Царство Сиалы (СИ)

Гриф замер на секунду и его безэмоциональное лицо дрогнуло. Внимательный наблюдатель мог бы заметить, что в этот момент в уголках его глаз обозначились лучики морщин — признак крайней усталости и, возможно, беспокойства. Он глубоко вздохнул, нарушая свой привычный ритм дыхания, и ответил:
— Всё действительно прошло строго по плану, Алексей Петрович, но… вы правы. Были некоторые… странности, связанные с самим Абсолютом.
  
— Странности? — учёный наклонился вперёд, с мгновенно проснувшимся интересом исследователя. — Какие?
— После первого же лёгкого данжа «Логово кротокрысов», она заявила, что видит… системные надписи. Всплывающий текст. При чём не тот, что видим мы все — предложение зайти в данж, развеять труп босса… А нечто иное.
Это сложно описать, но она воспринимает систему совершенно по-другому. Она чувствует потоки энергии, воспринимает надписи на неизвестных языках, и что самое удивительное — система предлагает ей развеивать не только босса, но и трупы мелких тварей, одаривая её эссенцией, если она соглашается.
Дошло даже до того, что в одном из уже зачищенных данжей она указала на одну из стен обычного коридора, и сказала, что она светится по-другому. Когда мы решили проверить её слова, то обнаружили что один из участков стены был высококачественной иллюзией, а за ней находилась ниша, где лежал небольшой артефакт, повышающий, скорость естественной регенерации.
Алексей Петрович замер, а его глаза расширились.
— Продолжай.
— Мы, естественно, решили, что это побочный эффект от быстрого поглощения эссенции, и у девушки произошёл нейрофизиологический сбой, в результате чего она испытывает галлюцинации. Я уже отдал приказ о сворачивании операции и немедленной доставке её в медицинский блок для полного обследования, но она… она нас остановила, и спокойно, без истерик сказала о том, что чувствует себя прекрасно. Она просто видит то, что скрыто от нас, то есть система действительно открывает для неё совершенно другой уровень информации.
В кабинете повисла тягостная тишина. Гриф помолчал, давая учёному осознать услышанное, после чего вздохнул и продолжил:
— Но и это ещё не всё, Алексей Петрович. За счёт развеивания слабых мобов она качается быстрее. Намного быстрее. Мы вели мониторинг её прогресса, и если после зачистки первого данжа она получила полтора процента опыта, развеяв только тело босса, то уже во втором данже её прогресс вырос до отметки в 3,6%.
Её кольца… Они впитывает эссенцию с какой-то ненормальной эффективностью. Благодаря этому нюансу, когда мы сегодня остановили прокачку, выполнив заложенный план, её значение опыта замерло на отметке 42,9%.
Алексей Петрович резко встал из-за стола, отчего кресло с грохотом отъехало назад. Он подошёл к плазменной панели, заменявшей окно в кабинете, которая сейчас показывала медленно заходящее солнце, окрашивающее московские крыши в багровые тона, и попытался успокоить дрожь в своих руках.
— Практически пятьдесят процентов за полтора десятка лёгких данжей… — прошептал он, и Гриф услышал в его голосе не восторг, а почти что священный ужас. — Всего за один день… Один день, Миша! Это… это меняет всё. Весь расклад сил, все наши планы и стратегии…
Он обернулся, его лицо было бледным.
— Мы думали, что Абсолюты станут нашим стратегическим оружием… Живыми богами, которые будут наводить ужас на врагов и защищать наши рубежи, но мы ошибались. Мы смотрели на это слишком узко, с точки зрения старой парадигмы.
Генералы, президенты, ядерные чемоданчики… Всё это скоро уйдёт на второй план… Отойдёт в прошлое, как мушкеты и рыцарские доспехи, после чего решающей силой в новом мире будут они… Абсолюты. Существа, чья мощь будет исчисляться не мегатоннами, а уровнями и процентами в системном интерфейсе. И тот, кто будет контролировать самого сильного Абсолюта… или вырастит его первым… Тот и будет диктовать условия всей планете.
Он снова сел в кресло, смотря в пустоту ничего не видящим взглядом. Гриф не торопился высказывать своё мнение и кабинет погрузился в тишину, нарушаемую лишь тиканьем настенных часов.
— Мы создаём монстра, Михаил, — наконец тихо сказал хозяин кабинета. — И мы должны быть абсолютно уверены, что у нас в руках есть не только пряник, но и очень большой и надёжный кнут.
Гриф молча кивнул, понимая слова ученого лучше кого бы то ни было. Он видел, как меняется Лена с каждым поглощённым процентом. В её глазах, наряду с усталостью постепенно зажигалась искра чего-то нового — уверенности, превосходства и амбиций.
— Что предлагаете, Алексей Петрович? — спросил он наконец.
Учёный вернулся на своё кресло, откинулся на спину, и посмотрев острым, расчётливым взглядом на своего собеседника, сказал:
— Я предлагаю сменить нашу тактику и тормознуть развитие Соколовой. Сейчас. Немедленно. После сегодняшнего дня она уже можно сказать на пороге третьего кольца. Мы не знаем, что она приобретёт после обретения этого кольца, не знаем, как это повлияет на её психику.
Сила такого масштаба… она может вскружить голову кому угодно, не говоря уж про обычную девчонку, которая ещё вчера была обычной работягой на заводе. Мы не можем рисковать.
Он снова вскочил и начал расхаживать по кабинету.
— Наш новый приоритет — группа сопровождения в лице твоих самых доверенных людей, Миш. С этого момента мы бросаем все доступные ресурсы на их прокачку. Лёгкие данжи, и даже средние, если сможем безопасно их очистить. Нам нужно, чтобы как минимум три человека из её ближайшего окружения имели по два, а лучше по три кольца. Мы должны сформировать не просто охрану, а… сдерживающую группу. Группу, способную если не остановить её, то хотя бы оказать серьёзное сопротивление в случае… непредвиденных обстоятельств.
Он остановился напротив Грифа и посмотрел ему прямо в глаза, после чего продолжил:
— И только когда у вас будет хотя бы три двухкольцевых оперативника, мы будем возобновлять активную прокачку Абсолюта. Понятно? Её рост должен всегда идти на полшага позади роста тех, кто за ней присматривает. Мы должны сохранить контроль. Любой ценой.
После этих слов Гриф медленно поднялся из своего кресла с непроницаемым лицом, и спокойным голосом сказал:
— Всё предельно понятно, Алексей Петрович, будет исполнено. Я подготовлю новый план операций для группы сопровождения.
— Хорошо, — учёный кивнул и снова повернулся к «окну», после чего гораздо тише сказал:
— И, Михаил…
Гриф, уже направлявшийся к выходу, остановился, после чего услышал:
— Будьте предельно осторожны. Мы играем с силами, которые не до конца понимаем, и наши подопечные… они перестают быть просто подопечными. Помните об этом.
Гриф коротко кивнул и вышел, бесшумно закрыв за собой дверь. Алексей Петрович остался один в своём кабинете, полном сокровенных знаний и секретов. Он смотрел на нарисованный закат, но видел не багровое небо, а сияющие проценты в системном интерфейсе и фиолетовое кольцо, которое могло стать как спасением России, так и её самым большим проклятием.
Впервые за очень долгое время он почувствовал, что ситуация ускользает из-под его контроля, а всё из-за того, что они спешили. Спешили обогнать всех, и возможно в этой гонке они сами выпускали джинна из бутылки. Теперь им не оставалось ничего иного, кроме как надеяться на то, что у них получится удержать его в повиновении.
Сергей
Внутри у меня всё кипело от ярости на тупого сержанта, поймавшего «звезду», и нетерпения поскорее пообщаться с Ромкой, но внешне я лишь сглотнул, изображая робость.
— Это… это выдали в прачечной, товарищ сержант, — замялся я. — Мою форму забрали в стирку, а эту выдали из старого запаса.
  
— Ты что, салага, умудрился форму испортить? — сержант фыркнул, а его сослуживцы, двое таких же старшекурсников, переглянулись между собой, не скрывая ухмылок. — В наше время, курсант, за испорченную форму можно было не только наряд схлопотать вне очереди, но ещё и огрести не по-детски от товарищей!