил расположение всех кабинетов. И поэтому, глядя на дежурного, попросил срочно вызвать сюда Николая Петровича, либо майора Майского.
— Кто это нас ждет на рецепшене? — спросил Майский у Круглова, с тоской глядя на «поляну», которую накрыли в честь возвращения Галины Николаевны. Но ее почему-то не было, и трубку она не брала.
— Не знаю. Сейчас узнаем.
— Привет всем, — проговорил Слава, глядя на двух мужчин. — Где моя мама? Она здесь, в ФЭС? Она должна была меня встретить в аэропорту еще несколько часов назад.
— Мы сами ее ждем, Слав, — проговорил Круглов, глядя на чемодан. — Может… где-то задержалась?
— На три часа? Не думаю. Трубку она не берет, я ей много раз звонил… Что-то случилось, я это чувствую. — Рогозин-младший страшно волновался, заламывая руки. — Пробейте ее, а? А то мне и к деду не доехать и не дозвониться, он лежит в клинике, и квартиру не открыть…
— Идем, Вячеслав, — проговорил майор, — ты ведь устал с дороги…
— Я лишь только хочу знать, где моя мама.
— Иван, пробей мне срочно мобильник Рогозиной. Славка приехал прямо сюда, Галя обещала его встретить еще несколько часов назад в аэропорту, но не встретила. И мобильник не берет.
— Слава… здесь? Эээ, сейчас, Николай Петрович. — Программист застукал по клавишам. — Мобильник локализуется в зоне проживания.
— Ох, не нравится мне это! Я пошлю туда Майского… — Круглов схватил телефон и начал набирать по клавишам внутренний номер кабинета Рогозиной.
— Придется и Славу туда. Мало ли чем поможет. И квартиру вскрывать нужно при понятых… — очень тихо проговорил Тихонов, когда И.О начальника ФЭС отдал распоряжение.
— Ладно, это здраво. Сейчас… Майский, еще Славку в квартиру с собой забери, мало что!
— Мать всегда со мной на связи, дядя Сережа, — сказал Рогозин. – Через Дмитрия Юрьевича, крестного моей подруги из этой английской школы, из письма я узнал о том, что она меня встретит в аэропорту. Вместе с Дмитрием Юрьевичем, под его контролем, нас с Луной и перевезли через границу.
— Может, она с ним?
— Да нет же! — Рогозин был расстроен. — Мы прибыли вместе и расстались прямо в аэропорту. Он сейчас с Полумной, могу и ему сейчас звякнуть.
— Пока не надо, но если что…
Они приехали к дому, где обитали оба Рогозиных. Слава мгновенно заметил припаркованую родительскую машину, на которой был уже тонкий слой пыли.
Майский, косвенно осмотрев ее, ничего не нашел.
Оба поднялись по лестнице. На пороге валялся букет алых роз, а дверь была приоткрыта. Велев парню оставаться на месте, Майский вытащил свой пистолет из кобуры.
Но квартира оказалась пустой. Мобильник лежал на столе, а сумочка с пальто висели на вешалке в прихожей, будто бы Рогозина выскочила только на секунду.
— Хэй! Парень! Вячеслав! Зайди сюда, проверь, только ничего не касайся, может, что пропало или не на своем месте?
Слава аккуратно перешагнул порог и осмотрел все.
— Нет, все на своих местах, но где же мама? Что с ней?
Майский уже отчитывался по телефону, но Рогозиной дома нет, и вообще — ощущение то, что она будто бы выскочила на секунду. На пороге — букет алых роз…
Изъяв из камер видео наблюдения записи за этот день, и взяв из дома все, что казалось интересным, Майский и Рогозин-младший направились обратно в ФЭС. Слава от нервного напряжения и голода буквально валился с ног; Майский, решив, что парень тоже может быть в опасности, и дома оставаться ему сейчас нельзя, велел ему отоспаться на диване в комнате отдыха, предварительно поев что-нибудь.
Вячеслав принял его предложение, и сейчас, сидя за высокой стойкой, уплетал салат и жаркое за обе щеки. Его ждал вкусный чай и печенюшки с конфетами, пока специалисты отсматривали видео с камер.
В буфет вошел Круглов, и Рогозин медленно выпрямился; вилка упала в тарелку со звоном.
— Слав, у меня мрачные вести. — Честно начал говорить Круглов. — Мы отсмотрели камеры видеонаблюдения… В общем, твою маму вели насильно, приставив пистолет, похитили и увезли в неизвестном направлении. Сейчас занимаются распознанием лиц похитителей…
— Вот черт! Во что же мама вляпалась?! — риторически задал вопрос в воздух Вячеслав.
Есть ему мгновенно расхотелось.
— Она ничего тебе больше не говорила, твой мобильник…
— Нет… вот, держите телефон. — Рогозин дал его Круглову не колеблясь. — Ни звонков от похитителей, ни смс-ок. На электронной почте все чисто…
— Мы его тебе обязательно вернем…
Рогозин прилег на диван в буфете. Все равно, он ничем не поможет ни маме, ни специалистам ФЭС. Его веки смыкались…
Специалисты уже собрались в буфете — чтобы хоть проглотить один-единственный кусочек чего-нибудь съестного, когда Рогозин-младший проснулся. Все напряженно ждали, так как лица похитителей были опознаны и пробиты по базам, генерал был уведомлен о том, что Рогозину похитили прямо из собственной квартиры, и все службы были приведены в полную «боевую» готовность, и получили ориентировки на бандитов и Галину Николаевну.
Так же был обнаружен и слабый след — главарю не повезло, его расстреляли утром, при грабеже инкассаторской машины, и ему требовалась срочная медицинская помощь. Может, поэтому Рогозину и украли — она же была военным хирургом.
Валентина Антонова нервничала. Боялась за подругу, за Славу, то что парень останется один… Сейчас она сидела за столом с остальными и держала бумажку, на котором были очень странные названия лекарств (сегодня в аптеку к ее знакомому приходил какой-то качок и просил целый перечень средств, указывающих на то, что кого-то явно подстрелили) в руках.