Безродный (СИ)
- Хорошо-хорошо, -отступил на шаг, давая ему встать с кровати, - Ты мне курс юного алхимика проведешь по дороге. А сейчас одевайся, осмотри Тура и пошли. Быстрее начнем, быстрее закончим.
- Травничества, - снова поправил Вернон, - Алхимией считается только изготовление зелий и элексиров на алхимической основе. А так же поиск новых, пока не изученных формул, с её помощью. Всё остальное – это травничество.
- Хорошо, хорошо. Я уже понял, что ты умный. Только Туру от этого пока легче не стало.
- Кстати, как он, - поинтересовался парень, подходя к постели раненого, - Можно не говорить. Сам вижу, что плохо. Ладно, - он махнул рукой, - Пойдем. По дороге расскажу, что надо делать.
Мы вышли из избы, оставив Бъянку наедине с умирающим мужем.
Солнце уже медленно, но верно клонилось к закату. Небо потихоньку заливал мягкий, тёплый багрянец. Начинали стрекотать первые сверчки, вторя легкому вечернему ветерку, шуршащему в густой траве. На деревенской площади снова завывал старый сторожевой пес.
Времени оставалось все меньше, так что мы медлить не стали и сразу направились к старому дому Бенны. Местная знахарка жила на отшибе, хоть и внутри частокола. Её хата уже успела покоситься, соломенная крыша просесть, а небольшой садик перед домом – порасти бурьяном. Однако, дорожка, ведущая к крыльцу, была протоптана, да и ограду кто-то явно держал в порядке.
- Я иногда сюда прихожу, наводить порядок в саду, да и дом прибираю, - тихо сказал Вернон, - В память о ней. Иногда мне помогает Беррен. Он говорит, что так пытается отдавать долг.
- А неужели никто не помешал её сожжению? – поинтересовался я, - У вас же тут мужиков вон сколько. И ни один не заступился?
- А как тут заступишься, - пожал плечами парень, - ну подняли бы мы тех десятерых рыцарей на вилы. Так орден потом бы послал их уже не десяток, а пару сотен. И спалил бы к херам всю деревню.
- И просто укрыть её где-нибудь на время было нельзя?
- Сначала тут были только послушники, пришедшие вместе с частью королевской армии. Но они никого сжигать не пытались. Просто молились и предлагали всем перейти в их веру. Бенна не придала этому большого значения, - Вернон замолчал, возясь проржавевшей щеколдой небольшой аккуратной калитки, - Да и работы у неё тогда было много. У отряда не было лекарей, так что вся забота о раненных легла на её плечи. Рыцари нагрянули внезапно, спустя два дня. Мы её просто не успели спрятать, да и она не хотела бросать своих подопечных на верную гибель. А, что было дальше, ты знаешь. Её обвинили в черном колдовстве и сожгли на костре, как ведьму. Кстати, нам на улице лучше долго не стоять. Кто знает, может орден успел кого-то обратить в свою веру.
- Да уж, печальная история, - бросил я, помогая парню открыть заклинившую дверь. Она подалась не сразу. Лишь спустя несколько хороших ударов раздался тихий скрежет дверных петель, и мы оказались в заброшенном жилище так называемой «ведьмы».
Глава 15 «Тёмные искусства»
- Не похоже, что тут может найтись что-то полезное, - бросил я, оглядывая пустую хижину. Из мебели тут остался разве что низенький стол, да стоявший перед ним простой деревянный стул. Ещё в дальнем углу комнаты был сложен камин. Похоже, что не пользовались им уже очень давно - камни были покрыты густым слоем серой пыли.
- Рыцари уничтожили всё, что смогли найти, - покачал головой Вернон, уверенным шагом направляясь к камину, - Разбили реторты, перегонные кубы, сожгли результаты исследований и записи. Они не успокоились, пока не вынесли всё из этой избы, - он немного помолчал, ощупывая камни старой кладки, - Некоторые хотели вообще всё спалить или по брёвнышкам её разобрать. Но тут уже староста вмешался - отговорил. Сказал, мол, убранство громить – громите, а жильё то оставьте. В конце-концов самим будет где остановиться, а то и вовсе сделаете тут постоянную резиденцию.
- И они вняли голосу разума? – поинтересовался я, с интересом наблюдая за манипуляциями парня. Он продолжал ощупывать ощупывать камни, трогая их в определенной последовательности. Будто открывал кодовый замок.
- Большинство – нет,- покачал головой Вернон, - Но командир- да, а к его мнению пришлось прислушаться и остальным. Так, помолчи-ка…
Он развел руки в стороны, закрыл глаза и нараспев начал читать… заклинание?
- Асто-фес-таре, - камни камина задрожали. Из трубы посыпалась серая пыль.
- Ливид-лан-даре, - где-то в глубине кладки послышался глухой скрежет. Что-то начало двигаться.
- Уман-бе-ларе, - по избе раскатился грохот. Каменная плита, заменявшая камину основание провалилась вниз и неторопливо отъехала в сторону, освобождая узкий земляной лаз с хлипкой деревянной лестницей.
- А ты говоришь, даром не наделен, - хмыкнул я, подходя к открывшемуся лазу и заглядывая вниз. Но, кроме густой, клубящейся пылью тьмы больше ничего не было видно.
- Я – нет, - покачал головой парень, - Бенна была. Она и создала этот замок. Я лишь произнес звуковую комбинацию, которая его открывает.
Первым полез вниз Вернон. Я, немного задержался пытаясь подавить внезапно накативший приступ клаустрафобии, но спустя минуту присоединился к нему.
Внизу было темно. Темно, пыльно и довольно тесно. Лаз уходил в землю на несколько метров, оканчиваясь небольшой площадкой, от которой вела лишь узкая каменная кишка. Передвигаться по ней можно было только согнувшись в три погибели. Или на четвереньках. Старый, растрескавшийся сырой камень порос мхом и плесенью. Некоторые валуны в стенах и потолке шатались, если коснуться их рукой. В любой момент один из них мог выпасть из своего гнезда и огреть кого-нибудь из нас по голове.
Проход упирался в толстую дубовую дверь. Но на этот раз, вместо заклинания Вернон использовал самый обыкновенный железный ключ. Скрипнул засов, застонали давно не смазываемые дверные петли и… Я смог наконец разогнуться. Мы очутились в довольно просторной комнате. Но больше разобрать ничего не получалось – вокруг клубился густой мрак.
- Погоди немного, - бросил Вернон, - Огонь разожгу.
Послышался удар кремня о кресало. Ещё один. Ещё. Вылетел сноп искр, осев на небольшом пучке соломы. Запахло дымом и спустя пару секунд над импровизированной лучиной появился маленький язычок пламени. Вернон тут же шагнул в сторону и аккуратно поднес его к какому-то предмету. Язычков стало два. Затем три. А спустя пару секунд горели все пять.
Странным предметом оказался подсвечник, в котором уже стояли слегка оплавившиеся свечи. Тьма расступилась, и по каменному потолку просторной комнаты заплясали оранжевые отблески пламени.
Убранство этой комнаты было на порядок богаче самой избы. Возле стен стояли полки, ломившиеся от странных банок, колб, мешочков и связок засушенных растений. На нескольких больших столах, расположившихся чуть ближе к центру комнаты, царил творческий беспорядок. Там стояли все те же баночки, колбы, что-то отдаленно напоминавшее перегонный куб, чашечку Петри. Рядом с ними лежали несколько открытых книг и целая гора старых, истрепавшихся свитков.
- Богато, для деревенской знахарки, - подметил я, подходя к одному из четырех подсвечников, пока Вернон возился с другим. А что, если немного потренироваться? Заодно опробовать, как мне сейчас даётся местная магия. В конце-концов лишним это точно не будет. Да и со временем могут открыться заклинания полезнее спонтанного поджога собственной жопы.
- Она была не простой знахаркой. А чародейкой и учёной, - поправил меня Вернон, - Мы занимались не только тем, что лечили хвори кметов и скота. Хотя и этим тоже.
О как. Ну, картинка потихоньку начинает вырисовываться. Чародейка, которая сбежала в эти края, когда в столице набрал силу орден. Непонятно, только, почему она не стала скрываться от пришедшего сюда отряда. Или не дала им отпор.
Я сосредоточился на фитиле одной из свечек, представил над ней пламя и щелкнул пальцами. Кончик тонкой черной ниточки покраснел. От него пошел легкий дымок, а буквально спустя секунду – крошечный язычок пламени. Усталости я почти не почувствовал. Лишь на несколько мгновений показалось, что кружится голова.